Список Лили Беннетт

Глава двадцать девятая

Вторая неделя без Джейка прошла немножко легче – и от этого парадоксальным образом становилось даже тяжелей.

Лидия все еще подпрыгивала всякий раз, как приходила эсэмэска, прилив отчаянной надежды сменялся острым приливом гнева, а затем облегчения, когда оказывалось, что это от Тоша, Милы или Баси. Каждый из них написал ей несколько раз, всеми силами стараясь как-то ее отвлечь, а в Басином случае еще и накормить. И у них это получалось. А потом оказывалось, что все равно ничего не вышло.

Олли тоже пыталась как-то развлечь мать, и даже чуть более удачно. Она нарыла другой след, ведущий к настоящей Лили Беннет, и шла по этому следу с маниакальным упорством, целыми ночами пропадая в кроличьих норах Интернета, пока ее циркадные ритмы еще не наладились после путешествия. По утрам, медленно потягивая кофе и мысленно готовясь к предстоящему дню, Лидия выслушивала отчеты о том, что еще удалось или не удалось узнать Олли.

В пятницу утром Олли уселась на свое привычное место, положила обе ладони на стол и внезапно тихим, почти испуганным голосом сообщила:

– Я ее нашла.

Лидия посмотрела на дочь, вопросительно приподняв брови.

– Лили Беннет, – пояснила Олли чуть громче. – Я ее нашла. Я знаю, кто она такая.

Казалось, прошла целая вечность, пока Олли наслаждалась победой, а Лидия думала, хочет ли она вообще узнать правду – теперь. Учитывая, чем закончилась вся эта история, как-то сложно было вообразить тот вариант, который принес бы ей хоть кроху утешения. С другой стороны, ее все еще слегка интриговал образ таинственной составительницы списка, о настоящей личности которой Лидия так долго гадала.

– Так ты мне скажешь? – наконец спросила Лидия, не донеся до рта ложку с кукурузными хлопьями.

Олли только улыбнулась.

– Я тебе покажу. Ты сегодня работаешь?

Лидия покачала головой. Она решила устроить себе длинные выходные, чтобы всласть поунывать.

– Отлично! – В глазах Олли плясали искорки. – Тогда мы сегодня предпримем небольшое путешествие.

– Путешествие? – нахмурилась Лидия. То есть всласть поунывать все равно не выйдет?

Олли разулыбалась шире, на правой щеке у нее появилась ямочка.

– Не слишком-то радуйся. Ты нашла список в магазине на Мур Аллертон – как по-твоему, далеко ли живет Лили?

Лидия как-то об этом совершенно не думала.

– Мы отправляемся в город, – заявила Олли, взмахнув недоеденным тостом. – Но сперва я угощу тебя пирожным.

Глаза у Лидии вспыхнули. Мысль о пирожном ее всегда радовала.

– О-о-о, у Франчески?

Олли кивнула.

– Постой, – снова нахмурилась Лидия, подняв палец. – Ты же только что вернулась с другого конца света. У тебя вообще хоть какие-то деньги остались?

Олли неуютно поерзала в кресле.

– Ну, вообще-то, говоря, что угощу тебя пирожным, я имела в виду…

– Что платить буду я, да?

Олли пристыжено кивнула.

– Ну да.

На самом деле Лидию это совершенно не смущало. Пирожное есть пирожное, а Лидия больше всего любила пирожные у Франчески.

Так что через пару часов она вышла вместе с дочкой из дома чуть ли не в приподнятом настроении. Правда, специально запарковалась в многоэтажном гараже в верхней части города, чтобы не проходить слишком близко к Бирже зерна, где на нее грозили навалиться воспоминания о том, как Джейк ждал ее, опираясь на перила. А потом, когда они пешком двинулись к кафе, нарочно повела Олли так, чтобы обогнуть стороной бар, где они с Джейком впервые встретились. Бар, в котором Лидия совершенно сознательно позволила ему считать ее другой женщиной, чем и положила начало всей этой идиотской ситуации.

Это неважно, старательно твердила она себе. Все равно и сам Джейк отнюдь не идеал.

Но чем больше дней проходило в разлуке, тем сильнее ее терзали сомнения. Конечно, она и насчет Адама обманулась, так что способность разбираться в людях у нее крайне далека от совершенства. Как и все остальное.

Она довольно-таки успешно боролась со своими сомнениями. Так что можно было, почти не кривя душой, сказать, что, шагая вместе с дочерью по центру Лидса этим теплым летним днем, Лидия Грэй чувствовала себя довольно бодро. И почувствовала еще лучше через несколько минут, поднявшись по двум каменным ступеням в кафе и вдохнув теплые ароматы кофе, сахара и свежевыжатого апельсинового сока.

Франческа, пышная женщина под шестьдесят с широкой улыбкой и изумительным голосом, тепло приветствовала посетительниц. Она эмигрировала из Тосканы совсем юной девушкой чуть за двадцать и не один десяток лет баловала жителей Лидса изысканными пирожными, булочками и прочей умопомрачительной выпечкой, а также настоящим итальянским кофе и свежим соком.

Лидия наткнулась на это кафе уже после того, как Адам ее бросил. Она пару раз заглядывала в кафе Эвелин, но без Адама там ее принимали довольно холодно, и вот однажды, проходя мимо каменных ступенек, она услышала, как Франческа со своим сыном Маттео распевают на два голоса какие-то оперные арии, и просто не могла устоять перед искушением зайти. С тех пор это кафе стало одним из ее излюбленных мест.

Услышав звяканье колокольчика на двери, Франческа, знающая всех постоянных посетителей в лицо, но безбожно путающаяся в именах, подняла голову, просияла улыбкой и бросилась обниматься. Жесткие черные волосы щекотали Лидии нос.

–

Buongiorno, bellissime!

[3]

[Добрый день, красавицы! (ит.).]

– Голос у Франчески звучал тепло и лирично, даже когда она не пела. – Давненько вас не видела! Прошу. – Она показала на маленький столик у окна. – Садитесь.

Они радостно уселись в островке ласкающего кожу солнечного света, и на миг Лидии по-настоящему почудилось, что все хорошо в этом лучшем из миров. Они заказали превкусные пирожные, болтали, смеялись и потихоньку разглядывали Маттео, великолепный образец мужской красоты, который был ровно настолько же младше Лидии, насколько старше Олли. И пусть они провели там всего час, но это был счастливый час.

Поэтому, когда Олли вдруг собрала вещи и сказала: «Ну что, пойдем узнаем, наконец, разгадку тайны», для Лидии это стало неприятным сюрпризом.