Страница 22 из 82
Казалось, инцидент был исчерпан, и ничего ужасного уже не могло произойти в этот день. Тем более на улице засверкало солнце и в воздухе плавали крупицы золота. Ветер мягко срывал янтарные листья и укутывал ими отсыревшую от дождей землю. Осталось практическое занятие по химии – и можно будет вырваться на свободу и вдохнуть полной грудью запахи осени: терпкость красной рябины, горчинку можжевельника и аромат мокрой древесины.
Но, когда вошла Дарья Павловна, осунувшаяся и нервная, стало очевидно, что все только начиналось. Она просканировала студентов, которые по-прежнему окружали Виджаю полукругом, и треснувшим голосом сказала:
— Семен Иванович, простите, но я вынуждена остановить занятие. Костя Левкович исчез. Вчера вечером после урока в вокальной студии он не вернулся домой. Приехали из милиции, чтобы поговорить с вами, М–12, и с преподавателями. Постарайтесь вспомнить все подробности: о чем Костя с вами общался, как он выглядел, кому звонил? Секретарь сейчас ставит в известность ваших родителей. Поэтому не разбегайтесь! Все оставайтесь в зоне досягаемости.
Парни и девушки растерянно переглянулись. Они и не заметили, что Костя сегодня не явился в колледж. Молчаливый, скрытный, нелюдимый, он обычно топтался позади остальных и никогда не поднимал руку на занятиях. Даже преподаватели не всегда помнили о его существовании. Вот и сегодня кто-то спросил: «Отсутствующие есть?» «Нет!» – хором ответила группа. Костя Левкович пропал? А он вообще существовал?
Женя кожей почувствовал что-то неладное. Он вспомнил любимую присказку своей бабушки: «Закручивается какая-то ситуация». Исчезновение Кости провело черту, поставило преграду, и вернуться назад уже не было никакой возможности. И бабье лето, внезапно охватившее минские улицы, потеряло всякое очарование.
— Держи свою цацку! – Женя протянул Виджае керамического слоника. – Прости.
— Зачем ты это сделал?
Женя впился зубами в сэндвич: белый хлеб, ветчина, лист салата и горчичный соус. Он вместе с Михеем и Виджаей сидел на полу в полуосвещенном выставочном кабинете. Вокруг них возвышались мрачные экспонаты иноморфов. Вон мышиный король Паднор – клубок мышей, сплетенных хвостами; в углу – Туросик, могучий дикий бык с золотыми рогами; под потолком расправили крылья хапуны, скрюченные старики с мешками, в которых они в старину похищали зазевавшихся детей.
— Сам не знаю. Наверное, рассердился. А зачем ты сказала родителям, что мы якобы хотим.. м-м-м.. близко общаться? – строго спросил Женя. Его фигура утопала во мраке, и только половина лица освещалась полоской солнечного света, что лился из окна, не до конца прикрытого тяжелой шторой.
— Я сказала, что ты мне нравишша, а они выдумали.. как это.. подробности. – Виджая стряхнула с оранжевой толстовки крошки печенья, от которого веяло ароматами кардамона и корицы.
— А-а-а! – застонал Женя и швырнул остатки сэндвича в контейнер. – Обязательно говорить вслух все, что ты думаешь?
— А что я могла сказать папе? Папа, ко мне будут прийти мальчики и будут заниматься русским языком? Он может удивиться, типа: «Я потратил много деньги на репетитора. Зачем необходимы студенты?»
Женя вспылил:
— Вот именно! Все должно происходить естественно. Не стоит никого заманивать в гости, выдумывать причины и подговаривать преподов. Что ты крутишь, вертишь, подстраиваешь? Бесит!
— У меня закончилось время ждать. Нельзя долго ждать, пока со мной захотят дружить, – загрустила Виджая. Она покачала головой, и в тишине приятно зазвенели бусины в ее длинных и массивных серьгах.
— Это почему же? – спросил Михей, на мгновение оторвавшись от телефона.
— Потому что мы вдруг уезжаем. Постоянно уезжаем туда или сюда. Только я привыкла к новой школе, нашла друга, как родители уже начали собирать вешши. У меня закончилось время ждать, пока ты хочешь пригласить меня на свидание, Бражник.
— Ты обалдела? Не собираюсь я приглашать тебя ни на какое свидание! – Женя подавил сильное желание швырнуть контейнер в лоб Виджае.
Она же мягко улыбнулась.
— Люди могут изменяться, – ответила она, откидывая назад густые пряди блестящих волос, и Женя заметил, что браслеты на ее запястьях такие же пестрые, как и серьги.
— Как же ты достала! Знаешь, мне плевать на твои розовые сопливые переживания. Научись наслаждаться одиночеством. Вот лучший совет в твоей жизни. – Женя покосился на Михея, который прилип к экрану телефона. – Ты чего завис? Ищешь инфу про Левковича?
Михей в ответ что-то невнятно буркнул.
Виджая спросила:
— Женя, как думаешь, где Костя?
— Без понятия. Он темная лошадка. Кажется, я даже голос его никогда не слышал. Учился средне, на переменах рисовал в скетчбуке абстрактные картинки, одевался скромно. Странно, но я хорошо знаю его сестер. Они еще в школе учатся, вроде в девятом, восьмом и седьмом классах. Погодки, короче, а Костя самый старший. Девчонки просто занозы в заднице. Постоянно с кем-то дерутся, выясняют отношения, творят всякую дичь. Мы с Костей учились в одной параллели. И живет он, кстати, неподалеку от меня.
— Неподалеку от меня, – зачем-то повторил Михей и растерянно посмотрел на Женю. – Ох, лихоматара!
— Ты чего?
Михея потрясывало от волнения:
— Я же искал информацию по нашему подкасту про исчезновение Кати Решетниковой. Кстати, вот ее фотография. – Он повернул телефон и показал худенькую девочку с удивительно толстой и длинной косой. – Так вот.. Нашел несколько оцифрованных статей, но вчера рано уснул, а теперь полез в закладки и.. Вот лихоматара!
— Да говори уже! – в один голос закричали Виджая и Женя.
— Короче, похищение произошло в поселке Зеленовец, рядом с Минском. Кате тогда было двенадцать лет. Она исчезла прямо из кровати посреди ночи. Никаких следов, кроме полуоткрытого окна и притоптанных тюльпанов на клумбе. Создавалось впечатление, что она самостоятельно выпрыгнула на улицу, потому что ее подруга Аня утверждала, что они закрыли окно перед сном. Но Катя была счастливой девочкой из благополучной семьи и бла-бла-бла.. Что тут еще? Ее родители не видели ни одной причины, по которой их дочь могла сбежать, – Михей зачитывал отрывки. Внезапно замолчал и после длительной паузы добавил: – У Ани был брат.
Женя кивнул:
— В записях Хранитель упоминает Славу.
— Да. Слава. А точнее, Ярослав. Катя исчезла из дома семьи Энгель.