Страница 65 из 82
— Жека, ты можешь заткнуться? Достаньте кофейный жмых. Рассыпайте кругом. Он неподалеку. Я чувствую его урчание, – скомандовал Михей, когда они вошли в закуток с низким мышечным потолком. – Ви, не шурши. Меньше шума!
Стояла абсолютная чернота. Глаза пока еще не привыкли к ней, так что Женя совершал много лишних и беспорядочных движений, отыскивая мешочек со жмыхом.
— Он неподалеку? Кто? – шепотом спросила Виджая.
— Зверь, похожий на здоровенную сутулую собаку. Я убежал от него, но он не успокоится, пока не сожрет меня. Аромат кофе немного спутал следы. На этого монстра не действуют порошки. Я целый пузырек полыни разбил о его морду – и ничего.
Они прижались к стене. Справа от Жени пыталась успокоить дыхание Виджая, прикрыв руками рот, слева стоял Михей и сжимал в ладонях посох. Бамбук жалостно поскрипывал от его крепких прикосновений. Аромат кофе роился в носу, и Женя подумал, что вряд ли когда-нибудь выпьет хоть чашку этого напитка.
Вскоре они услышали зверя. Он ступал осторожно, но когти цеплялись за разбросанные везде костяные осколки. Женя боялся даже сглотнуть, все звуки казались невыносимо громкими. Он наклонился вперед и вытянул меч. Темнота по-прежнему была непроглядной, зато активизировался слух.
Зверь приблизился к их убежищу. Он фыркал и недовольно урчал. Насыщенный кофейный дух, наполнявший все пространство кругом, видимо, раздражал его. Женя видел, как чернота густилась и приобретала форму, уродливую и горбатую. Иноморф был рядом. Одно неправильное движение, и он бросится на них, на детей Кроноса, как делал много раз до этого. У Жени от напряжения заболели мышцы на спине и ногах, чесалось горло – нервный кашель рвался на свободу.
Зверь еще немного потоптался у входа и ушел. Женя присел и облегченно выдохнул – надолго ли.
— Он вернется. Он всегда будет поблизости. Как нам выбраться отсюда? – с раздражением произнес Михей и привалился к стене.
Женя судорожно хмыкнул:
— Без света не сможем идти. Придется убить эту сутулую собаку.
— Дай минутку. Ладно? – устало проговорил Михей.
— Как ты сбежал от него? – спросила Виджая.
— Эти жилы забросили меня куда-то далеко. Я хотел поскорее вернуться к вам. А тут эта тварь. Я ничего не видел, поэтому просто стал размахивать посохом. Дуракам везет. Я куда-то зарядил ему, может, в глаз или в ухо, потому что он завизжал. Вспомнил про полынь. Подскочил к зверю и по морде пузырьком. И убежал. Прятался за колонны, жмыхом обсыпался, а потом ваши голоса услы.. – Михей не договорил, а зевнул и вскоре тихонько засопел.
— Нашел время, – проворчал Женя.
— Дай ему пять минут. Он сильно устал, – попросила Виджая.
— Смерть во сне не так страшна, Чатурведи? Может, и нам уснуть?
— Перестань, Бражник! – возмутилась Виджая. – Пять минут, пожалуйста.
— Миха сказал бы «заботушка». Тебя можно брать в такие экспедиции хотя бы из-за того, что ты не истеришь, – похвалил Женя. На самом деле ему было приятно, что она просто находилась рядом. Их плечи соприкасались, и это придавало уверенности.
Внезапно Жене захотелось увидеть лицо Виджаи. Интересно, хмурилась она или улыбалась от его похвалы? Он так редко говорил ей добрые слова, по большей части критиковал и грубил. А ведь ее смелости и самоотверженности можно было позавидовать!
Женя зажмурился, хотя и так почти ничего не мог разглядеть, и нарисовал в воображении ее блестящие шоколадные глаза, красно-коричневые губы, брови, которые птичьими крыльями улетали к вискам, и густые волосы с крохотными завитками возле ушей. Она красива, подумал Женя, но красота эта необычна и непривычна. Экзотическая пташка среди воробьев. Вот какой она была! Женя и сам не заметил, как пальцами потянулся к ладони Виджаи. Трепетное движение, осторожное и нежное. И в нем было столько слов, сколько не скажешь и за всю жизнь.
Что происходит? Как мы оказались в брюхе чудовища? Слабоумие и отвага, не иначе.
Но Виджая была рядом, и она ни разу не засомневалась в Жене. Верная и преданная. Ее много, она везде и всюду, даже в воздухе, смешиваясь с запахом кофе, плавал аромат кардамона и корицы. Вот как пахнет Виджая: восточными специями.
И Женя в порыве искренней нежности притянул Виджаю к себе и, несмотря на темноту, с легкостью отыскал ее губы, теплые, как чай масала. Кажется, она улыбнулась. Безумие! В одной руке – меч, в кармане – мешочек с проклятой землей, где-то неподалеку бродит зверь, а они целуются. Вот почему она улыбалась.
— А как же клятва? – прошептала она и погладила Женин затылок.
— Я уже однажды нарушил ее, а больше клясться не буду, – сказал он и через мгновение то ли спросил, то ли уточнил: – Мы ведь не выберемся отсюда.
— Думаю, что.. нет, – нервно хихикнула Виджая, забыв об осторожности. – Но ты это хотел? Быть внутри Малимона?
— Что? – Женя от неожиданности даже отпрянул.
— Ох, как тяжело мне говорить свои мысли. Русский язык такой сложный. Ты устал от вины. Я имею в виду.. это чувство. Женя – красивый, здоровый, имеешь крутую профессию. Будет у тебя впереди perspective and respect. Эрик – больной и слабый, будущее немного непонятное. Ты не говоришь предложение «Почему он, а не я?», но это предложение бежит, как горящая строчка, у тебя по лбу, – шептала Виджая. – Тебе неудобно.. нет, другое слово.. стыдно или неловко жить. Типа.. Разве я могу радоваться, когда брат плохо. Нельзя. Но Эрику не будет лучше, если ты страдаешь.
— Тебе не понять. Я здесь ради брата.
Внезапно заговорил Михей, который, видимо, проснулся от свистящего шепота Виджаи:
— Нет, нам не понять. Может, ты здесь и ради Эрика, но не прочь остаться в брюхе Малимона навсегда, чтобы восстановить вселенскую справедливость. Если страдать, то вместе. Судьба – дура, она ошиблась, раздавая свои дары. Бражнику лучше знать, кому быть здоровым, а кому больным, кому жить, а кому умирать. Чем ты лучше Энгеля и членов ордена «Дети Кроноса»?
— Это другое! – Женя чувствовал, как нарастало раздражение.
— Это другое! – перекривила Виджая. – Я все равно была шла за тобой. Ах, опять говорю была. Как мне исправиться? Все равно. Потом про это. Теперь мы в заднице, потому что ты не пробовал понимать Энгеля.
— Понять его? Ты нормальная? – рявкнул Женя. Он уже пожалел, что поцеловал Виджаю.
Заноза! Повернуть бы время вспять. И вместо поцелуя отвесить ей подзатыльник!