Академия

Продолжая осматриваться по сторонам, слева вижу крупный куст морозильных камней. Возле них даже искрится воздух, а вокруг — плотная ледяная наледь. Ценный ресурс, но не слишком дорогой — рубля три за килограмм. Скопление кристаллов достаточно крупное, да и близко находится. Домохозяйки точно за него скажут спасибо. Продолжаю двигаться вперёд. Мелкие кристаллики с хрустом лопаются под ногами. Слева виднеется жар-камень — крупный валун, буквально раскаливший землю вокруг себя, полыхающий от внутреннего жара. Как я где-то читал, таким образом кристаллы ведут внутривидовую борьбу за территорию, создавая неподходящую среду обитания для других кристаллов.

О! А это, кажется, виброкристалл. Массивная глыба метра три высотой, густого чёрного цвета, мелко вибрирует, одиноко стоя посреди поляны, своими колебаниями выживая и разрушая любых возможных конкурентов. Ценный ресурс — двенадцать рублей за килограмм в заготовительной конторе. Из них каким-то образом создают наши говорилки, позволяющие общаться пилотам мехов. В телефонии их тоже как-то используют. А крупные фрагменты, говорят, могут передавать слова не на сотни метров, а на гораздо более значительные расстояния — на несколько километров. Их используют в передвижных командных пунктах для управления мехами в бою.

Ценная штука. И оставить тебя просто так? Чуть подумав, я остановил мех. Должны же у меня быть хоть какие-то преимущества как у первооткрывателя? Дадут мне что за разведку нового мира или нет — лишь бог знает. Хотя, скорее нет, чем да. А вот за то, что сам добыл, точно выплатят — не имеют права просто так забрать. Это мы с Давидом и Викой воевали, жизнями своими рискуя, а не заготовительная команда, которая приедет на всё готовое. А нас разве что похлопают по плечу: «А дальше мы сами, парни». Ни хера — деньги всем нужны.

Я вылезаю из меха, осторожно иду к виброкристаллу, внимательно смотря под ноги. Некоторые из кристаллов очень острые и запросто смогут пропороть даже бронированный ботинок. Осторожно подхожу к кристаллу, выдернув из ножен кинжал, так же осторожно дотрагиваюсь до тела кристалла и бью по рукояти ножа рукоятью револьвера, держа его наподобие молотка. А дальше — быстро рухнуть на землю, потому что по матовому телу побежали, разрастаясь, трещины, разрушая внутреннюю структуру. Секунда, две — громкий хлопок. И в разные стороны разлетаются чёрные осколки. Мне оставалось собрать лишь самые крупные из них — размером от ладони и больше, открыть отсек для снарядов на спине «Носорога» и туда осторожно начать складывать добытое мной: несколько десятков пригодных для обработки кристаллов. Килограмм семьдесят точно вышло, если не больше.

— Генрих, приём, — активировал я говорилку.

— Слышу тебя. — «Крестоносец» Кисельбаха так и не сдвинулся с места, продолжая водить стволом орудия из стороны в сторону, оставаясь у точки пробоя.

— Я проведу разведку окрестностей на предмет наличия возможных врагов. Охраняй точку прибытия. Если появится противник, выпусти в небо красную ракету, если не сможешь связаться через говорилку. Я постараюсь недолго — обследую территорию и сразу назад.

— Хорошо, — донёсся ответ.

— Ну и прекрасно, — улыбнулся я, радуясь возможности ещё немного подзаработать. Может, ещё что-нибудь ценное удастся найти. Мне деньги не помешают.

Мой «Носорог» осторожно двинулся вперёд, отходя от сверкающего в воздухе пробоя.

Вот всё и решено. Барон опустил орудие, нацеленное в спину «Носорога» — прямо в кабину пилота. С полсотни шагов бронебойный снаряд прошьёт её насквозь. Но… Он не мог вот так подло выстрелить в спину, убить товарища, спасшего ему в бою жизнь. Это слишком подло.

Слова деда, всегда презрительно отзывавшегося о чести, принципах и морали, звучали в его голове. И всё же… Он никогда и никого ещё не убивал сам. И вот так решиться убить и предать своего товарища — это тяжело. Пускай это даже враг, конкурент, который хочет отобрать твоё место под солнцем. А так пускай за него это сделают твари и этот мир. Его руки останутся чисты, как и совесть.

Дождавшись, когда «Носорог» Соболева окончательно скроется, он поднял орудие и одним выстрелом разнёс на осколки пробойник, удерживающий проход. А затем шагнул назад, в начавший схлопываться проход, даже не удосужившись поднять разлетевшиеся осколки. Плевать на них, как и на награду за закрытие пробоя. Пускай они достанутся тому, кто останется здесь.