Страница 167 из 233
Глава 5
Уже пот выедает глаза. Народу почти нет, редкие встречные бросают затравленные, чуть испуганные взгляды. Дьявол меня забери! Я так никогда не найду Витку. Где я, черт возьми, и что происходит? Рай.. Это же Эдем — Сад! Туда все хотят попасть, а там, где ношусь я — да не дай бог даже врагу оказаться. Это же..
Мысль ускользает, чуть не падаю в широкую яму-котлован. Из ниоткуда передо мной раскидывается стройка. Причем, не просто строительство, а грандиозное, много объектное. Такое впечатление, что попадаю в Египет, во времена фараонов, и всюду кишит работа по возведению пирамид, гробниц. Народу — море. От мала, до велика. Нет новомодной техники — тракторов, грузовиков, подъемников. Все делается сподручными средствами: веревками, бревнами, одноколесными каталками, ведрами, лопатами..
Между тружениками замечаю идущих мимо людей. А вот и души!.. Бредут все также отстраненно! Редкие останавливаются и помогают строителям.
Мне не до стройки! У меня цель, куда глобальней, чем камни таскать, ямы копать. Да и сердцу приятней! Вот только.. не помню какая. Знаю лишь: обязан двигаться дальше!
Быстро лавирую между постройками и работниками. Бегу по узким тропам, ловко огибая встречные души. Нет-нет, да и натыкаюсь на пожилых мужчин, женщин. Они копают, таскают, ломают стены и возводят другие. Бегу долго, упорно игнорируя даже детей, влачащих булыжники. Часто замечаю, как малыши ухают от усталости на землю. Похожие друг на друга, будто одна семья. Тощие, с впалыми щеками, обескровленными губами и огромными глазищами. Стиснув зубы и кулаки, мчусь прочь. Их квест — не мое дело вмешиваться! Перебираюсь через завалы, перепрыгиваю канавы, но совесть вынуждает притормозить возле сухонького старичка, дышащего на ладан. Из последних сих втыкает лопату в каменистую землю и, шумно выдохнув, оседает на колени, едва придерживаясь древка. Исхудавшее тело словно скелет для уроков по анатомии. Кожа настолько тонкая и светлая, будто пергамент. Полугол — лишь в грязной набедренной повязке. Босые ноги стерты в кровь. Правда, из-за грязи взбухли и местами покрылись бурой коркой.
— Старик, — склоняюсь к нему. Рвано перевожу дух после долго бега: — Зачем копаешь?
Ловлю недоуменный взгляд синих точно вечернее небо глаз.
— Как же не копать, мил человек? — тяжко выдыхает старец с безмерной усталостью.
— Мне немного осталось, если смогу прокопать траншею вон.. — кивает на ров соседа, — до того места, мои грехи искупятся, а мои правнуки на Земле смогут перейти на более высокий уровень бытия.
— Но ты же, — неопределенно качаю головой, — еле живой.. — С минуту молчу, в полной растерянности. — Дай, — не знаю, зачем забираю лопату. Старик без поддержки опадает наземь всем телом. На лице страх и негодование.
Злюсь на себя, но копаю долбанную канаву. Мощными гребками расчищаю ров — углубляю, расширяю. Шаг за шагом, мах за махом. Изредка отбрасываю инструмент и руками выкорчевываю большие камни. Складываю наверху, но они там не успевают залежаться — другие строители их тут же уволакивают. Только освобождаю место для копания, вновь берусь за лопату. Дыхание вылетает с хрипами, тело наливается свинцом, но медленно подбираюсь к соседней яме. Еще гребок, еще.. Перед глазами назойливо маячат темные и светлые пятна. Смахиваю пот, прочищаю глотку. Несколько глубоких вдохов, и опять продолжаю работу..
Забыться не позволяет образ Витки. С нежным взглядом и ласковой улыбкой. Греет душу, заставляет сердце биться чаще. Правда, вместе с этим осознанию, что когда- то наши с ней отношения точно также, собственноручно закопал..
Уф!.. Сил нет, выжат до последней капли! Через «не могу» вылезаю из длиннющей траншеи от дома старца до рва соседа. Вручаю старичку, так и не сдвинувшемуся с места, лопату:
— Ты себя побереги, — бросаю почему-то стыдливо. Глаза старца дико вытаращены. Он озадачено водит из стороны в сторону тощей рукой с дряблой кожей и невнятно бормочет:
— Это ты.. как же.. это.. мил человек..
Легонько хлопаю его по плечу и на заплетающихся ногах бегу прочь. К дьяволу трепетные чувства к другим! И так времени потерял, а у меня важная миссия. Куда важнее всех дел мира, Вселенной! Что уж говорить о чужих родственниках неизвестных мне смертных! Пошли они!..
Кхм.. Вот только интересно, а какая у меня миссия?..
* * *
Несколько раз проваливаюсь в небытие, но когда выныриваю, оказывается, что еще бегу. Как? Хрен знает.. Видимо, тащит сила воли и чувство собственника — обязан заполучить, принадлежащее мне. Плевать, что не помню, что именно, главное, осознаю: оно должно быть моим!
Вырываюсь из очередного провала, сбавляю темп — опять не могу понять, куда и зачем бегу. Сливаюсь с потоком неспешно идущих людей. Их очень мало! Мало настолько — будто редкие выжившие, собирающиеся после катаклизма. Если раньше река бурлила, то теперь ручеек едва струится, робко извивается..
Движемся по невидимой дороге, но целенаправленно — вперед. Хотя толком не знаю, где он — тот «вперед». Просто по течению. Вроде как не один. Вроде куда- то.. Недружными рядами, кто как может, но всех объединяет отчужденность на лицах, скорбь в глазах и усталость шага.
Мыслей нуль, воронка пустоты настолько поглощает, что бездумно бреду даже не мечтая когда-нибудь остановиться. Сколько проходит времени — понятия не имею, да и какая разница? Куда спешить? Зачем?.. Безразличным взглядом осматриваюсь. Оказывается, иду по освещенному коридору, меня окружает безграничная чернота, но почти незаметно для глаз преображается в красочное столпотворение — улицу с домами по обе стороны. Точно попадаю на респектабельную и самую дорогую улицу Нью-Йорка. Пятое авеню! Высотки, магазины, бутики, рестораны.
Приободряюсь. Ускоряю шаг, даже усталость и тяжесть притупляются. Выискиваю, но сам не знаю, что. Лишь уверен, если увижу, пойму — это то, что мне нужно!
Иду.. бесконечно долго. Оптимизм рассеивается. Проталкиваюсь грубее — терпение заканчивает, настроение окончательно падает. Толпа заметно сгущается. По ходу кручусь, всматриваясь в чуждые лица: отрешенные, пустые, безликие.. От вереницы однообразного — кружится голова, сознание мутнеет. Опять сбавляю темп. Накатывает разочарование. Уже было сдаюсь, как вижу в самой плотной группе отдаленно-знакомый силуэт. Стройный, гибкий, изящный. Девушка ко мне спиной — темные волосы тяжелыми волнами опускаются до лопаток. Поворачивается в профиль, и мое сердце учащает бит. Это она! Я ее искал! Вот только.. кто она?
Спешу выяснить, но девушка точно ощущая приближение, торопится прочь.