Страница 187 из 2197
Глава 12
Глава 12
Три часа пролетели незаметно. Поначалу я боялась закрыть глаза, чтобы не проснуться снова в Эле. Но, глядя, как Бри спокойно дремлет, положив голову на подголовник кресла, тоже заснула. Это оказалось лучшим решением — перед снижением удалось восстановить свои силы, а мозг явно отдохнул. Стюардесса прошлась по рядам, проверила ремни безопасности и села на своё место.
Посадку я люблю больше, чем взлёты. Видимо, хочется поскорее оказаться на земле и ощутить её своими ногами. И в этот раз было совсем не страшно — душа рвалась домой.
Гулкий аэропорт, потом удобный автобус до города — все эти мелочи радовали до невозможности. Места родные и знакомые. Вот тут мы с подружками фоткались перед тем, как улететь в отпуск. А на этой остановке один раз ночевали всю тёплую летнюю ночь, когда пешком топали из клуба и натёрли мозоли. У нас тогда была одна бутылка минералки на троих и семечки, и мы болтали до утра, пока не стали ходить первые троллейбусы.
Когда автобус остановился и мы вышли, я поняла, как соскучилась по городу. Даже воздух пах также! Немного рекой, но по большей части бензином и ароматом выпечки от ближайшего хлебокомбината.
Бри оглядывалась по сторонам и комментировала:
— У вас столько земли, а вы живёте друг у друга над головами. Смешно!
— Почему смешно? — немного обиделась я. — Людей в городе держит работа и разные общественные места. Банки, учреждения, театры, музеи, рестораны. Школы и детские сады. Если уехать из города и жить в отдельном доме, то будешь много времени тратить на дорогу.
— Ну у вас же есть эти… экраны. Разве вы не можете работать с их помощью? — удивилась она.
— Ну есть же много профессий, где экраны не помогут. Врачи, например, лечат людей в больницах. Заводы, где людям нужны станки. Те же пекари…
Я увидела любимую кофейню (не ту, где я работала, другую), и потянула Бри туда.
— Пойдём, я тебе покажу!
И мы зашли в прохладное помещение с кондиционированным воздухом. Я уже и забыла, как это прекрасно — не умирать от жары летом.
Само заведение состояло из двух помещений, перпендикулярных друг другу — в форме буквы «Г». За прилавком стоял хозяин и девочка-бариста.
Это была небольшая кофейня в спальном районе, которую держал турок-мигрант и его жена. Маленькие столики у огромных окон и сиденья с вышитыми подушками, крошечные растения в горшках, деревянная стойка для тех, кто пришёл один или с ноутбуком. Полка с книжками. Каждый уголок интерьера оформлен с любовью, и хоть сейчас годится на страницы глянцевого журнала или на доску в пинтерест.
У витрин я зависла. Вот и фирменные пирожные «Наполеон» из самодельного слоеного теста, порционные треугольнички чизкейка с тонким слоем смородинового желе, украшенные ежевикой. Пирожное «Картошка» и трубочки с заварным кремом, трайфлы «Сникерс» с жареным арахисом. Свежайшие эклеры с шоколадной, фисташковой и карамельной начинкой. Отдельную витрину занимали одиннадцать видов рахат-лукума и три вида пахлавы. Последняя сочилась мёдом и была посыпана зеленоватыми фисташками.
Я не была голодна, но при виде любимых лакомств сглотнула набежавшую слюну. Внизу лежали клубные сэндвичи с ветчиной и сыром, порционные хачапури, сырники для тех, кто придерживается правильного питания.
На доске за спиной у хозяина ровным почерком выведено меню напитков: турецкий кофе на песке, капуччино, американо, несколько видов рафов. Лимонады, бабл-ти, глинтвейн. Как же я скучала!
Если честно, то хотела когда-нибудь иметь такую же уютную кондитерскую, куда бы заходили гости, узнавали меня и здоровались. А я бы помнила их вкусы и кивала в ответ на просьбу сделать «как обычно». Не надо ни Королевства, ни короны, ни почестей. Любимый мужчина, семья, и вот такое небольшое дело. Я отчаянно завидовала турку и хотела оказаться на его месте. Поговаривали, что многие вкусности его жена печёт сама, и от того мне ещё больше хотелось иметь в мужьях вот такого единомышленника.
— Пошли, — потянула меня Бри. — Я не голодна, а у тебя, кажется, было дело?
Я, не отрывая взгляд от витрины, кивнула и позволила себя увезти. Есть и правда не хотелось, поэтому решила, что приду сюда позднее. Сяду и неторопливо попью кофе с чизкейком, посмотрю на людей, чтобы поверить, что я снова дома. А сейчас и правда, есть дела поважнее!
И мы быстро пошагали вверх по улице, где за вторым поворотом должен показаться мой дом. Точнее, та квартира, которую я снимала, когда жила здесь. Но… там же нет мамы. Наверняка хозяйка уже сдала её… Я остановилась и потерянно осмотрелась. Почему я так рвалась в этот дом? Думала о маме, а ехала сюда. Странно…
— Бри, мы заглянем на минуточку в этот дом, а потом поедем к моей маме в область. Хорошо? — я с тревогой подумала, что подруга наверняка не сможет быть в нашем мире постоянно. Когда-то ей нужно будет вернуться домой.
Она, словно угадав мои мысли, проронила:
— Мы с тобой никуда не торопимся. Поехали туда, куда тебе надо. Я тебя не оставлю, пока не пойму, что с тобой всё хорошо.
И я выдохнула. Почему-то её незримое присутствие успокаивало. Она единственная знала, где я была весь прошлый год. И я хмыкнула, осознав, что Бри — это единственное доказательство того, что я не сошла с ума.
На лавочке у подъезда сидели бабушки, и я привычно поздоровалась. Но они сделали вид, что меня не знают. Быстро, однако! Хотя, память у бабок может быть короткая — им по возрасту положено.
Запах в подъезде и лифте ничуть не изменился. Те же изрисованные стены и кнопки, часть из которых уже не светится. У двери в квартиру я притормозила, сообразив, что ключей от замка у меня нет.
— Примени магию! — шепнула Бри и я, округлив глаза, попробовала вызвать Лиловый огонёк. Получилось! Замок еле слышно щёлкнул и мы вошли. А вот это мне нравится!
Квартира была та же, да не та. Колченогий стул в прихожей всё так же одиноко стоял, но теперь на нём теснились женские сумочки. Обувь в прихожей раскидана по всему пространству. Пахнуло чужими духами и чужим жильём.
Я даже не стала проходить внутрь — нет смысла вламываться в чужой дом. Моего тут уже давно ничего нет. Развернувшись, я уверенно вызвала лифт. Одновременно пыталась понять, огорчает ли меня тот факт, что мой бывший дом теперь не мой?
И я поняла, что нет. Внутри пусто и гулко. Да, я несколько лет ходила той же дорогой, что и сейчас. Но сожалений я не испытывала. Наоборот, ещё больше хотелось домой, к маме. Там — точно мой дом.