По краю земли

Марк без стука толкнул входную дверь и шагнул в отделанный светлым деревом коридор. Венда протиснулась следом и с любопытством коснулась почти белых стен: такая маркая древесина считалась в Ориендейле одним из самых дешёвых материалов, и в Ориентале её использовали разве что для топки печей.

Дверь в соседнее помещение распахнулась бесшумно. Мужчина лет пятидесяти, с пышной светлой бородой и шапкой давно не стриженных волос сурово уставился на них. Взгляд перебежал с Фелтона на Венду и Айлека, наконец остановился на Марке – и сразу повеселел. Без лишних слов мужчина притянул Марка к себе и похлопал по плечу. Впрочем, черты его лица остались жёсткими, и глубокая складка на лбу не спешила разглаживаться.

— Как мама? – было первое, что спросил у него Марк.

— У нас всё по-старому, не переживай. – Дядя Марка кивнул в сторону гостей. – Твои друзья?

Марк замялся, покосился на Фелтона и ответил:

— Э-э.. да. Мы вместе добирались от Набреги. Дядя Эргард, это Фелтон, Айлек и Ирма.

Венда вспыхнула, но не стала возражать, а лишь поджала губы. Не стоило затевать спор, иначе пришлось бы объяснять, почему она вовсе не Ирма и откуда взялась. Ради дяди Марка? Обойдётся. И так уже трое оказались посвящены в её тайну.

— Эргард. – Мужчина протянул руку всем по очереди.

Венда сдержанно пожала сухую ладонь с неровными ногтями. Уж на что Марк был высокий и плечистый, но рядом со своим дядей он казался подростком – рука Венды утонула в огромной ладони Эргарда, словно в жёсткой перчатке.

Эргард провёл их в дом и показал, где умывальница и уборная. Объяснил, что сам он сейчас на кухне готовит ужин и они могут присоединиться, если хотят. В целом он вёл себя как ни в чём не бывало: то ли от природы был такой невозмутимый, то ли привык, что незнакомые люди являются к нему без предупреждения. Венде стоило бы порадоваться, ведь так было безопаснее, однако она не могла стряхнуть с себя противно-липкое чувство обиды. Неужели они ему настолько неинтересны? Только ему – или всем? Значит ли это, что в них нет ничего особенного? Что она, Венда, вообще представляет из себя, когда рядом нет папочки-старейшины или дяди-короля?

К матери Марка их не пригласили – парень ушёл в её комнату один и долго сидел там за плотно закрытой дверью. Эргард в это время поставил вариться картошку и поручил Венде и Айлеку накрывать на стол, а Фелтон обнаружил книжный шкаф и с головой погрузился в изучение корешков.

Дяде Марка принадлежал весь дом – и первый этаж, где располагались кухня, погреб, зала, и второй, и чердак. Здесь было просторно, светло за счёт белого дерева, чисто, но в то же время бедно и, на взгляд Венды, совсем не уютно. Единственное обжитое место обнаружилось в углу между окном и камином, где рядом с креслом-качалкой на широком комоде стояли написанные красками картины без рам и глиняные фигурки.

— Меркуруса работа, – кивнул Эргард, заметив, что Венда их рассматривает.

Венда ахнула. Последние несколько лет её заставляли изучать искусство под руководством самого занудного учителя на свете, и потому Венда неплохо разбиралась в стилях и направлениях живописи Флоры, Ориендейла и даже Поверхностного мира – тут, впрочем, её хватило только до двадцатого века, после чего она потеряла нить. Картины Марка напомнили ей ранних импрессионистов с их игрой света и тени. Статуэтки тоже завораживали. Венда осторожно провела пальцем по изгибам глиняной фигуры орла и подумала, что Марк, вероятно, не зря считался одним из лучших мастеров у Дариана. Если верить его же словам, конечно.

Айлек подошёл к ней со спины и замер, не желая мешать. Осмотрительный и осторожный, как всегда. Венда обернулась и стрельнула глазами в сторону Эргарда – тот был занят в кухне – и Фелтона, обложившегося книгами прямо на полу. Убедившись, что за ними никто не смотрит, она взяла травника за руку и прижалась к его плечу. От Айлека приятно пахло цитронеллой.

— Ты – солнце, – сказал он так тихо, что Венда даже не была до конца уверена, это Айлек или ветер прошелестел ей на ухо. – Освещаешь собой весь север.

Она подняла голову и ткнулась носом в щёку Айлека. Ей так хотелось, чтобы он первым поцеловал её, – но он не торопился. Это дразнило и раздражало одновременно.

Венда прежде ни к кому не испытывала такого чувства, как сейчас к Айлеку. И дело было не в его необычной внешности, хотя, признаться, жёсткие чёрные кудри, бледная кожа и раскосые глаза очень нравились Венде. Нет, её покорила его умиротворяющая, отрешённая манера: одним движением руки, кивком или взглядом он способен был погасить поднимавшуюся волну эмоций и сдержать цунами. При этом Айлек никогда не давил на Венду, он просто словно бы.. вбирал в себя избыток её энергии. И – самое главное – он понимал Венду. Не осуждал и не подтрунивал над ней, а понимал и принимал такой, какая она есть.

Вот и сейчас он заглянул ей в глаза и, кажется, за несколько мгновений прочитал все её мысли. Венда не могла с той же лёгкостью разобрать, что скрывается в глубине его души, и это лишь сильнее её зачаровывало. Айлек провёл прохладными пальцами по скулам и пылающим щекам и задержался на губах Венды. Она дрожала. Ну почему он медлит?!

— Кхм.. всё готово. Вам чай или вино? – раздался голос Эргарда за спиной травника.

— Мне вино! – задорно откликнулся Фелтон.

За столом Марк был мрачнее тучи: похоже, встреча с матерью прошла так себе. Фелтон ёрзал на стуле – вина ему не дали, так что приходилось довольствоваться чаем, – и бросал на Марка беспокойные взгляды. Венда подумала, что Фелтон напоминает ей флюгер, который крутится вместе с ветром: мальчик улавливал малейшие колебания их настроения.

— Может, всё‐таки расскажешь, что с твоей мамой? – наконец не выдержал Фелтон.

Венда обрадовалась, что он задал этот вопрос. Сама она не хотела лезть в семейные дела Марка – да он и не сказал бы ей ничего. А вот Фелтону можно, не зря же говорят – детская непосредственность.

— Нет, – отрезал Марк и сжал зубы.

— Я объясню, Меркурус, – вмешался Эргард.

— Ну и зачем?

Мужчина пожал плечами.

— Это же не секрет. А ребята – твои друзья и наши гости.

Марк помотал головой, но не стал возражать. И Эргард принялся рассказывать. При первом же упоминании отца Марк вскочил из-за стола и отошёл к окну, и теперь Венда не видела его лица. Она упёрлась взглядом в напряжённую спину и прокручивала в голове одну и ту же картинку: как грузный мужчина заваливается на ковёр у ног Варнары..