Страница 18 из 206
Народ разбегался, сворачивая в боковые улочки при ее приближении, и, боги, как же это было приятно. Она предпочла бы ужас в их глазах презрительным усмешкам и снисхождению. Стражники у Пантеона попытались преградить ей путь, но стоило ей усмехнуться и склонить голову набок, как они бросились врассыпную — за мгновение до того, как ее магия ударила в то место, где они только что стояли. Эти мужчины и женщины выдали бы ее только за то, что она существует. У нее больше не осталось сил заботиться о морали.
Впрочем, это тоже было не совсем правдой.
Это не было правдой, когда она шествовала по залам Пантеона, забираясь все глубже и глубже, туда, куда не дозволялось входить никому, кроме жриц.
Это не было правдой, когда она наткнулась совокупляющихся двух жриц с мужчиной-фейри, который явно не хотел там находиться.
Это не было правдой, когда она, не колеблясь, послала плети света, чтобы те захлестнули тонкие шеи жриц.
Это не было правдой, когда Рыцарь попытался сказать ей, что они — Наследие Зинты, а она заставила его замолчать одним взглядом, прежде чем ее сила напиталась смертью, которую она даровала.
И уж точно это не было правдой, когда она наклонилась, чтобы поднять одежду мужчины, и протянула ее ему. Его дрожащие пальцы сомкнулись на ткани, а глаза оставались прикованными к полу.
Она присела перед ним, приподняв его голову пальцем за подбородок.
— Ты можешь провести меня в самые глубокие части Пантеона? — спросила она, поймав его взгляд.
Фейри покачал головой.
— Я могу идти только туда, куда пускают жриц. Самые глубокие залы предназначены для…
— Властителя, — перебила Тесса. — Веди меня так далеко, как сможешь.
Он кивнул, и Тесса встала, отвернувшись, пока он одевался. Лишь когда он оставлял ее у одного из переходов, он пробормотал:
— Спасибо за… Просто спасибо… ваша милость.
— Рассказывай об этом кому захочешь, — ответила она. — И дай им знать: если кто-то еще посмеет коснуться тебя подобным образом, я вернусь, чтобы даровать им ту же участь.
Лицо фейри побледнело, но она уже шагала по узкому коридору. Защитные чары трещали, соприкасаясь с кожей, но в итоге не могли ее остановить. Барьеры никогда не были для нее преградой.
Охотник молчал, пока они пробирались вглубь Пантеона; Роан остался снаружи. В коридорах, по которым их вел фейри, им приходилось избегать жриц, но здесь проходы были абсолютно пусты. Когда туннели начали забирать вниз, ее дыхание стало прерывистым — она поняла, что они спускаются под землю.
— Моя госпожа? — спросил Рыцарь, заметив ее заминку.
Она проигнорировала его, глубоко дыша. Она чувствовала их. Они ощутили ее внезапный всплеск эмоций, и оба метались по ту сторону связи, которую она блокировала. Сделав еще один вдох, она наклонилась и сняла носки и ботинки, оставив их в коридоре. Ее пальцы коснулись холодного камня, она приложила ладонь к стене, ведя кончиками пальцев по неровной поверхности.
Один шаг за другим. Просто сосредоточься на следующем шаге.
Слова Луки из Подземелья эхом отозвались в памяти. Она снова вдохнула, прежде чем сделать следующий шаг, и еще один, и еще. Холод камня помогал сохранять связь с реальностью, но она так сосредоточилась, что ее ментальные щиты дрогнули.
Это наша девочка.
Она прошипела ругательство, когда голос Луки снова громом отозвался в сознании. Она поняла, что щиты ослабли в тот миг, когда она осознала, что уходит под землю. Это не были воспоминания.
Это был он.
— Откуда ты, блядь, вообще знаешь, где я? — огрызнулась она через связь.
Это были первые слова, которые она послала по связи с тех пор, как оставила Теона на коленях в его комнате. Собственно, в последний раз она перебрасывалась словами с Лукой, когда тот уговаривал ее идти вперед, пока члены Авгуров вели ее по сырым туннелям.
Как символично.
— Я не знаю, где ты, — ответил Лука. — Но я чувствую, когда у тебя паника, Тесса.
— Вы мне оба не нужны.
Проигнорировав ее слова, он сказал:
— Мне нужно поговорить с тобой. Лично. Где ты?
— Я не собираюсь с тобой встречаться.
— Тесса, это важно.
— Нет.
И с этими словами она с силой восстановила ментальные щиты, снова отсекая его. Она отметила про себя, что Теон не проронил ни слова. Хотя она все это время чувствовала его присутствие.
Как и связь.
За последние недели она так привыкла к тоске, исходящей от нее, что та превратилась в постоянную ноющую боль. Что-то, к чему она уже привыкла, но сейчас ощущала особенно остро. Раздражающе.
Осмотревшись, она обнаружила, что проход, по которому они шли, вывел в просторный зал. И снова вздрогнула, поняв, что уже была здесь.
Нет, стоп.
Не здесь, но в похожем месте.
Авгуры вели ее через такой же зал, только в центре стоял алтарь. Этот круглый зал был гораздо меньше и пуст. Здесь не было ничего, кроме большого зеркала.
«Большое» — пожалуй, не совсем точное слово.
Оно было выше дверного проема и имело арочный верх. По краям его обрамляли разнообразные знаки. Подойдя ближе, она узнала символы богов, но были и другие, незнакомые ей.
— И это то, что Властитель так ревностно охраняют? — пробормотала Тесса. — Зеркало?
— Вещи не всегда являются тем, чем кажутся, — произнес Рыцарь, плавно выходя вперед.
— Это правда, — признала она, подходя еще ближе. Теон ведь утверждал, что видел Скарлетт в зеркале, но то зеркало, насколько она понимала, находилось в Подземелье. Она провела кончиками пальцев по нескольким символам, обводя их контуры.
— Кровь взывает к крови, — прошептал Рыцарь ей на ухо, когда ее пальцы коснулись символа Ахаза — трех переплетенных треугольников.
— Что? — Тесса обернулась к нему.
Его абсолютно белые глаза слабо светились. Она уже привыкла, что у них нет зрачков. И имен, видимо, тоже. Она как-то спросила, но никто не ответил. Учитывая, что все они выглядели на одно лицо, это ее не удивило.
— Кровь взывает к крови, — повторил он, извлекая из воздуха золотой кинжал, такой же, как меч у нее за спиной.
— Этот я оставлю себе, — сказала она, забирая клинок и взвешивая его в руке.
— Разумеется, моя госпожа, — ответил он с поклоном. — Но позвольте мне.
Забрав кинжал обратно, он быстрым движением провел острием по ее ладони. Она охнула, отдернув руку, пока кровь капала на каменный пол.