Страница 50 из 75
Родня Ивана, пока сидела за столом, на необычные стены посматривала, но вопросов не задавала, полностью сосредоточившись на Борисе. Зато, когда вошли в мою комнату, все как один остановились.
— Мужчины на полу спят, — поволок Медведь следом за роднёй одеяла и тюфяки. — Вы чего все в дверях встали?
— Та кто ж так живэ? — спросила мама Ивана.
Честно говоря, я настолько уже привык к этому интерьеру, что почти не обращал на него внимания. К тому же у нас с Медведем здесь, как в приличной берлоге, обычно царил небольшой творческий беспорядок: рулоны ватмана, учебники, тетради с конспектами.
Но к приезду гостей мы, конечно, навели порядок. Чертежи унесли Ваське в комнату, шторы красиво подвязали, бабушка по центру круглого стола положила связанную крючком салфетку и поставила вазочку. Я, соблюдая стилистику, воткнул в неё ветку вербы.
Не постесняюсь себя похвалить: комната вполне могла бы стильно смотреться на страницах журнала XXI века. А уж для пятидесятых годов выглядела просто верхом элегантности и утончённого вкуса.
Медведь без всякого пиетета разбавил эту стилистику тюфяками, бросив их на пол, сдвинул стол и стулья к окну. Очарование интерьера окончательно исчезло, и гости пришли в себя.
— Всем спать, завтра сложный день, — скомандовала баба Лиза, разгоняя нас по кроватям.
Суббота выходным днём ещё не стала. Поэтому Васька с утра отправился на работу. Отец Наташи тоже должен был быть на заводе до двух часов дня.
Регистрация в ЗАГСе была назначена на 15:00, а уже после неё — собственно свадьба. Но прежде мне предстояло поработать извозчиком.
Бабушка поднялась ещё затемно, затопила печь и принялась готовить. Что-то было сделано заранее, но работы всё равно оставалось столько, что без раннего подъёма было не управиться.
Кое-как позавтракав на бегу, я загрузил на заднее сиденье машины один таз с котлетами, второй — с рыбой и повёз всё это к родителям Наташи. Они решили устроить свадьбу дома, а не в ресторане. Вернее, сначала хотели договориться с рестораном, но баба Лиза отговорила Ивана:
— Чего деньги зря тратить? Я и сама напеку, и нажарю не хуже. А продукты тебе из Хадыженска привезут.
На крепком спиртном тоже решили не разоряться. Отец Ваньки доставил самогон, я же от себя, в качестве подарка купил ящик шампанского и для желающих — красное вино.
Как я уже упоминал, квартира у Наташиных родителей была большая — три комнаты в сталинке. Честно говоря, меня немного удивляло, как им удалось отхватить такой метраж. После узнал, до прошлого года с ними жил дедушка Наташи, какой-то там заслуженный по партийной линии человек. В середине лета дедушка умер, но на размерах квартиры это никак не сказалось. Ивану они тоже намеревались оформить прописку у себя, чтобы ни у кого не возникало лишних вопросов.
Родственников со стороны Наташи обещало прийти человек двенадцать-пятнадцать. Студентов в этот день звать не стали — всю молодёжь пригласили уже на воскресенье, причём к нам домой.
Чтобы уместить гостей у Сомовых, мы с Иваном ещё два дня назад почти полностью освободили зал от мебели. Столы и стулья для свадебного стола собирали по всем соседям, так как своих на такую ораву всё равно бы не хватило. Зато теперь места в комнате было предостаточно.
Впрочем, за еду никто не переживал — мы без проблем смогли бы накормить и сотню человек. И судя по тому, как начали округляться глаза Наташиных родителей, подобных застолий они раньше точно не видели.
С недавнего времени я ввёл у нас традицию готовить на праздники салаты с майонезом. В это время он, конечно, был большим дефицитом, но сделать его самостоятельно не составляло труда. Медведь у нас парень большой и сильный — вилками взбивает яйца для соуса только так. Куры у нас живут в тепле, поэтому продолжают нестись даже зимой. Яиц в холода, конечно, немного, но на домашний майонез вполне хватало. Впрочем, к свадьбе Иван прикупил яиц на рынке.
Салаты и трёх запечённых гусей я одним из первых рейсов отвёз на квартиру. Следом отправил маму и всех Михайловых. Бабушка до последнего отказывалась уходить, контролируя процесс, и лишь когда с работы прибежал Васька, я буквально погнал бабу Лизу переодеваться.
Нарядный и нервный Иван давно примостился на табуретке и, как было велено, не мешался. Так-то он порывался помочь, но я на него рыкнул: велел сидеть, молчать и не нервничать. В качестве успокоительного налил ему бокал шампанского. Иван выпил и сразу присмирел.
Чего мне стоило достать «Абрау-Дюрсо», лучше не спрашивайте. Хорошо, конечно, иметь знакомого директора завода, но переплатить пришлось прилично. Впрочем, свадьба лучшего друга — дело святое. К тому же мне и самому жутко хотелось попробовать шампанское этой эпохи. Две бутылки я сразу припрятал на потом: выпьем позже, а пока я за рулем, придётся побыть трезвым. Благо после ЗАГСа меня сменит Борис — совмещать обязанности водителя и свидетеля я категорически не хотел.
Мода на украшение свадебных автомобилей в это время уже набирала обороты. Кукол на капот ещё не сажали, но разноцветные ленты и цветы использовали. С живыми цветами в феврале, понятное дело, было туго, поэтому сестры Ивана закрепили поверх атласных лент искусственные бутоны. А на радиаторную решетку моей «Победы» они повесили колокольчики с пышными бантами — этакую замену старинным ямщицким бубенцам.
Стоило нам выехать со двора, как все эти колокольчики тут же забросало февральской жижей — смесью подтаявшего снега и грязи. Но я не растерялся, ближе к дому Сомовых принялся от души бибикать на всю округу, благо клаксон у «Победы» был знатный. Прохожие оборачивались, кто-то улыбался, махал руками.
У дома невесты нас уже ждали. И хотя в 1957 году официальные газеты вовсю клеймили выкуп как вредный мещанский пережиток, советские женщины лозунгами жить не хотели. Мама Наташи вместе с какими-то шустрыми соседками и своими родственницами стали у подъезда, наотрез отказываясь пускать жениха без выкупа. Не удивлюсь, если это хадыженская родня Ивана заранее договорилась с ними и подзадорила: мол, жених у нас видный, богатырь, так что торгуйтесь на полную! Отдуваться за всё пришлось мне как свидетелю шоколадными конфетами «Мишка косолапый» и рублями.