Страница 18 из 68
Глава 19. Теперь все
Глава 19. Теперь все
Сахар мы всё-таки забыли.
Вспомнили уже у ворот, когда Сергей достал из багажника сумку, а я — коробку с пирогом, купленным по дороге.
— Зато с вишней, — сказал он.
— Очень полезно, когда дома нет сахара.
Он улыбнулся и толкнул калитку.
Дверь открыла Ася.
— Хорошо съездили?
— Хорошо. А вы как?
— У нас гостья.
Я сразу посмотрела ей за плечо.
Ася мягко придержала меня за локоть.
— Всё спокойно. Проходите.
Из гостиной донёсся знакомый голос:
— Я уверена, раньше эта комната была меньше.
Леон ответил:
— Перегородку убрали. Давно.
— Ну да. Я всё время забываю, насколько у вас это давно.
Я остановилась на пороге.
У окна сидела Элеонора.
На ней было тёмно-синее платье с узким воротником. Перчатки лежали на коленях, рядом стояла чашка. Дочка Леона устроилась на ковре и внимательно рассматривала её ботинки.
Элеонора подняла голову.
— Катя.
Я поставила пирог на ближайший стул.
Она встала мне навстречу.
⁂
Первые несколько минут мы только обнимались и говорили одновременно.
Элеонора отстранилась, посмотрела мне в лицо, потом коснулась волос возле виска.
— Вы…
— Да, — сказала я. — Время всё-таки идёт.
Она улыбнулась немного растерянно.
Когда-то передо мной стояла женщина намного старше меня. Теперь я смотрела на её гладкий лоб, на тёмные волосы, собранные так же, как при нашей первой встрече, и не сразу находила, что сказать.
Сергей поздоровался и забрал у неё перчатки.
— Куда положить?
— Куда угодно. Только так, чтобы потом найти.
— Это у нас сложнее всего.
Элеонора рассмеялась.
Я посмотрела на Асю.
— Давно она здесь?
— Около часа.
— И вы не позвонили?
Ася чуть смутилась.
— Я хотела. Но вы уже написали, что едете. А Элеонора сказала, что подождёт.
— Меня накормили, — добавила гостья. — Всё необходимое было сделано.
Дочка Леона подняла голову.
— И я показала, где туалет.
— Именно, — серьёзно подтвердила Элеонора.
⁂
Позже Ася рассказала, что услышала стук, когда убирала со стола.
Сначала решила, что это дочь чем-то стучит в коридоре. Позвала её, услышала ответ из сада и только тогда подошла к маленькой комнате.
За дверью стояла женщина, чей портрет висел у нас в столовой.
Ася узнала её сразу.
Но всё же спросила имя.
— Элеонора, — ответила гостья. — Простите, Катя дома?
— Скоро вернётся.
— А вы?
— Ася. Жена Леона.
Элеонора повторила имя. Потом посмотрела через её плечо и увидела Леона, который вышел из кухни с мокрыми руками.
По словам Аси, именно в этот момент гостья впервые растерялась.
— Тот самый Леон?
Он кивнул.
— Здравствуйте.
— Который вырезал бумажные звёзды?
Леон улыбнулся.
— Уже не только бумажные.
⁂
Луизе позвонили ещё до нашего возвращения.
Она приехала с Кларой вскоре после нас.
Я открыла дверь и помогла ей снять лёгкий жакет. Луиза даже не спросила, где сестра. Услышала её голос и пошла в гостиную.
Элеонора стояла у окна.
Они остановились в нескольких шагах друг от друга.
Я вспомнила их первую встречу после долгой разлуки. Тогда Луиза тоже оказалась старше той, кто когда-то поправлял ей воротник и следил, чтобы она не убегала из дома без шапки.
Теперь разница стала ещё заметнее.
Элеонора первой протянула руки.
— Лу.
Луиза подошла и обняла её.
Долго не отпускала.
Потом сказала:
— Ты опять похудела.
Элеонора засмеялась ей в плечо.
— Я знала, что ты найдёшь что сказать.
Мы с Кларой вышли в кухню.
Сергей как раз пытался разрезать пирог так, чтобы вишнёвая начинка не вытекла на стол.
— Чай? — спросил он.
Я кивнула.
Клара взяла поднос.
Никому из нас не хотелось торопить сестёр.
⁂
Они проговорили почти час.
Потом Луиза позвала меня.
На столике возле окна лежал её небольшой альбом. Она привезла его с собой и теперь показывала сестре рисунки.
Я видела многие из них: яблоки в миске, мокрую дорожку возле дома, Кларины очки, забытые на раскрытой книге.
Элеонора осторожно перелистывала страницы, придерживая за уголки.
— Вот этот хороший, — сказала она.
На рисунке был обычный кухонный стул. Через спинку перекинуто полотенце, под сиденьем — чья-то потерянная тапочка.
— Ничего особенного, — ответила Луиза.
— Поэтому ты и нарисовала его хорошо. Не старалась придать важности.
Она подняла глаза на меня.
— А у вас бумага найдётся?
— Для чего?
— Хочу попробовать кое-что набросать.
Луиза подвинула ей альбом.
— Бери здесь.
— Не жалко?
— Элеонора.
Та улыбнулась и взяла карандаш.
⁂
Она начала с окна.
Потом появились край стола, часть шкафа, кресло Луизы. Я думала, что она рисует комнату, пока не заметила на листе согнутую руку и знакомый поворот головы.
— Не двигайся, — сказала Элеонора сестре.
— Я ещё не двигалась.
— Ты собиралась.
Луиза устроилась удобнее.
Клара села рядом, положив руку на спинку её кресла. На мгновение повернулась к дочке Леона, которая пыталась заглянуть в альбом.
— Не заслоняй свет.
Элеонора быстро провела несколько линий.
— Останьтесь так.
— Я? — спросила Клара.
— Да.
Потом позвала Леона.
Он стоял в дверях.
— Идите сюда. Вы всё время будто готовы уйти.
Ася тихо рассмеялась.
— Есть такое.
— И вы тоже, — сказала ей Элеонора.
Постепенно мы все оказались возле окна.
Сергей пытался пристроить поднос и одновременно выяснить, считается ли он частью рисунка или ещё может сходить за ложками.
— Ложки подождут, — ответила Элеонора.
— Чай тоже?
Она посмотрела на чашки.
— Чай, пожалуй, нет.
Пришлось сделать перерыв.
⁂
Рисунок не был похож на чинный семейный портрет.
Дочка Леона сидела на полу, привалившись к отцовскому колену. Ася наклонилась к ней. Луиза держала чашку обеими руками, Клара что-то говорила матери.
Мы с Сергеем стояли немного в стороне. У меня в руке оставалось полотенце — я так и не заметила, когда принесла его из кухни.