Страница 16 из 82
— И всегда так категорично выражаешься! Ты тоже взрослый. Тебе не одиннадцать. Я Петровну не оправдываю, но постарайся хоть на мгновение представить себя на ее месте. Люди не роботы. Они устают, и выгорают, и в такие моменты совершают ошибки. Почему ты так строг? – Энгель вдруг напрягся, словно почувствовал что-то неладное.
— Почему так?.. Почему так?.. – бездумно повторил Женя, с изумлением взглянул на свои трясущиеся ладони и внезапно ощутил сильный толчок откуда-то из глубины земли. Один-единственный толчок. Студенты и преподаватели, находящиеся в холле, даже не успели испугаться, просто замерли, ошарашенные происходящим.
— С тобой все будет в порядке, – сказал Энгель, делая ударение на словах «с тобой», и молниеносно оттолкнул Женю. И вовремя, потому что несколько огромных кубков, разбив стекло, грохнулись на пол. Затем он бросился к студентам, выкрикивая на ходу: – Все целы? Кому-то нужна помощь?
Женя оцепенел, но не от страха, а от фразы, сказанной ему преподавателем.
«С тобой все будет в порядке». Что это значит? А с остальными? С остальными тоже все будет в порядке?
Звякнул телефон.
— Сын, ты в безопасности? – с тревогой спросил папа.
— Да. Я в норме. Ты дома? Как мама и Эрик?
— С нами все хорошо. Меня начинают беспокоить эти землетрясения. Интересно, что сегодня скажут в новостях? Опять человеческий фактор? – съязвил папа. – Никто не хочет говорить правду. Ладно. Потом про это. Когда ты вернешься? Вместе как-то спокойнее.
— Буду поздно. – Женя вышел на порог главного корпуса. Где-то вдалеке голосила сиреной карета скорой помощи. – После лекций у меня еще практика в тренировочном зале, а потом я иду на ужин к одногруппнице.
— О! К кому и по какому поводу? – заинтересовался папа.
— Да к новенькой. Меня и Михея назначили репетиторами по русскому языку, и, видимо, нас теперь хотят задобрить национальной индийской едой.
— А-а-а! Хорошего вечера. Странно, что ты согласился, – сказал игривым тоном папа, и Женя представил, как он широко улыбался в этот момент.
— Да! Очень странно. Пока, пап. Мне еще нужно морально подготовиться к худшему вечеру в моей жизни. – Женя положил телефон в карман и уставился на небо, голубое и прозрачное. В чистом воздухе витала невидимая глазу паутина. Пахло бессмертниками, можжевельником и дымом костров.
Все смешалось в кучу: очередное землетрясение, ужин и тот факт, что Жене на самом деле хотелось пойти к Виджае домой, но нужно было делать вид, что все это его жутко бесит.
— Это риш.. э-э, лепошки.. э-э, чучвица, э-э.. Никак не.. сказать.. – засмеялась красивая женщина в нарядном зеленом сари с вышитыми цветами. Черные как смоль волосы были заплетены в косу, на шее сияло ожерелье из белого золота.
— Это тхали. – Виджая указала на большое металлическое блюдо, на котором стояло множество маленьких мисочек с начинками, а в центре – горка риса и лепешки. – У мамы совсем ужасно с русским языком.
— В Индии есть выражение «атити дево бхав», что означает «гость – это Бог». Спасибо, что осчастливили нас! – широко улыбнулся худощавый мужчина по имени Мадхукар, собирая вокруг карих глаз сотни крохотных морщинок. Он действительно хорошо говорил на русском языке, правда, с более заметным акцентом, чем у дочери. Мадхукар оторвал от лепешки небольшой кусочек, свернул из него что-то наподобие ложки и зачерпнул карри. – Прошу вас, юноши. Не смущайтесь. Возьмите приборы!
Женя и Михей переглянулись и похватали вилки. Хозяйка дома, которая представилась как Сандхъя, ловко орудовала кончиками пальцев правой руки: смешивала рис с соусом в шарики и отправляла их в рот.
Виджая рассказывала о блюдах:
— Это дал махани: чечевица с маслом и сливками. Вот это палак панир: шпинат с сыром. Там ведж-корма: брокколи, грибы и кешью. Еще есть салат с авокадо и свежие овощи. О, мы vegetarians.
Женя чувствовал, как у него во рту взрывались фейерверки вкусов: сладкие и соленые нотки, пряности и кислинка. От одних специй слезились глаза, другие вызывали жар в теле, третьи, наоборот, раскатывались по нёбу прохладной волной.
В красиво обставленной комнате было тепло, играла спокойная индийская музыка, а за окном приятно шумел дождь. Виджая выглядела очень милой в цветастом платье и с заколкой в виде белоснежного лотоса в блестящих волосах.
Жене понравились родители Виджаи. Они выглядели расслабленными, точно никуда и никогда не торопились. Так ведут себя люди на отдыхе, которым завтра не нужно вставать рано утром на работу. Женя подумал о своей маме, вечно нервной и тревожной. Она, наоборот, находилась в постоянной спешке и все боялась не успеть.
Мадхукар учил Михея, как правильно есть пальцами:
— Вселенная и человек соединены энергетическими линиями, тонкими и хрупкими. Когда же эта гармония нарушается, то приходят болезни и неприятности. А на подушечках пальцев есть точки выхода энергии пяти стихий: воздух, огонь, вода, земля, эфир – и у каждой своя собственная сила. Поэтому когда мы едим руками, то насыщаем еду полезной «родной» энергией, которая не способна принести вред. И, конечно, кушаем только правой рукой, левая предназначена для гигиенических процедур.
— Какое счастье, что я не левша! – хихикнул Михей и отправил в рот джалеби, хрустящие спиральки из пшеничной муки, политые сахарным сиропом.
Сандхъя принесла на подносе чашки с пряным чаем масала, от которого веяло кардамоном и корицей. Женя сделал несколько глотков, и его окончательно разморило.
Вечер был идеальным ровно до тех пор, пока Мадхукар не сказал:
— Я вам очень благодарен за то, что вы подружились с моей дочерью.
Женя усилием воли не скривил лицо в саркастической ухмылке.
С каких пор навязывание отношений называется дружбой? – подумал он.
— Язык Виджая знает неплохо, но вот обычаи Минска и белорусскую культуру ей, да и нам с женой тоже, еще предстоит изучить, – продолжил Мадхукар. – И я, конечно, не против, что вы, Евгений и Виджая, собираетесь общаться.. э-э-э.. более тесно и близко, но давайте пока не торопиться. Нам всем нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу и.. Ну, вы меня поняли!
Женя напрягся и покосился на Виджаю, которая внезапно засуетилась:
— Мама, папа, спасибо за ужин. Дханьявад! Мы идем в мою комнату готовиться для семинара.
Сандхъя что-то сказала на хинди, Мадхукар перевел:
— Оставьте дверь полуоткрытой.