Страница 54 из 114
ГЛАВА 20
Бес
В диком ритме проходят несколько дней. С хозяевами лавки и квартиры на втором этаже договориться получается. На мою радость, старьевщик макулатуры уже давно пытается точку продать. Поэтому мы друг друга находим. С жильцами квартиры приходится больше повозиться. Они не собирались менять место жительства, но, получив более чем достойное предложение, заверяют съехать в течение недели.
С документами возимся недолго.. Мне их ещё Исмаилу Иосифовичу на подпись..
Не знаю почему, но не устаю от девчонки. Порой прихожу, вымотанный под завязку. С очередной разборки, стрелки, делового разговора с мыслью — упасть и уснуть, но вижу грустное лицо мелкой, и меня начинает одолевать желание поднять ей настроение.
Без лишнего запала узнаю, что да как, хочет ли куда-нибудь, но Арина ещё больше грустнее.
— Нет, спасибо. Только по деду соскучилась.
Бл*!!!
Я конечно спаситель, но не супергерой.
Немного болтаем ни о чём, и ухожу к себе.
Некоторое время бездумно пялюсь в потолок, а потом набираю Юльку.
— Поехали, — даже не заглядываю к мелкой в комнату. Просто стучу в дверь. Пока обуваюсь, Арина уже тоже суетится в коридоре. Вот так уже приучилась — ни задержки, ни глупых вопросов. Доверяет.
На этом душевный порыв обретает предательский оттенок мудачества, но я умело его задвигаю в отсек «Персональный ад».
— Это что, больница? — сама очевидность Арина. Мы останавливаемся на парковке, противоположной больничному паркингу. Девчонка хмурит брови, недоумённо оглядывается.
— Ну ты же ни в кафешку, ни на шопинг не захотела. Просила к дедушке.
— Дима, — порывается ко мне с объятиями мелкая, но вовремя останавливается. Глаза испуганно таращит, кулачки к груди прижимает, а взгляд.. Бл*! Сделайте мне лоботомию немедля!!!
— Умница! — киваю чётко, будто ставя точку. Рад, что она сама стопорнула, а то меня клинит на её реакции. Кажется, подсел на неё откровенно. Настоящая, чистая наркота и то меньше шибает, чем эмоции мелкой.
Наверное, я потому и перестаю быть нормальным в своей роли благодетеля. Не порыва ради — спасти семейство Коган, а чтобы вновь и вновь упиваться радостью и счастьем Арины. Она щедра этим. Делиться, не задумываясь над последствиями и не жалея.
А зря.
Я пью.. Но мне мало.
С каждым разом дозу хочется увеличить.
По дороге к приёмному покою набираю Юлю:
— Мы на месте.
— Жди, я сейчас.
Уже в приёмном покое терпеливо сидим несколько минут. Добропорядочный персонал допытывается, к кому и что беспокоит? И когда банальное: «К нам сейчас выйдут», — не срабатывает, и дородная медсестра в белоснежном халатике начинает распинаться, что это не место для ожидания в ночное время, появляется Ильина.
— Светлана Леонидовна, здравствуйте! — кошкой мурча, обнимает тётку Юля. Медсестра-следователь отвечает улыбкой, а потом на нас с Ариной косится:
— Твои что ли? — догадливо мотает головой.
— Угу, — сухо кивает Юлька, — пропустишь? — строит жалостливую моську.
— Ты же знаешь, что нельзя, — канючит тётка, но больше для набивания собственной значимости, чем отказывает.
— Светусь, очень нужно, — приобнимает, голос понижает настолько, что не слышу даже шёпота, но судя по лицу дородный медсестры, аргументы веские. Тётка смягчается.
— Ладно, только недолго и тихо, — добавляет значимо. — Как тень, — это нам с Ариной и пальчиком пригрозив.
— Угу, — рьяно кивает Аря, а медсестра с места не отходит. Меня взглядом гипнотизирует. Несколько секунд соображаю, какого хрена ей нужно — бабло, улыбка, по заднице, — а когда догоняю, рапортую:
— Так точно, товарищ Светлана Леонидовна!
— Юморист? — подбочениваясь, сощуривает тёмные глаза тётка.
— Да как можно? — продолжаю паясничать.
Юлька дурашливо шикает. Тётка расслабляется — дружески фыркает, Арина молча сотрясается, а потом вроде хрюкает, чем вызывает всеобщее удивление. Даже забываю про тётку и шутки. Рина краснеет. Ладони ко рту прикладывает. Глазищи огромные, как блюдца.
— Да ты лучше прохрюкайся, — от чистого сердца и по-доброму советую, — а то поползёшь тенью к деду, хрюкнешь по дороге, где не велено и пиши пропало наше тайное задание.
Тётки ржут, Арина порывисто отворачивается. Смех застревает в горле. Бл*, обиделась что ли? Ступаю к девчонке, ещё толком не понимая, что собираюсь сделать. Попросить прощения или попытаться как-то съехать с идиотской шутки. Плеча касаюсь:
— Арь, — она дёргается, мол, отстань.
Твою мать! Обиделась.
— Прости.. — слова застревают, когда по трясущемуся мелкому телу понимаю, что она беззвучно хохочет.
— Бл*, мелкая, — оттаивает душа и блаженное тепло по венам несётся. Пользуясь тем, что высше и больше, почти придавливаю Арину ручищей, водрузив на плечи, и к себе притягиваю: — Накажу, — шепотом на ухо и не позволяю выбраться из моего хвата.
Только когда смех тёток умолкает, вновь озаряет — забываюсь. Бабы на нас смотрят задумчиво. Юлька с затаённой обидой, тётка с лёгким недоумением.
Подталкиваю Арину к выходу в больницу:
— Топай, Свинка.
— Дядя Дима, — насупливается Рина.
— Дядя-дядя, — ворчу. — Не накручивай, — это Юле, проходя мимо. — Ты же понимаешь, что она мелкая..
Ильина выдавливает циничную улыбку:
— Главное, чтобы ты это понимал, — с виду безобидная колючка, но с подтекстом.
Бабы! У них какая-то невообразимая чуйка на соперниц. Хотя, какая из Арины соперница? Тем более для Юли?
Хрень полная.
С другой стороны..
Так, стоп!!! Об этом лучше не думать.
Кивком пропускаю бывшую вперёд.
* * *
По этажам и корпусам следуем за Юлей. А когда оказываемся на знакомом этаже, Арина обгоняет — в палату к деду врывается первой. Но врывается в присущей ей мягкой и тихой манере — благоразумно, без криков, бесшумно к койке подходит.
На этом меня накрывает. Никогда в жизни не видел такого искреннего жеста. Она ладонь деда в свои берёт и целует.
Аж не по себе становится — глаза отвожу. Слишком это.. Личное какое-то. Такое, что за душу берёт, а рывком выворачивает.
— Риночка? — сонно и неверуяще протягивает Коган. Дрожащей рукой к внучке тянется, а мелкая нежно перехватывает и поочередно целует. Ласково. С любовью.. И чистотой.. Не пошлый грязный жест, а просто порыв — от всего сердца и искренним чувством.
— Ариночка! — старческий голос надламывается, мелкая ныряет в его объятия.