Страница 116 из 122
Глава 68. В которой они все уронили
Она вздрогнула, схватила купол и побежала к выходу на открытую площадку. Целью ее был обрыв. Кинуть туда Цитрон — и дело с концом. Она понимала, что это могло не уничтожить артефакт. Но, возможно, так было бы даже лучше. Лидеры трех земель и их армии, наверняка не сидели на месте. Господа Земель должны были догадаться, куда отвезли заложников, должны были броситься в погоню. Белых было много, но не настолько, чтобы с ними не справились бы собравшиеся в Астере стражники трех земель, возглавляемые горданцем Санару, бранковцем Адео и карнавским Господином Варном.
Она увидела, как ловко и Аязелу, и отец освободились от веревок — наверняка уже давно сумели ослабить путы, но ждали подходящего момента. Оба ввязались в драку со своими стражниками. Хорошо, что белые не были обученными бойцами и стрелками — оба быстро потеряли оружие.
Джуно рванула вперед. За спиной у нее раздался крик Код ди Яра: “Держите ее! Не стрелять!”.
Наперерез ей бросились сразу несколько белых, что дежурили на площадке. Совершенно не думая о том, что делает, она, на бегу, бросилась вперед на скользкий мраморный пол и стремительно проскользнула прямо под попытавшимися схватить ее руками.
Со всех сторон к ней кинулись мужчины в белом — или точнее уже в сером, ведь шел дождь, и одежды их промокли.
От обрыва ее отделяло метров двадцать. Мысли рваными вспышками мелькали в голове.
Бросить? Рискнуть?
Увернуться, прыгнуть в сторону. Осторожно!
Чьи-то руки сомкнулись над ее головой, когда она вовремя откатилась в сторону.
Если швырнуть Цитрон, и тот долетит, дело сделано. Но если не долетит — белые доберутся до него раньше, это уж точно.
— Защищайте другие артефакты! — донесся до нее голос Код ди Яра.
Она бросила взгляд через плечо, на постамент: там не было ничего. Мысль о том, что папа и Аязелу тоже сумели добраться до Пурпура и Лазури, и сейчас действовали вместе с ней, мазнула сознание, но тут же улетучилась, поскольку на нее навалилось нечто тяжелое.
Она чувствовала щекой грубую мокрую ткань, ощущала запах пота. Тяжелое тело обездвижило ее, Джуно не могла пошевелиться. Разве что руки еще оставались свободны, поэтому она, как сумела, извернулась и швырнула артефакт туда, где, по ее предположениям, был обрыв. Стеклянный купол раскрылся еще в полете, он упал на мрамор и разлетелся сотней осколков. Ярко-желтый камень упал на самый край, его цвет отражался в мокром мраморе.
Не получилось…
Джуно продолжала извиваться, пытаясь выбраться из-под тяжелого мужского тела, но на подмогу своему собрату бросился кто-то еще, сжал ее руки, обхватил ноги. Прижимаясь щекой к холодному мокрому полу она все еще могла видеть, что происходило на площадке.
Часть белых рванула к одиноко лежащему Цитрону, его забрали и унесли прочь из поля зрения. Несколько белых окружили отца Джуно, в его руках сияла Лазурь. Но было видно, что силы неравны: еще немного, и на него набросились со всех сторон. Джуно вскрикнула, наблюдая, как папу погребли под кучей тел.
— Есть! — бросил кто-то, вылезая из этой кучи, победоносно держа голубой камень.
Успешнее всех оказался Аязелу. Ему удалось подобраться к обрыву ближе других, в рукопашном бою он одолел несколько белых: они, не обученные драться, задыхались, скорчившись на полу, держались за голову, прижимали руки к кровоточащим носам.
Но их было слишком много. И тогда Аязелу, улучив момент, замахнулся и швырнул пурпурный артефакт, уже освобожденный от стеклянного купола. Тот описал дугу и нырнул в черноту бездны.
На секунду все замерло, затем белые одной мокрой серой волной рванули к краю. Код ди Яр подбежал к ним, растолкал и глянул вниз.
— Достать, — велел он.
В этот момент Аязелу с рыком бросился вперед, к купцу.
Сердце Джуно замерло, перестало биться, захлебнувшись в собственном стуке. Одно уродливое мгновение: Аязелу накинулся на Код ди Яра, чтобы вместе — ВМЕСТЕ — полететь в бездну. Купец едва не упал в пропасть, но их обоих ухватили белые. Отволокли от края.
Эти несколько мгновений Джуно не дышала. Она почти потеряла Аязелу. Отчаянный, дерзкий шаг едва не стоил ему жизни.
Наконец, и ее подняли на ноги. Заломили руки за спиной, крепко ухватили за локти, за талию и за волосы.
Она нашла взглядом отца — его тоже подняли, он выглядел помятым, но живым.
На Аязелу несколько белых направили оружие, но он уже и не сопротивлялся. Понимал, что расстановка сил изменилась, и дальнейшая драка была невозможна.
Часть белых покинула площадку. Они, увы, не начали нырять в пропасть в надежде достать Пурпур. Видимо, им был известен способ спуститься вниз, они стали седлать лошадей, двое взяли повозки. В такое время, в темноте, под дождем, эти безумцы могли и убиться, но сегодня ничто не могло остановить их на пути к цели.
Пленников вновь завели в пещеру. Мужчин связали по новой. Код ди Яр лично проверил узлы.
Джуно, промокшую до нитки, трясло от холода, но, кажется, ни у кого из собравшихся не осталось ни единой сухой вещи.
— Это было глупо, — обратился, наконец, к ней Код ди Яр. — Вы лишь отсрочили неизбежное. К тому же… испачкались.
Да, она уже тоже заметила, как пожелтели ее руки — к счастью, лишь до локтя. Это было не похоже на краску, которая могла потрескаться. Очевидно, все стало желтым насквозь: кожа, ногти, возможно, кровь и кости. У Аязелу руки и часть одежды окрасились в пурпурный, а у папы — в лазурный, что в какой-то степени было иронично и символично.
Цветоносные впитывали в себя силу артефактов малыми дозами с самого рождения. Когда стала ясна опасность цветного безумия, лучшие умы всех трех земель занялись изучением этого феномена и вывели идеальную формулу, как напитывать руки правителей этой магией. Постепенно цветоносными становились и супруги Господ.
Но вот такой случайный контакт с артефактом, судя по всему, всего лишь окрашивал тело. Возможно, без надежды на очищение. Как долго должен был длиться контакт с камнями, чтобы сойти с ума, Джуно не знала: белым хватило, но сжимали ли они артефакты в этих стеклянных куполах всю дорогу или брали только при необходимости — это было ей неизвестно.