Страница 141 из 233
— Витка, — взывает с чувством Зепар, — чтобы вникнуть, отбрось предубеждения.. и прими как должное.
— Бред!.. С трудом, но я могу поверить в.. наклонности Вадима.. — морщусь, точно лимон целиком ем. — В его коварность. Что, заметь, тоже звучит неправдоподобно. Но ангелы, демоны.. — беспомощно мотаю головой. — Мои родители с чего-то от них бегают.. Умоляю!..
— М-да, — задумчиво мычит Зепар. — Вот главная проблема во взаимопонимании и доверии — люди охотнее глотают искусную, приземленную ложь, которая не противоречит их убеждениям, — тон леденеет, — чем неприглядную, рушащую мировоззрение правду.
Некоторое время молчу. Черт! Андрей прав! Сладкая ложь проще ложится на слух, нежели горькая правда. Не хочу верить в абсурд, не могу.. Но ведь многое сходится. To, что раньше не имело логического объяснения, теперь становится на свои места. Необъяснимые моменты с ведьмаками, колдунами, экстрасенсами; случаи в аномальных зонах; постоянные тайны вокруг неизведанного; вечные столкновения с потусторонним; галлюцинации. Словно кадры быстрой перемотки яркими вспышками мелькают моменты, о которых забывала, опять же, по непонятной причине. Скорость Андрея; гипнотическая мощь, двери, закрывающиеся, открывающиеся сами.. Аура некоторых людей. Ползущие тени.. Беспокойные сны..
Сон?.. Вершина горы и идеальный мужчина — крылатая тень. Словно трезвею на глазах, мир заметно искажается, по невидимой поверхности пробегаются небольшие волны, и картинка застывает уже в новых красках и реалиях! Я не сумасшедшая! Видения — правдивы. Мир куда сложнее, чем думаю. Бог, Дьявол, их приспешники.. Поворачиваюсь к Андрею, в груди щемит от боли.
— Так ты — демон.. — стону обреченно. Фраза больше для себя, ведь ответ уже знаю. — Вот почему твои глаза.. — не нахожу слов объяснить. — Александр, — осеняет новая догадка, — ангел?..
Зепар непроницаем:
— Твой хранитель.
— Как вы?.. — запинаюсь. — Почему вы?.. — неопределенно машу рукой, не в силах понять связь. — Демон и ангел.. Что вас объединяет?..
— Это другая история, — суровеет Андрей.
— Так я слушаю! — настаиваю грубея.
Зепар шумно выдыхает:
— Никитин меня спас, когда мой господин..
— Дьявол? — звучит мразматично, но не спросить не могу.
— Да, — нехотя отзывается Андрей. — Я подвел его. И он.. за дело, если признаться, сослал меня на Землю со смертельными ранами.
— Твои шрамы, — предполагаю несмело, — клеймо..
— Да, — с явной неохотой отзывается Зепар после недолгого молчания.
— Что оно означает? — не отпускаю допрос.
— Рождение черного зверя, несущего смерть в момент восхождения темного солнца. Выбор сумрачного пути: ограниченного, но в человеческом понимании — беспредельного..
— Твое?.. — вновь робею.
— Да! Не помню как, не помню кто. Вероятно, Дьявол, поставил метку своего господства и моей принадлежности его касте, семье. Кстати, у Вадима тоже есть..
— Всевидящее око, — чуть слышно шепчу. — Он рассказывал, что баловался по- молодости чернокнижием..
— Неправда, — незлобиво обрывает Зепар. — Это клеймо, что сатана за ним следит и в нужное время нагрянет за долгом. Такие у всех, продавших души..
— Почему же после смерти следователи и патологоанатомы не сопоставляют похожие знаки-шрамы?
— Милая, не думай, что все так просто. Клеймо после смерти исчезает, стирается..
— Понятно, — протягиваю задумчиво. — Тебе оставили, чтобы помнил?
— Конечно! Дьявол любит подчинять и властвовать! А таким образом, перекрыл дорогу обратно, отрезал связь с братьями и сестрами. Когда я умирал, никто из моих не решился помочь, да и не принято это в нашем кругу, — понимающе кивает Зепар. — Все хотят выслужиться, прогнуться, чтобы быть ближе к Дьяволу. Я уже радовался смерти, проваливался в темноту, как вдруг появился свет.. — грустно усмехается Андрей. — Это была Иолла.
— Она тоже, — бубню под нос, — ангел.. У нее аура как у Никитина.
— Так и есть! Иолла заставила вернуться мою черную душу обратно, в покинувшее изувеченное тело. Дала толчок к жизни — реанимировала остановившееся сердце.. Но ее сил было недостаточно, а мой сосуд слишком слаб, чтобы полностью воскреснуть, да и не хотел я — уж лучше сдохнуть, чем на Земле человеком скитаться, помня об истинной мощи демонической сущности. Но настойчивости и упорству ангелов можно позавидовать. К тому же вскоре появилась подмога в лице Никитина.. — впервые лицо Зепара смягчается. — Александр залечил раны. Поделился своей силой. Пожалуй, чего не могу понять, и по сей день. Мы ведь находимся по разные стороны баррикад в борьбе за человечество, хотя по сути, цель у нас одна — ваши души.. С тех пор, я прошел долгий курс реабилитации — укрощения демона в себе. Со временем приспособился жить как люди, стараясь не выделяться силой и оставшимся даром. Александр не просто наставник — он мне как отец. Да, я не самый праведный сын-демон. Свою сущность изменить полностью не дано никому — уж что заложено Богом, ведь питаться надо вопреки всему, — бормочет, оправдываясь Зепар. — Память о былых счастливых временах тоже не стереть — в чем тебе завидую. Но я действительно стараюсь! Часто ловлю себя на мысли, что хочу вернуться к своим, вновь ощутить могущество, неуязвимость, но это почти невозможно. Поэтому продолжаю жить на Земле, среди людей. Нравится тебе или нет, но мне приходится подкрепляться..
— Дегтерев был в твоем списке.. еды?
— Да..
— Остальные экс-клиенты охранного агентства «Жизнь», погибшие.. — несмело гляжу на Андрея.
— Я не собираюсь оправдываться, — грубо чеканит Зепар. — Но.. никого, ни к чему не принуждал. ССиС выбирает каждый.
— Что это за ССиС? — робко переспрашиваю. — Самый сильный испытанный соблазн?
— Свою судьбу и смерть, милая.
— А, — теряюсь на миг. — To есть, жертвы знают, как умрут и когда?
— Да.
— Не верю, чтобы были те, кто добровольно на такое согласится.. без принуждения, угроз, шантажа.
— Я не говорил, что не умею заинтересовать, искусить, соблазнить..
— Гипнотизировать.. — подсказываю в тон. — О, да, — восхищаюсь язвительно, — в этом ты мастер!..
— Не буду отрицать, — качает головой Андрей, смотря перед собой. — Мне нужно чем- то питаться, чтобы окончательно не потерять свои силы. Я и так слабее, чем моя семья. А так, вроде как сильнее людей.
— Дьявол знает что ты..
— Да, но я для него мелкая сошка.
— За что он тебя низверг?
— Дело давнее, не хочу об этом, — вновь мрачнеет Зепар.
— Понятно, — протягиваю с грустью. — Опять закрываешься..