Страница 66 из 128
Затем им удалось украсть лошадь прямо под носом у воинов. Те смотрели поединки на большом зеркале и даже не заметили пропажи.
Вскоре проводник и паук добрались до Валоремии.
Яму тоже никто не заметил. Раскидав ветки, Обсидиан нетерпеливо подтолкнул безвольного проводника к яме. Тот послушно забрался внутрь Валоремии. Паук прислушался. Все было тихо. Валоремия спокойно пропустила внутрь чужака.
Книги, увидев человека, тут же начали шептать. Если у проводника и были какие-то сомнения, то в этот миг они улетучились. Поработив его окончательно, главная книга потребовала крови и, получив нужное, открылась на странице с заклятием тумана.
Проводник начал читать. Обсидиан потирал лапки от радости. Глаза его блестели. Он всем отомстит! И гадкой девчонке, и ее упрямым дружкам, и правителям, которые изрядно надоели, а главное, этому скрюченному богомолу, посмевшему вонзить в него свои крючки. Не забыл паук и о Рутиле, придумав тому позорную и мучительную смерть. После того как он захватит девчонку, он заставит ее убить кузнеца на глазах у друзей. И не просто убить, а долго и жестоко пытать. А затем заставит свернуть шею богомолу. Хотя нет. Богомола он возьмет на себя.
Обсидиан поежился, вспомнив ту боль. Такие мучения требовали отмщения!
Пока Эссантия радуется поединкам, он успеет все подготовить.
Неожиданно голос читающего стал слабеть.
— Эй, эй! – очнулся паук. – Читай!
Но, несмотря на гневные окрики, проклятия и угрозы, голос становился все тише и звучал уже еле слышным шепотом, похожим на дуновение ветерка.
Не дочитав заклятие, проводник упал навзничь. Кровь хлынула у него из носа, рта и ушей. Обсидиан брезгливо поморщился.
— А ну-ка вставай! – он запрыгнул на грудь человека. – Ты мне еще нужен. Мы не вынесли книги. Вставай, кому говорю!
Но человек лежал не шевелясь, и лишь едва заметное дыхание указывало на то, что он жив.
— Да что ж это такое, – рассвирепел Обсидиан.
Но сколько бы он ни хлестал лежащего человека по щекам, тот не приходил в сознание. Его лицо посинело, глаза закатились. Черная магия сломила его.
— Никакого толка, – раздраженно поморщился паук. – Хватило всего лишь на одно пустяковое заклятие.
Оплетя бесчувственное тело паутиной, он через яму выволок несостоявшегося проводника из Валоремии. Оттащив подальше, он сбросил сверток в овраг. Беспомощный человек, кувыркаясь, полетел вниз, сопровождаемый камнями, которые сорвались следом.
Паук, не удостоив жертву последним взглядом, заторопился назад, в сокровищницу, обдумывать дальнейший план. Чтобы вынести книги, ему отчаянно нужен был новый проводник. Сильный духом человек.
Беспокоила паука и Эссантия. С ней можно справиться, отравляя черным ядом и действуя заклятием тумана, но на это нужно время, много времени, которого у него нет.
Обсидиан бегал кругами по сокровищнице, судорожно перебирая в памяти известных ему людей. На то, чтобы найти подходящего проводника, могут уйти годы и даже сотни лет. Именно столько понадобилось, чтобы найти Жадеиду. Все проводники до нее, которых ему удавалось заманить в сети, при виде книг бледнели и теряли сознание, прямо как тот жалкий слизняк, что валяется в овраге. Только Жадеида смогла с ними сладить. Но тогда книги были надежно спрятаны, а сейчас они на виду.
Обсидиан нервничал. Впервые в долгой жизни. Это состояние ему не нравилось.
В природе тоже началось какое-то едва заметное волнение. Кружевные облака, которыми заботливая Эссантия оберегала зрителей от солнца, стали чуть тяжелее. К их пушистым голубоватым бокам начала подкрадываться мрачная серость.