Страница 6 из 82
2 Контейнеры, контейнеры..
Маша Золоторева с диким воплем носилась за Димой Чистяковым и своей толстой рыжей косой случайно хлестала одногруппников. Стулья с грохотом катались по полу, содержимое шоперов эффектно разлеталось по кабинету. Но студентам не было до этого дела: до начала лекции оставалось не больше пяти минут, а ленты социальных сетей сами себя не посмотрят.
— Э-э-эх.. Учебник по психологии иноморфов забыл. Лихоматара.. – простонал Михей, вывалив все из рюкзака прямо на парту. – Жека, ты спишь или просто находишься в режиме «Не беспокоить»?
Женя и вправду дремал, потому что накануне отправился в кровать очень поздно. Все искал хоть какую-нибудь идею для своего подкаста «Криминальный мизантроп». Скука совсем одолела, и захотелось с головой нырнуть в интересное расследование, но вокруг только и были разговоры, что о недавнем землетрясении. Да и то с минимумом информации. Человеческий фактор, и всё тут.
Женя, продолжая бороться с сонливостью, проворчал:
— Да купи ты себе нормальный контейнер! Что там тебе мамка положила на перекус? Пыльцу фей и нектар эльфов?
Михей прижал к себе цветастую пластмассовую коробку, словно этот мрачный и вечно недовольный друг покушался на ее целостность, и с обидой ответил:
— Ну прости, что я не ем дохлых воробьев и протухшую капусту.
— А зря! – зевнул Женя.
— Да иди ты! О-о-о! А вот и новенькая!
Про то, что к группе М–12 присоединится новая студентка, говорили еще в мае, но в сентябре она так и не появилась. И вот несколько дней назад куратор сообщила: девушка с родителями все-таки приехала в Минск. Про новенькую было известно мало, например, что она путешествовала по всему миру вместе с отцом-инженером, каким-то невероятно крутым специалистом в области фармакологии.
Невысокая девушка, застыв в дверном проеме, внимательно рассматривала студентов. Она была иностранкой: кожа темно-оливкового цвета, прямые черные волосы, большие распахнутые глаза и слегка приплюснутый нос. Белая футболка только подчеркивала темную кожу. Хоть новенькая и была одета в обычные джинсы и вязаный кардиган, в ней чувствовался национальный колорит: многочисленные браслеты, цепочки, крупные серьги и сумка через плечо с вышивкой и бахромой.
Девушка легко кивнула, точно приняла некое важное решение, и направилась прямо к Жене. Остановившись возле его парты, она сложила ладони вместе, склонила голову и совсем уже по-детски произнесла:
— Намасте! Ты мне нравишша. Давай станем дружить!
Кабинет взорвался от хохота:
— Ну и овца! Бражник покажет тебе «дружбу»!
Женя соизволил-таки разлепить тяжелые веки.
— И это будет твоей самой ужасной ошибкой. Познакомься лучше с Половинкиным. У вас общая страсть к украшениям.
Но девушка даже не взглянула на Михея, она буравила Женю сверкающими шоколадными глазами:
— Я верю в.. как это сказать.. destiny.. судьба и в числа. Сем-на-дца-тое октября даст нам важное знакомство. Я и ты.
Она неплохо говорила на русском языке, но слова произносила отрывисто, будто скакала по кочкам, а все свистящие звуки превращались в шипящие. И звук [а] под ударением произносила на английский манер, как [æ].
— Сядь и не позорься! – грубо сказал Женя. – Говоришь ты, а стыдно мне.
— Эй, иди сюда! – крикнула с последней парты Ася Малинкина. – Тут свободное место!
Но девушка даже не шевельнулась. Хмуро пялилась на Женю, а он уже метал молнии. Между ними была только парта, пространство забурлило недовольством и раздражением. Михей на всякий случай отодвинулся. Он много раз наблюдал друга в ярости – зрелище не из приятных. А уж как Женя не любил навязчивых людей..
— Слушай, как тебя там. Иди к Малинкиной, потому что если я не выспался, то со мной лучше не.. – Женя осекся. В глубине ее зрачков он разглядел словно бы водовороты черной глянцевой воды. Глаза не просто смотрели на окружающий мир, а рассказывали историю, полную внезапных поворотов и удивительных событий. Эта история увлекала, гипнотизировала, звала за собой..
Женя даже не расслышал звонок, а очнулся, только когда в кабинет вошла куратор.
— Виджая! Счастлива тебя видеть! Выйди вперед и расскажи немного о себе. – Дарья Павловна раскрыла объятия для новенькой.
И Виджая вдруг словно переключилась и искренне заулыбалась. Казалось, что вокруг нее разлилось озеро света и тепла, а водовороты в зрачках превратились в ленивые волны. Она ступила к доске и сказала:
— Меня зовут Виджая Чатурведи. Я родилась в Индии, штат Гуджарат. Мы с родителями ездим по миру. Папа.. м-м-м.. инженер.
— Инженер в фармакологической области, работает со станками и разными устройствами. Верно? – куратор поспешила на помощь. – Ты хорошо говоришь на русском языке.
— Спасибо, Дарья Павловна. Три последние годы я была жила в России: в Москва, Магни-то-горск, Саратов, Тюмень и где-то еще. Я уже забыла. Вот так выучила. И, как это сказать, занималась с репетитором. А еще с папой мы читали Толстого, чтобы хорошо выражать мысли.
Антон Пшеницын выкрикнул:
— А ты из какой касты?!
И вновь хохот. Дарья Павловна погрозила Антону кулаком и обратилась к Виджае:
— Можешь не отвечать на этот вопрос.
Но Виджая лишь пожала плечами:
— Да все нормально! Мы не живем в Индии и бочти, ой, почти не общаемся с родными, и для нас это не так важно. Но мои родители из варны вайшья. Гуглите!