Страница 109 из 233
Окончательно погрузиться в себя не позволяет Андрей. Ведет из офиса — впервые рада конвою. Поддерживает, не дает упасть. Домой еду точно в тумане, в голове гулко пульсирует: жив, жив, жив.. Вадим жив? Что если подстава? Нет. Почерк мужа знаю, как своих пять, а витиеватую «В» подделать настолько точно если и сможет, то только мастер. Костик — маньяк? Брр.. я его знаю столько лет. Он мне как брат. Старший, внимательный, заботливый брат! На Вадима даже подумать не могу — скорее уж злыдней окажусь я, чем муж. Антон Николаевич. Боже праведный! Да никогда в жизни! Более чуткого и отзывчивого человека не найти!
На Никитина тоже не хочу думать. Александр заменяет отца. Бывают разногласия, может отчитать, покомандовать, настоять, убедить, отругать, в конце концов.. Ничего из ряда вон выходящего. Так поступают настоящие отцы! В этой компании только одна темная лошадка — Андрей. С черным прошлым, не менее загадочным настоящим и лично для меня очень призрачным и смазанным будущим..
Как разобраться? Как бы ни сойти с ума..
Что ж, с этого момента сама буду выбирать, кому доверять, а кому нет.
Если расскажу Зепару все, а он окажется маньяком — получится, собственноручно даю ему все козыри и ключи. Промолчу — будет шанс на спасение. А вот если же окажется, что не он, скорее всего, пропаду — останусь без защиты, и истинный маньяк уничтожит. Хотя, даже если и уцелею, Андрей предупреждал: не лгать! За вранье накажет..
Такой выбор, такой выбор.. Смерть или смерть? М-да.. Разница только от чьей руки.
Стоп! Почему так пессимистически? Не думаю, что Вадим даже, окажись, он в самом кошмарном сне действительно маньяком, меня захочет убить..
По крайней мере, пока не получит желаемого.
To есть, пока тайник не найден, я жива! Хотя, тоже не верно. Если в скором времени он не откроется, меня все равно ждет смерть. Нужно взвесить все «за» и «против».
Зепару и Никитину пока ничего не говорить не буду. Послушаю, что скажет Вадим. Если это и, правда, он — муж, а не маньяк.. Костик.. Антон Николаевич, или кто бы то ни было.
Пойду на встречу, и только после приму решение.
А что за женщину упоминал Александр, когда говорил про купленные разовые телефоны? Зепар тогда выключил громкую связь и ушел.. На душе гаденько поселяется неприятный осадок. Ответ слишком очевиден — не хотел, чтобы об этом слышала я!
Не в пользу Вадима играет тот факт, что якобы объявившийся муж, дал о себе знать только после открытия ловушки. Хотя, как сказать. Костик позвонил пару дней назад, когда Зепар еще не запустил «утку». Уже тогда пригласил в офис, а недочет в документах оказался подлинным. Совпадение? Получается, мужчины совместили удобное с необходимым. А к устранению оплошности приурочили воскрешение мужа. Если, кончено, он, действительно, жив..
Пока висит главный вопрос, если Вадим погиб, а заключение врачей это подтверждает, — и окажись это не так, как такое возможно? Подстроил собственную смерть?..
Ужас! Голова пухнет от мыслей. Не надо выдумывать, нужно встретиться и поговорить. Для этого потребуется почти невозможное — уговорить Зепара оставить меня наедине с Антоном Николаевичем. Или упросить ждать, не входить в квартиру.
— Андрей, — нарушаю молчание, но смотрю перед собой. — Мне очень надо сегодня поговорить с Рыбаковым.
— Что случилось?
Как убедить, что мне кровь из носу требуется специалист? Кхм.. Лучшие доводы — хотя бы частично состоящие из правды.
— Есть пара сердечных вопросов. Их обсуждать с тобой не могу, уж прости.
Рядом шумно сопит Зепар, решаюсь на него посмотреть. Серьезен, задумчив, напряжен.
— Именно сегодня? — наконец, озвучивает, один из вопросов, читаемых в зеленых глазах.
— Да, — рьяно, коротко киваю и несколько заминаюсь: — Уж больно на душе неспокойно..
Вновь окутывает тяжелым молчанием.
— Вит, — спокойно, но в тоже время проникновенно взывает Зепар. — Я, понимаю, что далеко не.. ангел. Психолог из меня еще хуже, но ты мне.. — осекается. Резко отворачивается к окну.
Глазам не верю! Андрей волнуется? Раздумывает, что и как сказать? Немного теряюсь, даже сердце от жалости колотится быстрее, на душе растекается тепло.
— Ты мне дорога.. — тихо заканчивает в никуда.
— Андрюш, — нежно срывается с языка. Зепар так стремительно разворачивается, что на миг забываю, о чем хотела сказать. Проваливаюсь в черноту ожидающего взгляда. Выдыхаю с грустью. — В смысле, — предполагаю неуверенно, — затраты на меня не перекрываются доходами? Мало плачу?
Андрей суровеет, появляется циничная ухмылка:
— Не жалуюсь, — реальность режет, словно затупившийся нож мягкий хлеб. Черт! Я ведь никогда не задумывалась, сколько отчисляю Зепару. Мой контракт бессрочный, а семеро бывших клиентов агентства уже мертвы. Я следующая? По коже бегают студеные мурашки. От холода кутаюсь в пальто. Нужно позвонить Юркину Глебу Валерьяновичу, главному бухгалтеру, и узнать, каковы расходы на мою охрану. Что если перекрыть статью и Зепар откажется продолжать за мной надзирать?
— Да, ты, действительно, не.. ангел, — выдавливаю сожалеюще. — Поэтому мне и надо поговорить с Антоном Николаевичем.. без тебя.
— Проблема во мне?
«Да! Да! Да!» — беснуется разум. Мысленно считаю до десяти, чтобы успокоиться.
— И да, и нет, — веду головой неопределенно.
— Для решения личных проблем с партнером, нужны двое, — грубовато бросает Андрей. — Может, лучше со мной поговоришь? Расскажешь все, что скрываешь и утаиваешь? Прикидываю, насколько огромен багаж неизвестно..
— Хочу поговорить о сердечном, душевном, чего ты.. не понимаешь, — выдыхаю горестно. — Обещаю, — твердо звучит мой голос. — Если позволишь поговорить с Антоном Николаевичем наедине, то.. поделюсь и с тобой. Может, не в тот же день, но.. как только разберусь с собой.
— На это могут уйти года, — тяжело констатирует Зепар и с явной неохотой кивает: — Но право твое.
— Спасибо.
Не ожидала, что Андрей так легко сдастся! Думала, будет рычать, припугивать, опять изгаляться, а вместо этого — признается.. в моей «дороговизне» и предлагает общение друг с другом без специалиста!
Выуживаю телефон. Дрожащими пальцами нахожу нужный номер и нажимаю вызов. Медленные гудки обрываются:
— Здравствуй, Вита, — слышится радостно-взволнованный голос Рыбакова.
— Здравствуйте.. — умолкаю на несколько секунд. — Очень надо встретиться, — наконец озвучиваю, неосознанно выделяя паузами каждое слово.
— Конечно, конечно. Только сейчас буду занят.. В семь подойдет? — протягивает с ожиданием Антон Николаевич.