Страница 91 из 233
— Как ты?.. Что?.. Зачем?.. Да ты.. — блею не находя ни толковых вопросов, ни ругательств.
— Ты же была не против, — подмечает с ледяным спокойствием Зепар. — Настаивала. Я отговаривал.
— Но не так же.. — оправдываюсь, запинаясь. — Ты не хотел Никитину-то говорит, а тут на всю планету..
— Нам нужно быстро и громко. Идеальный вариант! Сегодня уже миллионы знают, что у нас связь и то, что ты вспоминаешь прошлое.
— Так нельзя.. Ты.. — запинаюсь, не находя цензурных слов для того, чтобы обозвать Зепара. — Ты, — выдавливаю гневно, — посрамил память о моем муже.. Что бы между нами не было, Вадим тут ни причем. Зачем его?..
Андрей меняется — грубеет. Лицо ожесточается, багровеет. Массивные дуги бровей съезжаются на переносице, крылья хищного носа яростно трепещут, желваки натягивают кожу.
— Ненавижу тебя.. — смотрю на Зепара, но сфокусироваться не могу. Очертания размазываются, вместо Андрея чернеет тень. Зловещая, пугающе темная и опасная. Меня парализует, гляжу, а сдвинуться с места не могу. От ужаса проваливаюсь в пустоту. Лечу в прострации.. выхода не вижу. Потеряна..
— Вы не должны были, — сквозь тишину в голове прорезается горестный вздох Александра: — не должны..
Через силу смаргиваю — Зепар — человек. Уже спокоен, чуть прищурен. Рассматривает меня с подозрением.
— Ты сам нас свел, — шепчу неверными губами, но, так и не смотря на Никитина. — Уже ничего не изменить. Я говорила, что не хочу его знать, ты не послушал.
— К тебе вопросов нет, — убито качает головой Александр. — Здесь ты — безропотная жертва. Весь спрос с Андрея. Я думал, ты мне.. как сын, — чуть медлит, поднимает голову, взгляд обращен на Зепара. На лице такая боль, что не передать словами. Александр с трудом подбирает слова, говорит медленно с расстановкой: — Я тебе доверил самое ценное, что у меня есть. Ты.. будто нож в спину всадил.. — вновь запинается, сжимает кулаки. — Только не ее..
— Никитин, — впервые Андрей говорит проникновенно, даже скорее, оправдываясь: — Пойми, другого выхода не было.
— Возможно, — без особого энтузиазма соглашается Александр. — Ладно, все. Разборы не сейчас. Что сделано, то сделано. Нужно готовиться к гостям и фотосъемке. Теперь понятно, почему возле подъезда караулят несколько человек странного вида. Что ж.. Собираются голодные волки.
— Они всегда были, — сухо отрезает Зепар. — Просто раньше мои люди их не подпускали, а если те и умудрялись сфотографировать — мы придерживали материал и не давали ни в печать, ни в сеть. Это было временно, конечно.. Таково условие. И если правда откроется — я буду обязан подать информацию из первых уст.
— Это так гадко.. — уставши нарушаю свое молчание.
— В этом мире, — беспощаден Зепар, — когда большую роль играют коммуникации и телевидение, «немного времени» — почти единственное, чем могут подсобить знакомые.
— А чем еще?..
— Не утихающим вниманием..
Загадочная фраза приходится не по душе, но ее смысл доходит только, когда выхожу на улицу.
Если раньше думала, что живу в Аду, то теперь осознаю: жестоко ошибалась. Вспышки ослепляют, вопросы гудят шквалом, вокруг толкучка. Корреспонденты налетают точно стервятники на павших в бою. Хорошо, что Зепар и Александр рядом — огораживают, проталкиваясь.. Андрей ведет меня под локоть, с некоторой.. хозяйской манерой. Ловко усаживает в машину, садится ко мне. Александр на переднее сидение. О! Только сейчас понимаю: у нас новый шофер! Машина срывается, но еще долго слышу преследователей. Водитель мчится, точно профессиональный гонщик. Уходит от репортеров и уже через полчаса я, наконец, расслабляюсь — откидываюсь на спинку сидения. Андрей жестом собственника притягивает меня ближе и на попытку отстраниться, получаю грубовато-властный поцелуй в губы. Ловлю демонический взгляд и понимаю — лучше не рыпаться. Делать нечего. Покорно смиряюсь с новой участью..