Страница 101 из 122
Глава 58. В которой Джуно и Аязелу спорят
— После переговоров вы уедете в Карнаву, — сообщил вдруг Аязелу, отчего у Джуно упала тяжелая серебряная вилка.
— Нет, — холодно ответила она, справившись с собой и снова подхватив прибор пальцами.
— Это был не вопрос, а констатация факта.
— Мой ответ — констатация факта.
Оба молча заскрипели зубами, глядя друг на друга исподлобья. Первым с собой справился Аязелу.
— Вам оказали честь, приглашают ко двору, — процедил он, — погостите там несколько месяцев.
— Из одного гостеприимного дворца в другой? Я не дам сослать себя в Карнаву. Хотите от меня избавиться, отправьте в Бранку.
— И речи быть не может, — покачал головой Аязелу и сосредоточил взгляд на своей тарелке.
— Делаете это из мести? Понимаю, — сказала Джуно якобы невозмутимо, но голос был напряжен.
Ничего она не понимала! Пока все было гладко, ее присутствие устраивало. Едва что-то пошло не так — и ссылка? Ей хотелось запустить в него приборами, а следом и тарелкой.
— А мне есть за что вам мстить? — поинтересовался он невинно и поднял брови.
Хорошо, возможно, она напрасно решила пропустить этап выяснения отношений. Возможно, стоило все-таки поговорить обо всем, что случилось.
Джуно оставила ужин и прямо посмотрела на Аязелу.
—Вообще-то, вы правы. Мне — не за что. Это мне есть за что мстить вам. Вы поступили низко на переговорах, заставили папу верить, что я предала его.
— Ну что поделаешь, я — беспринципный политик, — Аязелу швырнул на стол тканую салфетку, которая задела бокал.
Тот покачнулся, но устоял.
— Готов посеять вражду между отцом и дочерью. Ведь на самом деле вы не предавали его. Вы всего лишь предали меня.
Он сделал глоток воды.
— Я слышала ваш разговор с господином ди Кортом, но не передавала его отцу, — процедила Джуно.
Аязелу усмехнулся. Не поверил. Она не собиралась ни в чем его убеждать. Больше она не проронила ни слова, пока он сам, спустя минуты три, не сказал:
— Ваши действия были вполне закономерны, у меня нет причин чувствовать себя обманутым. Я полностью понимаю ваш поступок, к тому же, вы никогда не обещали быть верной мне. Если не считать брачной церемонии, разумеется, но ведь это всего лишь фарс. Мы оба знали, что это неискренне.
Джуно кивнула, хотя слышала в тоне Аязелу напряженные нотки. Он явно не собирался заключать перемирие.
— Но будьте любезны, — продолжил он, подтверждая ее подозрения, — не держите меня за дурака и не продолжайте эту ложь. Если не хотите признаваться, хотя бы просто помолчите.
— Именно это я и собиралась делать, пока вы не решили сослать меня в Карнаву.
— Сослать в Карнаву! — воскликнул он зло. — Люди, которые рвутся на курорты Колер-Стоуна, конечно, полностью разделяют ваше негодование.
— О, не надо изображать, что делаете это из заботы обо мне! Вы просто решили избавиться от меня, а Карнава — отличный вариант: и люди ничего не скажут, и буду под присмотром. Вы же так вовремя вошли в Цветоносную семью.
Он указал на нее вилкой, ища слова. Точнее, слова у него были, но гнев душил, мешая выдавить хотя бы звук.
— Что? Что вас так злит, Аязелу? Что вы сами, решив поселить меня в своих комнатах, получили шпионку под боком? Если бы не ваша идиотская затея, мы вообще не были бы женаты, и я бы сейчас собиралась домой!
Джуно резко встала из-за стола, он тоже поднялся на ноги.
— Вы никогда не просили быть честной, и я ничего не обещала. Так к чему все это? Неважно ведь, имел ли место шпионаж. Вы будете подозревать меня при любых обстоятельствах, не так ли?
— Да, Джуно, да, — выплюнул он. — Поэтому будет лучше, если вы уедете.
— На какой срок? Когда вы решите, что готовы рисковать и держать меня рядом?
У него не было ответа.
— Я клянусь, Аязелу, — она приблизилась к нему. — Если вы отправите меня в Карнаву, то больше не увидите никогда. Никогда. Вы можете забыть, что у вас есть жена.
Он чуть склонился к ней, тяжело дыша. Тихо и зло сказал:
— Именно этого я и хочу.
Джуно несколько секунд смотрела в его глаза, а затем молча вышла из комнаты.