Ниенна. Благословленная Смертью

Даже сейчас, когда она в одной мужской рубахе сидела на коленях Ингвара внутри бани, прямо перед полуоткрытой для свежего воздуха дверью, было так жарко, что казалось, мир вокруг вот-вот вспыхнет и заполыхает снова. Как полыхал четверть часа назад..

С улицы сыпало колючей морозной крошкой, которая не успевала даже долететь до голых коленок — истаивала в воздухе, превращаясь в едва заметное марево. Воздух дрожал, подобно густому розоватому желе из кондитерской беззубого Ганса. Но никакое столичное лакомство не сравнилось бы сейчас с той сладостью, что растекалась в теле некромансерки от самой макушки до кончиков пальцев на руках и ногах.

Ингвар и вовсе не стал одеваться. В его зрачках до сих пор плясали крохотные язычки пламени, а под кожей гуляли едва заметные всполохи. От кузнеца веяло могучим жаром, от которого у Ниенны захватывало дух — древним, как мир, густым, терпким, почти смоляным.

Да уж, потомок мальчишки, что тысячи лет назад стал носителем драконьего пламени, оказался весьма одаренным в различных умениях. Задумка с волкодлаком, захватившим в плен красивую столичную девицу, удалась ему особенно.

Такого стыда Ниенна не испытывала ни разу в жизни.

Такого невероятного телесного удовольствия, от которого хотелось кричать криком, надсаживая горло — тоже.

Крохотный месяц, едва видимый в приоткрытую дверь, качал с небес золотыми рожками. Заговорщически подмигивал молодой паре, что таилась под покровом ночи в крохотной баньке на краю кузнечной слободы. Был ли сегодня в окрестностях кто-то счастливее, чем они? Целовал ли своих жен и мужей также горячо, исступленно, сладко? Задыхался ли от переполняющего счастья, то и дело плескающего наружу в виде смеха?

— Хихикаем, как дураки, — фыркала Ниенна, уткнувшись носом в теплую ямку между плечом и шеей кузнеца.

— А мы и есть дураки, — шепотом отвечал Ингвар, и тоже улыбался. — Два блаженных неразумных дурака. И кто нам запретит?

Звезды пульсировали в вышине, будто дышали также разгоряченно. Есть ли кто в этом мире сегодня счастливее, чем она, Ниенна? Даже предстоящий отъезд хоть и расстраивал, но больше не пугал до колик в желудке.

— Нам с Гердой завтра уже в дорогу собираться, — вздохнула она, устраиваясь головой поудобнее на мужском плече. — Сессия на носу, плюс отчет надо держать перед деканами, чтобы те договорились с его величеством о помощи местным жителям. За эльфовским колдуном залежи дерьма разгребать.. Магам столичным до конца зимы работы хватит!

Некромансерка помолчала минутку и тихонько, одними губами, сказала.

— Ты же приедешь в Ахенбург?

И замерла крохотной мышкой в чужих мягких лапах. Ожидая ответа и заранее боясь его.

Кузнец задумчиво склонил голову — и через миг улыбнулся.

— Конечно, приеду. Как санный путь уляжется, так и тронемся в дорогу. Один я хоть завтра готов. Но с детворой и хозяйством не получится. Надо дом тетке Усладе отписать, у нее как раз изба уже совсем никудышная. Вещи собрать в дорогу, с заказчиками и здешним людом проститься, лошадей нанять.. Или лучше купить пару жеребчиков и продать в столице?

— Как удобнее будет, так и делай, — ответила некромансерка, тщетно пытаясь справиться с непослушным сердцем, что так и норовило пуститься в восторженный пляс. — Можно не покупать, а нанять возницу для переезда в Пятиречье, а там уже заплатите за переброс порталом. И время сэкономите, и деньги.

— Порталом-то я никогда не перемещался, — смутился кузнец, и тут же с тревогой спросил. — Думаешь, возьмет меня твой краснолюд на службу?

— Я уверена, Ингвар. Такие мастера, как ты, везде на вес золота. А если и не захочет, другую работу найдешь. Кузнечных цехов в Ахенбурге хватает. И порталом перебираться не сложно, главное, чтобы дети не боялись. Я объясню, как себя вести, чтобы при самом переходе не тошнило..

Теплую банную тишину вдруг расколол истошный детский крик откуда-то снаружи. А затем у угла дома Хенриков полыхнуло молниями от земли до самой крыши.

— Что за?.. — вздрогнул кузнец, едва не уронив Ниенну с колен.

Девушка вскочила сама. Кинулась к лежащей на столе одежде, торопливо поменяла кузнецову рубаху на свою, натянула исподнее.

— Это Герда, — торопливо говорила она, затягивая на талии шнуровку теплых штанов. — Ее колдовской почерк. А кричала, кажется, Хелена. Только прошу — осторожнее! Не выдавай себя! С валькирией-полукровкой рядом никакая беда детей не тронет..

Но Ингвара в бане уже не было. Рванул, едва успев натянуть штаны и кожух поверх голой груди. И босой. Охнув, некромансерка кинулась следом. Чем ближе она подходила к дому, тем громче и отчетливее слышались голоса с улицы, тем сильнее пахло копотью, смолой и огнем.

А завернув за угол, Ниенна увидела во дворе толпу человек в тридцать, не меньше. Угрюмые бородатые лица, хмуро поджатые губы. Мужики стояли в тулупах нараспашку, густой сивушный дух так и витал вокруг, вперемешку с недовольным ропотом.

Приглядевшись, она заметила в руках у кузнецов не только факелы, но и вилы, и даже пару-тройку мечей. По обнаженным стальным лезвиям зловеще отплясывали языки пламени. Возглавляли эту дурную ораву два незнакомых мужика. Один — явно из мастеров, угрюмый, с длинным носом и проблеском седины в русых волосах, второй — щекастый и полный в балахоне отца-благодетеля.

Перед толпой стояла Герда, и молнии плясали по всему ее телу, потрескивая в волосах. Плохой знак. Валькирия была зла, как распоследний голодный упырь, и явно с большим трудом сдерживала желание испепелить кого-нибудь из пришедших на месте.

Но самое плохое — в раздухарившейся толпе мелькали знакомые лица. Злые, перекошенные или просто очень сердитые. Только Бажен с женой Катериной стояли чуть поодаль. У обоих щеки алели густым румянцем. Бажен пересекся на мгновение взглядом с Ниенной — и тут же опустил глаза в землю.

Что-то новенькое. Хозяин постоялого двора и лавки, негласный здешний староста — и ведет себя, как нашкодивший щенок?

На крыльце дома Хенриков толклись испуганными птенцами дети, полураздетые, встрепанные, то и дело смаргивающие слезы. Бледнее всех была Хелена, замершая истуканом за плечом Баюна. Тот же наоборот, будто стал выше и взрослее, да и во взгляде не было ни капли страха. Он лишь презрительно поджимал губы, косясь на толпу во дворе.

— Что здесь происходит? — крикнул Ингвар, выскочивший во двор чуть быстрее Ниенны. — По какому поводу сборище?