Страница 34 из 82
Глава 256
Меоли удалось отстоять. Хотя один из аристократов-командующих, оказавшихся в Житном, был против. И очень настаивал на её, пусть и со всеми почестями, взятии под стражу. Наверно, потому что именно он отдал приказ закрыть ворота. И отступил, лишь когда его стали давить пунктами устава объединённого войска, а также нарушением Законов Песка и Воды.
Пока шли споры, пока бойцы размещались в пустых домах, пока таскали раненых и жгли трупы, время шло. Да и, в целом, людям следовало дать отдых после ночного боя. И все командиры собравшихся в городе войск согласились провести совещание.
Собрали его в городской управе, в большой комнате на втором этаже. Судя по обстановке, вряд ли сюда часто захаживали простые горожане, когда город ещё был жив. Слишком уж богато для захолустного Житного.
Даже стены из красноватого кирпича были ровненько побелены. Жаль, за прошедший год в углах побелка уже растрескалась, как паутина.
Два широких окна с резными ставнями выходили на площадь. Сквозь щели пробивался утренний свет, неровными полосами расчерчивая пол. В комнате стоял длинный стол из тёмного дерева, вокруг — восемь стульев с высокими резными спинками. Часть была сломана и валялась в углу, их заменили простыми скамьями. На столе — кувшин с водой, несколько глиняных кружек и карта, прижатая по углам камнями, чтобы не сворачивалась.
Когда я вошёл, остальные уже были в сборе. Меоли сидела с краю, идеально выпрямив спину и положив холёные, даже в походе, ладони на стол. А Ситранис устроился напротив, развалившись на стуле с таким видом, будто происходящее его смертельно утомляет.
Гаравантис, седой аристократ в золочёной броне, оставшейся с ночного боя, потирал пальцами переносицу, стоя у окна. Неподалёку от него сидели с видом, будто кол проглотили, двое тысячников объединённого войска. Оба немолодые, в помятых доспехах, напоминающие не участников совета, а статуи при господине: молчаливые, с безучастными лицами.
Во главе стола сидел и смотрел в одну точку прямой, как копьё, командир Теренитис с застарелым рубцом на лбу. Окинув взглядом честную компанию, я прошёл к свободному стулу рядом с Ситранисом. Никто из чужих меня, что забавно, не приветствовал. Более того, на меня даже не смотрели, будто я был невидимкой.
Ну и ладно. Не за вежливостью я сюда пришёл.
И даже не за правдой. Её тут, мне кажется, давно уже не было.
Первым заговорил Гаравантис, оторвавшись от окна.
— Город мы удержали. Твои люди, Меолеана, вовремя подоспели… — он кивнул, но в голосе не было тепла. — Спасибо, что помогли.
Я не стал сдерживаться и хмыкнул. Собственно, именно седой Гаравантис и отдал приказ закрыть ворота перед моим войском.
Ну что ж… В его поступке была своя людоедская логика. Правда, смерть моих людей лишь ещё больше насытила бы орду. И на следующую ночь Житное смяли бы не за несколько гонгов, а, в лучшем случае, за десяток чаш.
— Демонов мы отогнали, но орда-то никуда не ушла! — закатив глаза, напомнил Ситранис, и его тон был далёк от почтительного. — Они отступили, потому что солнце встало. Следующей ночью полезут снова. Или разве с юга гостей можно больше не ждать?
Гаравантис вспыхнул до корней седых волос, но промолчал.
— Мы будем готовы! — отрезал Теренитис, который отвечал за удержание Житного. — Стены крепкие, да и защитников теперь достаточно.
— Достаточно для чего? — подала звенящий холодом голос Меоли. — Чтобы удержать город на одну ночь? На две? А потом что?
— А потом прибудет помощь… — Гаравантис устало опустился на стул. — Основные силы разобьют орду и вернутся к Житному.
Хотелось в голос расхохотаться, но я сдержался. Ладно врать рядовым бойцам войска, но городить такую чушь командирам…
— А разобьют ли? — я решил, что молчать дальше смысла нет. — А если разобьют, то когда? И сколько мы продержимся без припасов, в осаде?
Гаравантис брезгливо поморщился. Будто мои слова, или даже мой голос, были чем-то неприличным.
— Воевода, тебя сюда позвали как союзника, а не как советчика по стратегии! — он выделил последнее слово так, словно говорил с ребёнком. — У нас есть приказ. Прикрыть основные силы от дополнительных войск орды. Вот этот приказ и выполняй.
Я промолчал, потому как понял: любая моя фраза усложняет дело. Всерьёз меня старый регой не воспринимает, а считаться с моими словами — ниже его достоинства. Как говорили в моей прошлой жизни, «назло маме отморожу уши». Вот и он поступал так же.
— У нас был другой приказ! — сверкнула чёрными глазами Меоли. — Я лично его слышала от Эрегихона! Задержать силы орды хотя бы на несколько дней, в лучшем случае, на четверть. А потом отходить либо к реке, либо к основным силам. Воевода Ишер выбрал отход к основным силам.
— Будто вы первую часть приказа выполнили! — буркнул Гаравантис.
— Мы-то её выполнили! — подал голос Ситранис, и в его интонации отчётливо прозвучала хлёсткая, как удар, издёвка. — Семь дней удерживали пограничную крепость между Пригорьем и Приречьем. Убили одного высшего. Да, до четверти не дотянули, но всё прошедшее время мешали орде продвигаться на юг.
Гаравантис скривился, но промолчал, оказавшись в невыгодном положении. Сам он, судя по тому, что южная часть орды штурмовала Житное этой ночью, свою задачу провалил.
Да и людей Гаравантис потерял больше. Судя по тому, что узнали наши у других бойцов, скопившихся в городе, от войска у него осталось немного. Из двадцати тысяч пехоты и двух тысяч регоях на юглах — две тысячи пехотинцев и полторы тысячи всадников.
Ужасающие потери. И самой страшной, объективно, были не призванные в войско пехотинцы, а пять сотен регоев. Судя по тому, что я видел ночью, даже полторы тысячи наездников на юглах в тяжёлой броне способны сдерживать тысячи демонов полночи, оставаясь почти без поддержки.
В общем, Гаравантис опозорился по полной и теперь, видимо, жаждал реванша. Очень желательно, за чужой счёт.
— Людей у нас достаточно! — встрял в этот спор Теренитис, отвечавший за Житное, и старый рубец на его лбу побагровел. — Отряд воеводы, мои семь тысяч человек, ещё две тысячи Гаравантиса и полторы тысячи всадников на юглах. Отбились сегодня, отобьёмся и завтра.
— Только припасов у нас почти нет! — припечатала его взглядом Меоли. — Нам изначально выделили обоз для быстрой вылазки. Даже те семь дней, которые мы потратили, и то пришлось восполнять сборами на брошенных землях.