Страница 29 из 34
— Алан четыре года не знал о дочери. Если бы я хотела удержать его ребёнком, рассказала бы о ней ещё во время беременности.
— Зато теперь всё прекрасно получилось! Он узнал, что у него есть дочь, и сразу побежал к тебе. Играет в счастливого папочку, таскается к вам каждый день, целует тебя по углам!
Щёки вспыхнули, но взгляд я не отвела.
— Ты не ответила. Зачем ты сделала аборт?
— Потому что этот ребёнок разрушил бы мою жизнь! — выпалила Алекса. — Меня сняли бы с подготовки. Я пропустила бы полёт, потеряла место в экипаже. Мое место бы сразу занял кто-то другой! А я слишком долго шла к этой карьере, чтобы поставить на ней крест!
— Значит, карьера оказалась важнее.
— Да! В тот момент — да. Я не хотела ребёнка. Я хотела Алана.
От её слов стало гадко.
— Но очень удобно было сказать Алану, что случился выкидыш, да?
Алекса ненадолго замолчала.
— После той ночи он ясно дал понять, что между нами ничего не будет. Сказал, что совершил ошибку. Даже ребёнок не заставил его посмотреть на меня иначе. Но он чувствовал ответственность. А после аварии винил себя во всём. Если бы я призналась в аборте, он бы просто вычеркнул меня из своей жизни.
— Поэтому ты решила оставить ему чувство вины вместо ребёнка?
— Я решила не терять всё сразу! — выкрикнула она. — А ты бы на моём месте поступила иначе?
— Да.
Я ответила сразу. Уверенно.
Она открыла рот, но ответить ничего не успела.
Алан тихо застонал.
Мы обе повернулись к нему.
Его веки не дрогнули, а губы чуть шевельнулись. Алекса снова схватила его за руку.
— Милый, я здесь. Это я. Алекса.
Несколько долгих секунд ничего не происходило. Потом он едва заметно шепнул.
— Ира…
Всего одно слово.
Тихое, хриплое, и почти что неслышное.
Но он позвал меня.
Даже не открывая глаз, даже не понимая до конца, где находится, Алан искал меня.
Я сжала его пальцы обеими руками. В горле встал ком.
— Я здесь. Рядом с тобой.
Алекса отшатнулась от кровати. Лицо исказилось, словно её ударили.
Дверь снова открылась.
На этот раз в палату вошли сразу несколько человек. Впереди — начальник службы безопасности «Атласа» и незнакомый мужчина в строгом сером костюме. За ними двое полицейских.
Я растерянно выпрямилась.
— Что происходит?
Мужчина показал удостоверение следователя.
— Алекса Роб?
Алекса побледнела.
— Да. А в чём дело?
— Вы задержаны по подозрению в умышленном повреждении оборудования «Атласа» и создании угрозы для жизни людей.
Один из полицейских подошёл к ней.
— Повернитесь и заведите руки за спину.
— Вы с ума сошли?! — Алекса отступила. — Я ничего не делала!
— Мы восстановили запись из тренировочного модуля, — жёстко произнёс начальник службы безопасности.
— Там не работали камеры!
Она выкрикнула это и тут же замолчала.
Следователь внимательно посмотрел на неё.
— О том, что камеры отключили, мы не сообщали.
Алекса медленно перевела взгляд на меня.
В её глазах мелькнул настоящий страх.
— Обычные камеры вы действительно отключили, — продолжил начальник службы безопасности. — Но внутри аварийного щита установлен отдельный регистратор. Он включается сам, когда кто-то открывает панель, и хранит запись в собственной памяти. Вы о нём не знали, ведь так?
Теперь я смотрела на них, почти не дыша.
— Что на записи? — спросила я.
— Видно, как Алекса Роб меняет местами два разъёма в блоке управления клапаном. После этого команда «Кокона» на уменьшение кислорода стала открывать клапан ещё сильнее. Затем она отключила аварийную кнопку и сняла блокировку со служебной двери.
Вот почему всё произошло.
«Кокон» подавал правильные команды. Но Алекса изменила блок «Атласа», который передавал их клапану. Аварийная кнопка не работала, а через оставленную без блокировки дверь Катюшка вошла в модуль.
Это не случайность. Не ошибка инженеров.
Алекса подстроила аварию.
— Я хотела только остановить испытание! — закричала она. — Внутри находился манекен! Я не знала, что туда полезет ребёнок!
В палате стало тихо.
Даже полицейский, державший наручники, на секунду замер.
— Ты хотела уничтожить «Кокон», — произнесла я.
— Я хотела, чтобы ты убралась из «Атласа»! — сорвалась она. — Пока тебя не было, всё шло нормально. А потом ты вернулась, и Алан словно обезумел! Он смотрел только на тебя!
— И ты решила устроить аварию… Люди чуть не погибли!
— Никто не должен был пострадать!
Я посмотрела на неподвижного Алана. На повязку у него на голове. На забинтованное плечо.
Внутри поднималась такая ярость, что на мгновение потемнело в глазах.
Эта женщина едва не убила моего ребёнка. Алан сейчас лежал здесь только потому, что спас Катюшку из ловушки, которую устроила она.
Хотелось подойти и ударить её.
— Из-за тебя он чуть не погиб, — тихо сказала я.
— Из-за тебя! — закричала Алекса. — Тебе не стоило возвращаться в «Атлас»!
Полицейский развернул её и завёл руки за спину. Наручники щёлкнули.
Она дёрнулась, но второй полицейский сразу подошёл ближе.
Несколько секунд она смотрела на меня. Потом перевела взгляд на Алана.
— Он не позволит вам меня арестовать. Вы слышите? Когда он придёт в себя, вы все пожалеете!
Начальник службы безопасности открыл дверь.
— Алан Асколов лично приказал бы мне передать вас полиции, если бы сейчас мог говорить.
Алексу вывели в коридор. Следователь и сотрудники службы безопасности вышли следом.
Дверь закрылась, и палата снова погрузилась в тишину.
Я села рядом с кроватью. Всё произошедшее не укладывалось у меня в голове. Алекса подстроила аварию, чтобы избавиться от меня, и едва не убила Катюшку.
Как я ему всё расскажу, когда он проснётся?
— Мы со всем справимся. Только проснись, пожалуйста… — тихо сказала я.
Склонилась ниже и коснулась губами его холодных пальцев.
— Я рядом. И больше никуда не уйду.
И пальцы Алана едва заметно сжали мою руку…