Страница 18 из 85
— Да. Пока выглядит как технический отказ.
— «Выглядит»?
— Я не скажу «случайность», пока не получу окончательный отчёт.
— Правильно.
Его взгляд остановился на мне.
— Вы ведь сейчас подозреваете его сильнее, чем утром?
Я сложила руки на груди.
— Я не знаю.
— Это не ответ.
— Это единственно честный ответ.
— Вера, вы можете провести проверку документов и при этом признать, что эмоционально уже начали выбирать сторону.
Я резко посмотрела на него.
— Какую?
— Вот именно это вам стоит решить самой.
— Если вы про лифт…
— Я ни про что конкретно.
— Тогда не пытайтесь заниматься психологией.
— Я занимаюсь безопасностью. Люди — значительная часть моей работы.
Я сделала шаг к двери.
— Ещё что-то по моему пропуску?
— Да.
Я остановилась.
— Идентификатор могли воспроизвести.
— Значит, копия возможна?
— Да.
— Всё?
— Нет. Для камеры тоже есть новости. Её не отключали физически. На сервер поступила команда временно прекратить запись.
— Откуда?
— Из внутренней сети.
— Какая учётная запись?
— Служебная.
— Чья?
Олег помолчал.
— Моего подразделения.
Я медленно повернулась к нему. Он выдержал мой взгляд.
— Вы понимаете, как это выглядит?
— Поэтому говорю вам сам.
— Кто имел доступ?
— Я и ещё три сотрудника.
— Где вы были в 21:31?
— На тридцатом этаже.
— Подтвердят?
— Камеры.
— И ваши сотрудники?
— Проверяем.
Я взяла ручку и дописала что-то на своём листе. Олег посмотрел.
— Вы уже внесли меня утром.
— Теперь подчеркнула.
Он усмехнулся без радости.
— Справедливо.
— Вы удивительно спокойно относитесь к подозрениям.
— Мне выгоднее, чтобы вы проверили меня сейчас, чем начали доверять, а через неделю нашли что-нибудь ещё.
Фраза была разумной. И почему-то от этого я стала доверять ему меньше. Сегодня вообще происходило что-то странное: чем правильнее человек отвечал, тем сильнее мне хотелось искать второй смысл.
— Олег.
— Да?
— Я вам не верю.
Он несколько секунд смотрел на меня, потом кивнул.
— Хорошо.
— И это всё?
— А что вы хотите услышать? Обещание, что я честный?
— Обычно люди хотя бы пытаются защититься.
— Обычно люди не работают начальниками безопасности.
Я взялась за ручку двери.
— Проверяйте меня, Вера. Только проверяйте так же всех остальных.
Я вышла в коридор. Этот совет был единственным, которому сегодня я собиралась последовать буквально.
Михаил сам нашёл меня после обеда. Я сидела в маленькой переговорной на двадцать шестом этаже и сравнивала список Павла с договорами юридического департамента, когда дверь открылась без предупреждения.
— Можно?
— Вы уже вошли.
— Значит, можно.
Он поставил на стол два стакана с кофе.
— Один ваш.
Я посмотрела на стакан.
— Откуда знаете, какой?
— На совещаниях вы всегда берёте без сахара.
— Вы наблюдательны.
— Это заразно в компании, где работает Соколова.
Он сел напротив. После бессонной ночи Михаил выглядел раздражающе нормально. Светлая рубашка, пиджак, спокойный голос. Только под глазами появилась усталость, которую невозможно было убрать деловым выражением лица.
— Вы пришли меня кормить информацией или собирать? — спросила я.
— Хотел узнать, как вы.
— Это официальный вопрос операционного директора?
— Человеческий.
— Тогда подозрительно.
Он едва заметно улыбнулся.
— Артём на вас плохо влияет.
— Почему сразу он?
— Потому что до вчерашнего вечера вы хотя бы делали вид, что людям иногда можно верить.
— Вы плохо меня знали.
— Возможно.
Я взяла кофе, но пить не стала.
— Михаил Сергеевич, четырнадцатого марта Артём отправил вам моё резюме.
Улыбка стала чуть слабее.
— Отправил.
— Что вы ответили?
— Что кандидат сильный.
— Всё?
— Наверное, что вы ему не понравитесь.
— Почему?
— Потому что спорите.
— Он всё равно меня взял.
— Вот почему.
Я вспомнила слова Артёма в лифте. «Вас взяли сюда не потому, что вы удобная». Слишком многие детали начинали сходиться. И это почему-то не успокаивало.
— Вы знали, что меня назначат?
— До окончательного решения — нет.
— Но предполагали.
— Да.
— Кто ещё знал?
— Вы сегодня уже спрашивали Анну?
Я подняла брови.
— Откуда вам известно?
— Она сказала.
— Быстро.
— Вы же сами вчера отметили, что новости здесь распространяются быстрее официальных писем.
— Значит, я права и в этом.
— Такое иногда случается.
Я отложила ручку.
— Почему Павел интересовался вашими операционными расходами?
Михаил перестал улыбаться.
— Значит, вы уже добрались до этого.
— До чего именно?
— Он последние месяцы задавал вопросы по старым подрядчикам.
Я внимательно посмотрела на него.
— Последние месяцы?
— Да.
— Артём сказал — последние недели.
— Артём знает только о том, о чём Павел говорил ему.
— А вы знали раньше?
— Павел приходил ко мне.
— Когда?
— Первый раз давно. Точную дату не вспомню.
— Что спрашивал?
— Почему одни и те же виды работ проходят через разных подрядчиков.
— И что вы ответили?
— Потому что разные подразделения самостоятельно выбирают исполнителей в пределах лимитов.
— Его устроило?
— Павла редко что-нибудь устраивало с первого раза.
Я вспомнила то же самое собственное наблюдение.
— Вы рассказали Артёму?
— Нет. Павел не утверждал, что нашёл хищение; он проверял, это его работа.
— А вчера?
Михаил посмотрел в окно.
— Вчера я узнал обо всём уже после того, как нашли Павла.
— Где вы были с девяти тридцати до десяти?
Он снова посмотрел на меня.
— Я теперь подозреваемый?
— Вы знали обо мне заранее, курируете операционный блок, из которого инициирована часть подозрительных договоров, и Павел задавал вам вопросы. Как вы думаете?
Он не обиделся.
— Был на тридцатом этаже примерно до без пятнадцати десять. Потом уехал.
— Один?
— Нет. С партнёрами из Екатеринбурга.
— Они подтвердят?
— Если понадобится.