Страница 53 из 75
Ну, я и инстинктивно кинектировал его обратно внутрь корабля. Вполсилы, конечно, всего на метров десять. А сам уже нажал в общем чате тревогу, затем нырнул под укрытие у основания трапа, поймал взглядом Владимира, скомандовал:
— Держать выход! Судно захвачено!
…И только после услышал и своими ушами, и в чате прочитал:
— О Владыко! Вы повредились умом в наше отсутствие? Это же я, ваш старый компаньон!
А следом Петенька с Гоги выскочили, меня подхватили, руки мне жать стали, по плечам хлопать. Рады были вернуться на родную планету.
Обоих было не узнать. Одеты с иголочки. Лётные костюмы с символикой коммерческого флота Орхидеи где-то нарыли, новенькие золочёные бластеры на боку, причёска модная. Разве что небритость недельная выдавала недавно вернувшихся из длительного странствия.
Потёмкин сперва испугался, но потом признал, обрадовался, прыгнул сначала одному на плечо, заурчал, потом — второму. Я с их приветствием закончил и подошёл обратно к серву, который уже поднялся с места своего падения и занимался самодиагностикой.
— Александр Игнатьевич, с вами точно всё в порядке? — снова услышал я голос Андрона. — Или это просто вы не были готовы к такому сюрпризу?
Выглядел он, конечно, весьма презабавно. Стал в полтора раза выше, но черты лица — и даже усы — на черепушке сохранил.
— Значит, новое тулово себе заказал. Прекрасно. И это всё на бюджетные?
— По большей части на свои. Но остатки бюджета мы тоже потратили, как и было обговорено.
Гоги усмехнулся.
— Он не одно закупил.
— Сколько? — чувствуя недоброе, спросил я.
— Пять? — предположил Петенька.
— Забыл мелкого.
— А, это который гад ползучий такой? Запрещённой модели?
Андрон парировал:
— Ультракомпактные тела для сервов запрещены сейчас только на территории Помпады. Где, кстати, мы его и приобрели.
Я уже смирился и вздохнул.
— Ну, показывайте.
Мы проследовали в угол шлюзового отсека. Место для одной из трёх спасательных капсул пустовало, там стоял здоровенный блестящий контейнер странной формы размерами с небольшой грузовик.
— Смотрите, Владыко! — с нотками безумия в искусственных глазах проговорил Андрон и демонстративно нажал кнопку.
Подозреваю, что кнопка нужна была не просто так. Наверняка в момент касания пальца шла передача какого-нибудь ключа по какому-нибудь протоколу.
Я как-то не сразу осознал и вспомнил, что это заводской контейнер для перевозки элитных партий непрошитых серво-тел. С сервисными модулями для ремонта и, похоже, для перепрошивки. Возможно, что в прошлой жизни я такой живьём даже и не видел.
Двери плавно открылись, изнутри показалось нечто, напоминающее выдвижной механизм вешалки платяного шкафа. И на ней висело ещё шесть тел, а на первом месте виднелось место для ещё одного — судя по всему, того самого, которое было сейчас «надето» на Андрона.
— Итак, «Тактик-Семь» концерна «Безопасность Агат», — презентовал Андрон, тыкнув себя в грудь. — Сфера применения — тактические операции на поверхности или на искусственных телах. Вес — пятьдесят килограмм, титановые сплавы, встроенный шокер, выдвижной бластер на триста юнитов заряда, мачете, человеческая аптечка, ремонтный модуль, подзарядка от всех видов излучения. Держит давление до трёхсот атмосфер, система термостатирования для вакуума держит около восьми часов работы при частичном отказе систем. Резервной топливной сборки не имеет, к сожалению.
По функционалу выглядело, конечно, даже покруче, чем у Октавии.
— Почём взял?
— Хм… Семьдесят восемь тысяч триста имперок.
У меня глаза на лоб полезли.
— Семьдесят восемь… тысяч⁈ Чего? Это же почти двадцатая часть бюджета, который я выделил на всё мероприятие! За такие деньги завод можно купить!
— Да, это один из самых дорогих, — кивнул Андрон. — Но его я приобрёл из собственных средств. Смотрите, а в голенях — твердотопливные джамперы!
Я, конечно, предполагал, что комиссионные, которые этот прожжённый брокерский воротила брал у меня за сделки, пошли в какой-то оборот и принесли ему дивиденды — но не думал, что настолько большие, чтобы он мог потратить на столь смелые покупки.
— Следующее, — Андрон переключился на тела на «вешалках». — Тело стандартного серва версии «Лорес — сто три», одной из самых распространённых в Великом Княжестве моделей, выпускаемых фабрикой в Помпаде. Подержанное, характеристики обычные, сервисные модули прошитые, с дополнительной защитой. Обошлось в полторы тысячи.
Подобные я уже видел в изобилии. В моём детстве в основном по Гербере гуляли «Лорес — шестьдесят восемь», но примерно каждые пять лет выпускалась новая версия — и сейчас, насколько я помнил, уже выпускалась сто пятая.
Прохор, серв Марии Геннадьевны, которого мы сейчас повысили до директора нашего местного торгового центра, был переделанным «Лоресом — девяносто».
— Почему не новая модель? Есть же сто пять, — резонно спросил я.
— Это, Владыко, для тайных операций под прикрытием.
— А усы зачем ему на морду налепил? У этой модели же нет усов.
Андрон удручённо нахмурился и скорбно вздохнул.
— Я пытался примерить его без усов. Но сразу понял, что чувствую себя не в своей тарелке. Судя по всему, у моей психологической модели тут же срабатывает какой-то странный баг вроде человеческой дисморфофобии.
— Такая вот у него ахиллесова пята! — усмехнулся Петька.
— Но это не страшно, — парировал Андрон. — Насколько я помню из аналитики, у того же Меркурьева на фабриках трудятся очень многие сервы именно этой модели или чуть более старшей. И кто с более-менее лицензированным интеллектом — занимались различным моддингом.
— Меркурьева убили, — не совсем кстати добавил Крестовский-младший. — Мы уже третий день расследуем.
— Да, я прочитал историю переписки в общем чате. Очень, очень грустно, — констатировал Андрон. — Вам будет нужна моя помощь?
— Не исключено, — констатировал я и махнул рукой. — Потом поговорим. Дальше, что там дальше, давай покажи по-быстрому.
Дальше, при виде третьего тела я вздрогнул и, по правде сказать, поморщился. Мускулистое, с идеальной псевдочеловеческой анатомией. Уже можно было догадаться, зачем Андрон такое взял.
И, конечно, тоже при усах.
Весьма куртуазно. В таких случаях с сервами даже не знаешь, осудить или похвалить.