Глаша 2 [СИ

– Messieurs, je veux vous présenter notre belle. Elle s'appelle Glafira Sergeevna!

Мари сделала почетный круг со своей новой пансионеркой. Глаша от смущения плохо видела вокруг. Она слышала звуки музыки, чувствовала ароматы немыслимых духов, шуршание тканей, щелканье лорнетов. Перед затуманенным взором плыли чьи-то мужские и женские лица. Среди них мелькнуло чуть вытянутое лицо африканской дивы в желтом платье и эгретой в высокой прическе. Она слышала цокающие возгласы «Charmant!», чувствовала призывные мужские взгляды и завистливые женские. Ее тонких пальцев касались влажные поцелуи чьих-то губ, усы щекотали ладони.

И в этой пестрой карусели, в которой она плохо осознавала происходящее, к ней подлетел тот элегантный красавец с легкой рыжиной на русых кудрях, которого она впервые повстречала в доме Горелова, тот пересмешник, что снился ей ночами в бреду их маленькой комнатки в Щербаковом переулке, тот странный и нахальный гаер, чье лицо она увидала в тазу с колодезной водой у знахарки Мариванны.

И именно его сейчас она различила явственнее всех остальных. Казалось, что лучи софитов, выделяют лишь его фигуру на фоне безликой толпы. Он улыбался и протягивал ей алую, словно кровь, розу. Глаша пошла на его зов, будто завороженная. Он был настолько красив и элегантен в новомодном черном фраке и белоснежной сорочке с небольшим жабо, и настолько в эти минуты похож на Махнева чертами безупречного лица, что Глафира охотно приняла от него цветок. В зале повисла тишина, и вдруг тапер заиграл Лунную сонату. Глаша узнала эту мелодию по первым аккордам. Сильные мужские руки подхватили ее, и они медленно закружили в танце. Остальной зал уплыл куда-то и свернулся в маленькую точку. Вокруг отсутствовали люди, звучала лишь музыка, а напротив было лицо этого красивого господина. Его глаза темнели двумя бездонными колодцами.

– Глафира Сергеевна, вы забыли, как меня зовут? – с улыбкой спросил он.

Он не размыкал губ, его слова сами лились ей в голову.

Глаша растеряно кивнула.

– Я напомню вам. Меня зовут Викторо̀м. Но это не главное. Главное то, что вы – божественно прекрасны. И этот синий цвет. Цвет кобальта. Он так вам идет. Это – мой любимый цвет. И прав был мой Le Favori, вы стоите огромной любви. Сначала мне хотелось с вами только шутить. Я гаерствовал и лукавил. Но, похоже, мое лицедейство исчерпало себя. Мне не хочется более дурачиться. Вы достойны лучшей участи. О, ваш тонкий дух, как он прекрасен. Я чувствую его теперь за сотни верст и миров. Похоже, я сам влюблен в вас не на шутку. Я, старый демон… Меня разрывают противоречивые чувства: с одной стороны, я очень рад, что вы наконец-то оказались здесь. Я сам вас вел сюда, ибо желания моего Le Favori для меня – закон. Но, в тоже время, увидев вас, я готов забыть обо всех обязательствах, похитить вас и сложить свои темные крылья у ваших ног, – глаза мужчины полыхали смолой, в зрачках проносились молнии.

Сквозь ткань платья и толщину корсета она чувствовала жар его пальцев, ее губы тянулись к его губам. Но в этот момент острый шип розы проколол ей до крови палец. Маленькая капля медленно и пухло ударилась о зеркало паркета. Глаша вскрикнула и чуть не лишилась чувств. И разом вернулось все – звуки, запахи, лица.

– Простите меня, Глафира Сергеевна. Я не должен был, – упругие губы коснулись раненного шипом пальца.

Викто̀р слизнул капельку ее крови.

– Я забываюсь, что вы для меня лишь мотылек, легкий и прекрасный, способный сгореть от одного моего касания. Как бы там ни было, теперь я ваш покровитель навсегда, – мужчина галантно поклонился и отпустил ее руку и талию.

* * *

– Глафира Сергеевна, – ее тормошила за плечо Мари. – Что с вами? Господа, откройте окно. Нашей красавице стало дурно. Здесь сегодня сильно натоплено.

– Кто он? – прошептала побледневшая Глафира.

– Кто?

– Этот мужчина, Викто̀р?

– У нас нет сегодня посетителей с этим именем. Ты вышла в зал, и тебе стало дурно. На тебя сегодня столько желающих. Дают баснословные деньги, – горячо шептала Мари. – Но я помню, сегодня лишь один мужчина. Я обещала. Иди к окну. Смотри, как все кобели смотрят на тебя, ma chérie. Ты сегодня произвела фурор. На тебя целая очередь.

Глаша промолчала. Она поднесла к глазам уколотый палец. На нем не было раны. Не было в ее руках и розы.

В этот же вечер один из молодых и внешне приятных мужчин, графского роду, светский щеголь и ловелас, увел ее в собственную комнату. А далее Глафире показалось все слишком обыденным. Мужчина гусарил, старался ее рассмешить, заказывал в номер шампанское и фрукты. Смущался сам и смущал Глашу. И, наконец, припал к ее губам страстным поцелуем.

– О, как вы прекрасны! – повторял он, обнимая и прижимая ее к себе. – Вы здесь недавно?

– Да…

– Я сражен вашей красотой, Глафира Сергеевна. Можно я стану вашим единоличным любовником? Я очень богат. Или, я готов жениться.

– Простите, эти вопросы решаю уже не я, – с безразличной улыбкой отвечала ему Глафира.

Граф был молод и хорош собой, но отчего-то совсем ей безразличен. Она спокойно разделась перед ним догола и легла на кровать. При виде ее роскошного тела, граф задохнулся от страсти. Он тоже быстро разделся и навалился на нее всем телом, осыпая страстными поцелуями.

– Вы позволите? – тяжело дыша, он показал глазами на ее лобок. – Я очень люблю там ласкать дам.

– Да, конечно, – отвечала она.

Сильные руки подвинули ее на край кровати и развели ноги. Глафира почувствовала, как язык мужчины принялся вылизывать лепестки влажной плоти. Мужчина, имени его Глафира так и не запомнила, мычал от наслаждения.

«Ну, доктор, что вы на это скажете? – думала Глафира. – Не все мужчины эгоисты…»

Через несколько минут Глафрира бурно разрядилась – ее полные ляжки сжали черноволосую мелкую голову мужчины, а пальцы впились в его волосы.

– О, как быстро ты кончаешь, – шептал он в восхищении.

Когда Глафира содрогнулась в последней судороге, сжимающей ее вагину, граф вскочил на ноги и направил совсем скромный член в ее тесное лоно. После нескольких коротких движений он очень быстро финишировал, облив Глафиру доброй порцией семени.

Помня слова Мари и доктора, Глафира, не мешкая, отправилась в уборную и сделала там все, чтобы предотвратить нежелательный приплод. Она даже понюхала лекарство из красного флакона. Удивительно, но оно отчего-то сильно пахло лимоном и какой-то смолой. Глаша не удержалась и лизнула пальцы. Так и есть – жидкость была кислой на вкус.

Спустя полчаса ее клиент ожил и предложил ей снова заняться любовью.