По ту сторону бездны

— Я бы тоже никогда не поверил, что ты можешь быть такой злой, если бы не увидел своими глазами..

— СТЕФАН! – одновременно рявкнули Эгирин с Аметрином. – Думай, что говоришь!

Стефан резко закрыл рот и покраснел. Лицо его мучительно исказилось. Действительно, влюбленность затуманила его разум настолько, что он чуть не выдал главную тайну.

Луна оторопело смотрела на него.

— Что ты имеешь в виду? Что значит – ты видел меня злой? – она нахмурилась, и тень воспоминания легла на ее лицо. – Подожди-ка.. То есть на том ужасном портрете была все-таки я?

— Нет-нет, что ты.. я брякнул не подумав.. Я имел в виду, что ты становишься злой, когда говоришь про Сильвину.. – начал выкручиваться Стефан.

— На том портрете была я, – уверенно произнесла Луна, не слушая его. – А где ты мог меня такой видеть? На выступе в пропасти? Именно! Как чувствовала, что вы что-то недоговариваете.

К ним уже на всех парах летели хранители, которые устроили на лужайке небольшой пикник.

— Что за крики? – грозно спросил Фиччик. – Вас нельзя и на минуту оставить без присмотра.

— Ты! – ткнула в него пальцем Луна. – Ты мой хранитель – и ты мне тоже врал? Быстро отвечай. Что произошло на выступе?

Фиччик, не ожидавший такого вопроса, растерялся. Глазки виновато забегали.

— Чего и следовало ожидать! Так я и знала! Вы все меня обманули!

Луна еще раз обвела взглядом друзей. Кианит с сестрой, Виолана и Дравит с Ониксом смотрели на нее с искренним недоумением. Оно и понятно, их не было с ними в пропасти. А вот остальные, включая чрезмерно болтливых Пиритти и Пироппо, опустили глаза.

Беседка охнула от такого количества виноватых взглядов и жалобно заскрипела досками. Вины было столько, что она сама почувствовала себя виноватой. А это было неприятно. Тем более уж она-то ничего не сделала. Она, наоборот, была создана для того, чтобы в ней беседовали, а не скрывали правду.

— Как понимаю, мы тут лишние.. – тихо сказал Кианит.

Те, кто не был с Луной у пропасти, молча покинули беседку, чтобы дать остальным разобраться друг с другом.

Беседка так расстроилась, что от огорчения тоненько зазвенела ажурными листочками. Этот щемящий звон усугубил и без того гнетущую атмосферу, и друзья еще ниже опустили головы. Больше всех было стыдно Стефану. Ругая себя за свой язык, он виновато посмотрел на Луну:

— Прости нас. Но мы обещали твоему отцу. Он просил нас не говорить тебе.

— Да, Луна, ради твоего же блага. И ты ни в чем не виновата, – подхватил Эгирин.

Девушка задумалась, потом подошла к Стефану.

— Дай сюда блокнот! – она с силой дернула к себе пухлую книгу, перетянутую двумя резинками для надежности. – Ты же однозначно все записал и рисунок, поди, новый нарисовал.

— Не надо, Луна! – воскликнула Сентария.

— Раз вы обещали моим родителям, то я на вас не обижаюсь. И пытать вас не буду. Держите слово! Но я должна знать! – отобрав у Стефана блокнот, она вышла из беседки с неестественно прямой спиной.

— Кто тебя за язык тянул, – прошипела Сентария.

— Простите.. Иногда во мне просыпается прежний Стефан. И я вас уверяю, я рад ему даже меньше, чем вы.. И.. кажется, мне нравится Сильвина.. Вот я и вспылил..

— Нашел время, – ядовито произнесла Сентария. – Сильвина – самый «подходящий» объект для обожания. Она обожает, когда все крутятся вокруг нее, особенно такие ослы, как ты!

Она резко встала.

— На этом, я думаю, надо расходиться. Я уверена, что Луна не вернется к нам после того, как прочитает красочное описание Стефана. Завтра встречаемся здесь рано утром и идем мириться. Всем ясно?!

— Ясно! – пробурчали друзья.

«Ну вот, – огорченно зашептались деревья. – Опять никакой романтики. Сплошные споры, ссоры и обиды.. Эх..»

Сказать, что Луна испытала потрясение, это ничего не сказать. Читая, она даже не пустила Фиччика в комнату. Печальный хранитель свернулся клубочком у двери в ожидании, когда его подопечная придет в себя. А Луна тем временем мучилась, глядя на себя в зеркало:

— Кто же я такая? Что со мной происходит?

Сходя с ума, она, как была в ночной сорочке, схватила свечу и побежала к родителям. На пороге она чуть не споткнулась о Фиччика, спящего прямо на полу с видом побитой собаки. Луна разозлилась на себя. Поднимая хранителя и прижимая его к себе, она вновь подумала: «Да кто же я? Как я могла оставить хранителя под дверью?»

Фиччик засопел, уютно устраиваясь на руках, и на его мордочке разлилось блаженство.

— Ты больше не злишься на меня?

— Да я и не злилась, – ответила Луна, чмокая хранителя прямо в нос. – Я больше злюсь на себя.. Скоро шестнадцать лет, а до сих пор не научилась сдерживать эмоции.

— Да ладно тебе.. Но и ты нас пойми, мы так испугались..

— Прочитав рассказ Стефана, я сама испугалась. А ты! Ты мой герой! – она еще сильнее прижала к себе Фиччика и, подняв канделябр, оставленный на полу, побрела к родителям. – Я все знаю, – с порога заявила она, глядя на родителей, сидящих у камина.

Отец что-то писал, мама читала. Это была такая уютная и домашняя картина, что у девушки защемило сердце.

Они сразу поняли, о чем речь. Нефелина пододвинулась и похлопала рукой.

— Садись рядом!

— Мама, что это было? Во мне живут две личности? Добро и зло? Черная магия и белая, я и волшебница, и колдунья, – выпалила Луна мучавшую ее догадку.

— Мы долго думали, и, не буду скрывать, такая мысль нам тоже приходила в голову. Но нет. После твоего падения на поединках мы теперь это понимаем со всей очевидностью.

— Но я не понимаю..

— Мы уверились, что ты обладаешь даром предсказания.

— Кто? Я?

— Да, ты! – терпеливо ответила мама, обнимая дочь.

— Вот смотри, – подключился Алекс. – Первые видения тебя посетили еще в мире по ту сторону земли. Ты отчетливо видела катастрофу, которая случилась аж через два года. То есть ты предсказала ее. Но тебя это настолько потрясло, что ты постаралась забыть и буквально запретила себе заглядывать в будущее.. Затем ты видела духов Празета и Андалузита, которые подсказывали тебе, что будет дальше. Но на самом деле они не могли прийти к тебе. Хотя на первый взгляд все кажется логичным.

— А почему они не могли прийти ко мне во сне?

— В первый раз, когда ты была в межпортальном коридоре, – согласен. Дух Празета был еще здесь, он не успел уйти в мир забвения, и он пришел тебя спасти. Но заметь, он не предсказывал будущее, а пытался помочь тебе. Ты это запомнила. И впоследствии, когда тебя стали посещать видения, твое подсознание автоматически добавило старейшин в твои сны.