Страница 44 из 182
Глава 13 Объяснения
Мы шли по тротуару, минуя одну витрину за другой, и проходили уже мимо третьего по счёту кафе. Паулина сжимала ремешок сумочки, нервно оглядывалась и, кажется, вообще не замечала запаха свежей выпечки и кофе, вырвавшегося из открытых дверей.
Наконец до меня дошло: мы искали не еду. Мы искали уединения. Ей нужно было место, где нет людей, где никто не будет пристально разглядывать её испуганные глаза
Я поднял руку, поймал первое попавшееся жёлтое такси, аккуратно подтолкнул её на заднее сиденье и назвал адрес отеля.
В номер мы поднялись молча. Я сразу взялся за телефон, набрал службу обслуживания и заказал горячую еду, крепкий чай и бульон. Затем достал из шкафа тяжёлый махровый халат, бросил его на кровать и отрезал: — Сегодня ты не работаешь. Остаёшься здесь.
Она попыталась протестовать. Это были беспомощные, привычно-исполнительные пять минут сопротивления: что-то про субординацию, про старшего Джона, про открытую систему и график. Я просто молча смотрел на неё, пока эти детские аргументы не иссякли сами собой.
— Я только на полчаса… — тихо пробормотала она, сдаваясь, и ушла в ванную.
Когда она вышла, утопая в огромном халате не по размеру, она казалась совсем девчонкой. Сказала, что просто приляжет на минуту, свернулась калачиком на краю широкой кровати — и уже через десять минут спала глубоким, мертвецким сном. Напряжение последних суток, страх, ночной побег, разговор на пороге квартиры Алисы — всё это накрыло её разом, огребло со всех сторон и просто отключило сознание.
Я тихо, чтобы не заскрипеть паркетом, подошёл к кровати, натянул на её плечи лёгкое одеяло и на цыпочках вышел.
За дверью ждал всё тот же серый, облитый дождём город. Я спустился в холл, вышел на улицу, поймал машину и поехал в колледж.
Я поехал в Колумбийский университет.Где училась Паулина.Главное правило, закрывай долги .Полностью он назывался значительно солиднее — Columbia University in the City of New York. Один из тех университетов, название которого родители произносят с гордостью, а потом несколько лет вздрагивают, открывая счета за обучение.
Такси высадило меня на Бродвее, возле 116-й улицы.
Я вышел и несколько секунд просто смотрел на ворота. За ними начинался совершенно другой Нью-Йорк. Не тот, где люди каждое утро пытались отнять друг у друга деньги на бирже, а спокойный университетский мир: студенты с рюкзаками, велосипеды, книги под мышкой, кофе в бумажных стаканах.
Я прошёл через главный вход на College Walk.
Мне нужно было найти финансовый отдел, но где он находится, я понятия не имел.
Первого попавшегося студента я спрашивать не стал. Поймал мужчину лет шестидесяти с университетским бейджем.
— Excuse me. Student Financial Services?
Он посмотрел на меня, потом показал рукой в сторону восточной части кампуса.
— Kent Hall.
— Thank you.
Название мне ничего не говорило.
Я пошёл туда, куда он показал.
Через несколько минут нашёл Kent Hall. Старое университетское здание выглядело именно так, как должен выглядеть университет, который существует значительно дольше, чем большинство компаний на моей бирже.
Внутри я снова спросил дорогу.
— Мне нужно оплатить обучение студента.
Женщина за стойкой сразу уточнила:
— Вашего ребёнка?
— Нет.
Она подняла глаза.
Вот теперь я её заинтересовал.
— Тогда вам нужен Student Financial Services. Что именно вы хотите сделать?
— Оплатить человеку обучение.
— Полностью?
— Если получится.
— Вы спонсор?
— Нет.
— Студент дал вам доступ к своему счёту?
— Нет.
— Тогда вы не сможете получить информацию о его балансе.
— Мне она и не нужна.
Женщина замолчала.
— Я не хочу знать, сколько она должна. Я хочу внести деньги на её университетский счёт.
Теперь она смотрела на меня уже совсем внимательно.
— Вы родственник?
— Нет.
— Тогда нам понадобится достаточно информации, чтобы правильно определить студента. Одного имени иногда недостаточно.
Вот здесь возникла проблема.
Имя я знал.
Фамилию знал.
Где она учится — теперь тоже.
А университетского номера у меня, естественно, не было.
— То есть я не могу просто выписать Columbia University чек и написать её имя?
— Мы должны быть уверены, на чей счёт поступает платёж.
— А позвонить ей вы можете?
— Мы не обсуждаем данные студентов с посторонними.
— Я не прошу ничего обсуждать. Скажите ей, что какой-то идиот хочет заплатить за её обучение.
Она впервые улыбнулась.
— Так университетская система не работает.
— Очень жаль. В моей системе это заняло бы три минуты.
Я достал визитку и положил перед ней.
— Хорошо. Тогда скажите, что нужно сделать человеку, который хочет оплатить обучение другого человека законно, не получить ни одного её документа и желательно остаться неизвестным.
Она взяла визитку.
Посмотрела на имя.
Потом снова на меня.
Она взяла визитку.
Посмотрела на имя. Потом снова на меня.
И я увидел, как у неё в голове складывается совсем другая картина.
Мужчина за пятьдесят. Пальто дорогое, часы дорогие, акцент. Хочет анонимно оплатить обучение молодой женщины. Не родственницы. Ни доступа к счёту, ни номера студента, ни одного документа.
Я бы на её месте подумал ровно то же самое.
Она молчала и подбирала слова. Судя по лицу, у них на такие случаи есть инструкция и, возможно, отдельный телефон.
Я решил не ждать, пока она эти слова найдёт.
— Я понимаю, как это выглядит, — сказал я. — Не надо подбирать формулировку. Вы думаете, что я плачу женщине за то, за что мужчины обычно платят женщинам.
Она чуть покраснела.
— Я этого не говорила.
— Вы этого и не скажете. Вам по должности не положено.
Я положил ладони на стойку.
— Так вот. Эта девушка оказала мне услугу, и мне эта сумма ничего не стоит,но она рисковала многим
— И вы решили заплатить.
— Я решил, что деньгами я ей это не верну. Если я приду и предложу ей деньги, она встанет и уйдёт, и правильно сделает.
Я пожал плечами.
— А обучение — это не деньги. Это единственное, что у неё в жизни есть по-настоящему своё. И единственное,от чего она не откажется.
—
Женщина за стойкой довольно долго молчала.
Потом сказала:
— Хорошо.
И придвинула к себе клавиатуру.
—