Страница 132 из 137
Еще пара дней, и потянутся из окрестных деревень да хуторов в столицу гости — купить-продать, других посмотреть, себя показать. На городских ярмарках, пока полупустых, появятся жулики, желающие поживиться легковерными деревенщинами. Обокрасть, обмануть, втюхать втридорога пустяковую безделицу. А значит, придет время и адептам пяти чародейских академий Острижского государства выходить в патрули по трое — боевик, целитель и некромансер — и следить за порядком. Вставать на рассвете, завтракать и обедать на ходу, практически не спать. Зато золота и серебра к самой Ночи явления студиозусы заработают с лихвой. Что может быть лучше, чем к новогодним каникулам получить кучу денег?
Но это будет потом.
А сегодня с утра Ниенна ослабела настолько, что не смогла самостоятельно встать с кровати. Так и лежала, безучастно смотря в потолок, моргая опухшими от пролитых слез веками.
Алое море по-прежнему плескалось внутри, могучее, кипящее, дающее столько здоровья, сколько у нее никогда в жизни не было. Затянулись все старые шрамы, а на щеках появился пусть и слабенький, но все же румянец. Шелковисто заблестели жемчужно-седые волосы, как у совсем юных девиц.
Но ни одна на свете магия не могла исцелить разбитое на мелкие осколки сердце. Что бы там хитрющие колдуны не плели наивным безграмотным селянкам. А вчера слабенькая надежда на то, что Ингвар просто очень занят, потому и не дает о себе знать, развеялась, как мираж в пустыне. Оставив внутри лишь голую бесплодную землю.
Нет, сначала дел у Ниенны действительно было по горло. На королевском совете три недели назад у нее от волнения тряслись коленки, но голос, рассказывающий о проделках остроухого колдуна, почти не дрожал. И все, даже его величество Александр V, слушали девицу очень внимательно.
Штатный королевский некромансер предположил, что эльф по каким-то причинам два года назад не успел в Ахенбург к попытке соплеменников возродить из небытия богиню Тридамат. А потом не смог и удрать — на границах государства появились мощнейшие амулеты, что помогали опознать остроухих даже под чужой личиной. И поганец решил затаиться в глуши, притворившись Одноглазым Лихом, и тянуть жилы из народа, проворачивая мерзкие дела.
Затем Ниенне пришлось инструктировать кучу взрослых некромансеров и боевиков, многим из которых она по возрасту годилась в дочери. Но мужики смотрели на нее с большим уважением и не спорили. После они все вместе отправились коллективным телепортом, открытым по такому случаю прямо из королевского дворца, на мыс Хладный, где созвали селян из каждой окрестной деревеньки на опознание своих мертвецов.
Потом помогали их хоронить. Потом прибыли целители, успокаивать безутешных родственников. Все вместе зачищали землю от остатков злого колдовства..
В общем, скучать было некогда. Зато в краткие свободные минуты Ниенна мечтала о том, как они с Ингваром увидятся. Наверняка и кузнецу будет, что рассказать. Правда, он в работе с утра до ночи, клепает букеты на заказ. Некромансерка знала, что кованые чудесные лилии раскупили в первые же сутки. Своими глазами видела их на груди смазливых девиц со старшего курса Целительского факультета, что прибыли в помощь селянам. И красавицы жаловались, надув губы, что новый мастер у Магни Брамоса не успевает такую красоту делать вовремя, слишком много желающих.
— Уже вовсю записываются в лист ожидания, ты представляешь? — возмущалась одна. — Я так хотела матушке купить подобный, но мне сказали, в лучшем случае его в работу возьмут только через неделю!
Ниенна же молча порадовалась. Кажется, дом в столице для семейства Хенриков и впрямь переходил из категории несбыточной мечты в реальную.
Затем был небольшой перерыв в сутки, к которому она так устала, что не хотела даже двигаться. Сидели с Гердой в ее спаленке в башне Особого факультета и делились секретами. Благо, подруга быстро пришла в себя после злоключений с Сабуром.
— Брось переживать, я еще найду свое счастье, — смеялась она. — Твой драконий мужик мне пообещал.
«Мой мужик», — с улыбкой думала Ниенна, примеряя на себя это грубоватое словосочетание. И удивительно, но оно ей очень нравилось. Твердое, как скала, но при этом горячее, как тот самый смолянистый огонь.
Расстроило лишь одно — от Ингвара за все это время не было никаких вестей. Даже пару строчек в записке не черкнул. Но Ниенна гнала тоскливые мысли прочь. В конце концов, в цехах у Магни перед праздниками всегда работы навалом. Небось, и головы от наковальни или стола с серебряной проволокой некогда поднять.
Наутро она снова отправилась порталом на мыс Хладный, помогать старшим коллегам разгребать завалы трупов, оставленных колдуном. И вернулась в Ахенбург лишь за десять дней до Ночи явления. Первым делом проверила почту — ничего, кроме газет и скучного дамского журнала с рисунками платьев из самых богатых лавок столицы.
И тогда сердце первый раз встрепенулось в груди. Не может быть такого, чтобы Ингвар не нашел и минутки послать ей весточку! Она сама было собралась написать записку и передать через маленькую Хелену, но вспомнила слова маменьки и сдержалась. Ибо за мужиками и в книгах, и в жизни бегают лишь невоспитанные гулящие девки. Она же не такая?
Но тоска буравила грудь весь день. А к вечеру только усилилась. Ниенна брела с ужина, не поднимая глаз, и едва не столкнулась в коридоре с деканом Левией. Успела резко затормозить, увидев прямо перед глазами подозрительно знакомый букетик лилий.
— Красиво, правда? — кокетливо шепнула целительница, поправляя его на груди, словно диковинную брошь. — Это мне тот приятный юноша передал, в знак благодарности за вылеченного брата. До чего же талантливый мастер! Представляю, как повезет его жене. Никогда гроши считать не будет и штопать по десятку раз старые носки — тоже.
В горле у Ниенны мигом зашевелился колючий комок, всегда появлявшийся во время сильных переживаний.
— Он приходил сюда?
— Конечно! — даже удивилась вопросу Левия. — Почти каждый день заходит. То сам сестренку навестит, сластей ей из булочной Ганса передаст, то она к нему бегает.. Радостно видеть настолько теплые отношения между братом и сестрой, не находишь?
Некромансерка нашла в себе силы лишь кивнуть в ответ. А затем — дойти до поворота в башню и побежать наверх так быстро, что в боку вмиг закололо.
В свою комнатку с окнами во двор академии она уже ввалилась неуклюжим мешком, задыхаясь от плача.