Академия

— Ну а что? Это самое убедительное, что можно придумать. Родители у меня, считай, нищие, богатой родни нет, и деньги мне взять буквально неоткуда. Ты — единственный мой вариант. Дворянин, одаренный, свой мех. Кто там будет знать, сколько у тебя денег в кубышке? Тем более сам весь из себя такой загадочный: деньги есть, а живешь в казарме, одет как князь, а мех древний, словно паровоз. Мог и для любовницы деньги найти.

— Ну, за неимением других вариантов — пойдет, — махнул я рукой.

— Твоя легенда? — уточнил я у Давида.

— Продал шахский перстень, подарок прадеду за отличия на службе, — отрапортовал Давид.

— Молодец, — кивнул я. — Только сильно в историю не вдавайся. «Продал — и все, деньги матери выслал». Понял?

Тот быстро кивнул головой.

— Что ж, в таком случае расходимся, — дал команду я, выпроводив своих гостей из комнаты. Несмотря на попытки Вики остаться, оставлять ее одну в комнате с деньгами мне совершенно не хотелось. Да и выспаться нужно: завтра предстоял очень насыщенный день.

Спустя два дня

Меня разбудил грохот в дверь. Полусонный я открыл. В комнату влетел капитан Горохов, тяжело дыша.

— Что, спишь? — спросил он, заметавшись по комнате. — А к тебе приехали!

— Кто? — осторожно спросил я, чувствуя, как сердце останавливается в груди от страха.

— Жандармы, — небрежно бросил капитан.

Кажется, все. Страх ледяной хваткой вцепился в меня. Мысли задергались в голове: нашли! Но как, да еще так быстро?

— Еще журналисты! Сам Широков, градоначальник Новосибирска. Через час будет торжественное построение части.

— А они зачем приехали? — почти прошептал я, чувствуя, как подкашиваются колени. Меня что, публично будут расстреливать или вешать?

— Ну как же? Так же положено, — развел руками Горохов, вытаращившись на меня. — Вручение наград всегда положено проводить торжественно. Кстати, а чего молчал, что ты у нас, оказывается, герой? Мог бы и рассказать, как в одиночку толпу бандитов при нападении на поезд положил.

Я, от безысходности думавший, как поскорее распрощаться с жизнью, чтобы не доводить дело до позора, услышав это, встрепенувшись, осторожно переспросил:

— Каких еще бандитов?

С трудом нацепив на себя костюм, поправив одежду (трясущиеся руки давали о себе знать — так нельзя с людьми, от мандража я буквально не находил себе места) и все же кое-как сумев себя одеть и привести в порядок, я вышел из своей комнаты. Дальше — на плац, где уже выстраивались в шеренги курсанты, недоуменно спрашивающие друг у друга, что происходит. Затем на территорию части заехало сразу несколько дорогих автомобилей, из которых вынырнула толпа людей, в том числе с фотокамерами. Наконец из штаба появился генерал Куропаткин в сопровождении нескольких офицеров. Задержался взглядом на мне и отвернулся, что-то бросив стоящему рядом с ним офицеру. Толпа приехавших тем временем вышла на плац. Несколько жандармских офицеров. Махнувший мне рукой Епифанов в железнодорожном мундире, стоявший возле высокого тучного брюнета и что-то с ним бурно обсуждавший.

— Городской голова, — подсказал мне Горохов, стоявший рядом со строем курсантов как старший курса.

Журналисты расставили камеры на треногах. Наконец подготовка завершилась. Офицеры и курсанты замерли в едином строю.

— Курсант Соболев!

— Я! — крикнул я во всю глотку.

— Выйти из строя!

— Есть! — Ноги отбивают по брусчатке шаги, сердце дергается в груди от волнения. Но я, словно механический солдат, марширую вперед, чтобы замереть перед своим начальством.

А в это время градоначальник, шумно вздохнув, громко заговорил:

— Господа курсанты! Вот вам живой пример истинного гражданина и будущего офицера. Три недели назад во время нападения на поезд Иван вступил в схватку с опаснейшей бандой, много лет терроризировавшей мирное население, нападавшей на поезда, грабившей банки. На их счету были сотни отнятых жизней, десятки опозоренных женщин. И наш герой — и я говорю это слово без стеснения — положил этим тварям конец. Он не побоялся вступить с ними в схватку, убил главаря и нескольких его подручных и сумел взорвать взрывчатку, с помощью которой те хотели подорвать бронированные вагоны с казенным золотом, вместе с самими бандитами. Он рисковал собой, чуть не ослеп. А теперь среди вас проходит обучение на пилота тяжелого шагохода. И я уверен, что его ждет великое будущее, и мы еще будем гордиться, что он учился у нас здесь.

Мэр замолчал на несколько секунд, переводя дыхание. Курсанты с удивлением таращились на меня, словно увидели впервые. Капитан Горохов сиял так, как будто он лично помогал мне в том бою.

Мэр, отдышавшись, продолжил:

— Для меня огромная честь вручить эту высокую государственную награду нашему герою. Подойди сюда, ко мне, Вань.

Я строевым шагом подхожу к нему, и он, открыв бархатную коробочку, достал оттуда крест на красно-черной ленте с мечами.

— Это орден Святого Владимира четвертой степени. Вручается тебе за заслуги перед Отечеством, за твою храбрость в спасении людей и доблесть в бою. Мечи на нем являются символом того, что он получен за боевые заслуги, а не за мирные дела и гражданское служение. Носи с гордостью и честью. Ты это заслужил.

Вспышки камер. Затем ко мне подошел мужчина в жандармском мундире и протянул чек.

— За предводителя бандитов и его уничтожение была объявлена награда в размере трех тысяч рублей. И эту выплату я сейчас и произвожу. Держи, — он протянул мне гербовый листок с печатями и подписями. Снова вспышки камер.

Я не успел убрать вексель в карман, как мужчина в форме железнодорожника подошел ко мне и, прокашлявшись, начал:

— От имени Сибирской железной дороги я так же хочу вручить награду нашему герою. Эта банда давно терроризировала мирных граждан, нападала на составы, срывая перевозки. Немногие, надевая это, — он показал значок дружинника, вытащенный из коробки, — действительно готовы с оружием в руках защищать жизнь и здоровье пассажиров, помогая обеспечивать безопасность перевозок. Но ты его по праву заслужил своим поступком — не на словах, а на деле доказав свою храбрость. Побольше бы таких! И мы хотим вручить тебе этот подарок, — он протянул мне отлитый из чистого золота значок дружинника. А затем протянул листок бумаги, отливающийся золотым глянцем. — Это «Золотой билет». Он дает тебе пожизненную скидку в пятьдесят процентов на любые поездки на поездах. Достаточно предъявить его в кассе.