Страница 35 из 83
Затем со сцены объявили о создании профсоюза на моей радиофабрике «ASDS Radio». Это был важный ход. Легальный, признанный профсоюз, который я же и запустил, станет лучшей защитой от любых попыток властей или конкурентов обвинить меня в незаконной эксплуатации или нарушении закона на фабрике. Однако у него была и ещё одна функция. Профсоюз должен был стать моей «витриной». Частью социальной политики, в которую я медленно, но прочно заходил пока что на уровне города.
На сцену энергичной походкой поднялся человек лет сорока. Подтянутый, с умным проницательным взглядом и лёгкой улыбкой на лице. Павел Иванович Миронов. Бывший офицер-связист, один из лучших моих технических специалистов на заводе. Он не был болтуном, но умел говорить убедительно и по делу. Это мне и было нужно. Павел Иванович мог одинаково успешно вести разговор с разнорабочими, с инженерами, с жёнами рабочих, с начальниками цехов и с лощёными заказчиками больших партий, что приезжали на завод. Мне нужен был отличный оратор, и я его нашёл с помощью Мишки Рощупкина, который по моей просьбе присматривался к людям на фабрике уже два месяца.
А самое главное — Миронов пришёл из «нашей» среды. Служивший до этого у Синицына, он согласился перейти на «мирную» должность, прекрасно прижившись на ней. Миронов входил в круг лиц, приближённых к моему офису и охранному агентству.
Его, ранее исполнявшего обязанности, теперь официально утвердили лидером профсоюза. Он произнёс короткую речь о сотрудничестве между трудом и капиталом, о безопасности на производстве и о том, что рабочие «ASDS Radio» готовы быть частью общественной жизни Бронкса. Сенатор одобрительно кивал всё это время.
Я с удовлетворением наблюдал за этим спектаклем. Всё шло по плану. Фотографии Уодсуорта, пожимающего руки русским рабочим, уже завтра появятся в газетах. «Общество» получило официальное благословение. Мои люди теперь не просто иммигранты, а уважаемые члены общества, у них есть «старосты», что официально будут говорить от имени большой прослойки жителей Бронкса. А профсоюз давал мне ещё один рычаг влияния на сотни людей. Дальше — больше. Я планировал распространить действие «Общества» на весь Бронкс, включая в его орбиту и коренных американцев. Не зря же в названии организации было слово «гражданской», что подразумевало самые широкие слои населения.
Когда собрание под бурные овации объявили закрытым, и зал начал пустеть, я дал знак своему человеку у двери. Через несколько минут ко мне в боковую комнату, которая служила подсобкой, провели Павла Миронова.
— Алексей Иванович, — кивнул он, отвечая на моё рукопожатие.
— Павел Иванович. Поздравляю с избранием! Теперь вы — официальное лицо нашей «ASDS Radio».
Он слабо улыбнулся:
— Спасибо. Хочу заметить, что сенатор отыграл свою роль безупречно.
— Ему это выгодно. Нам — тоже. Но пора за работу. Мне нужно, чтобы вы помогли организовать общий профсоюз для всей «Соколов и Ко».
— За исключением охранного агентства? — кивнул он.
Я улыбнулся. Мне действительно повезло с этим умным человеком.
— Абсолютно верно. Охранное агентство будет существовать отдельно. И я выведу его из компании. Отдельным юридическим лицом.
— Хорошо, я займусь вашей просьбой сегодня же. Виктор уже говорил об этом со мной, — ответил Миронов.
Я подошёл к окну, глядя на расходящихся по улице людей:
— Теперь к срочным делам. В порту большие проблемы. Итальянцы устроили забастовку. Причём не стихийную, а организованную. За ними стоят люди некого Альберто Анастазии. Они парализуют пирсы. Поставки моих партнёров встали…
Тонги действительно забили тревогу. Нападение на Сент-Клер в Гарлеме. Забастовка в порту. Джо Массерия явно плотно взялся за моих союзников. Китайцы сейчас были заняты периодическими налётами на Маленькую Италию. Теперь они перешли к тактике точечных погромов и перестрелок. Полиция уже сбилась с ног, мотаясь по центру Нью-Йорка, но пока результатами стали лишь несколько арестов итальянцев и китайцев. Причём все схваченные полисменами молчали, словно набрали в рот воды. И все же тонги просили у меня помощи с поставками из Китая. Уже второе их судно простаивало в порту и не могло разгрузиться…
— Так вот, Павел Иваныч. Нашим партнёрам нужно помочь. Полиция бессильна. Они только и могут, что «охранять» эту забастовку и следить, чтобы она не вылилась на улицы города.
Павел слушал внимательно.
— Какая моя задача?
— Нужно действовать через докеров. Но не угрозами. А из их же среды. Вы теперь председатель профсоюза крупного предприятия. И наш завод сейчас, без преувеличения, обладает лучшими социальными гарантиями в штате. И лучшей зарплатой. Поэтому я хочу, чтобы вы нашли контакт с теми ирландцами и поляками на пирсах, кто недоволен этой забастовкой. Нужно найти их лидеров. По крайней мере тех, кто ещё не сломлен. Если таких не осталось, и Анастазия их всех запугал, то найти НОВЫХ ЛИДЕРОВ. Вы понимаете, Пал Иваныч? — пытливо поглядел я на профсоюзного лидера.
— Да, Лексей Ваныч, я понимаю, — усмехнулся он.
— Наше «Общество», — я кивнул в сторону зала, — может предложить докерам помощь. Юридическую, если их увольняют. Материальную, если их семьи остались без куска хлеба из-за стачки.
Миронов задумался, оценивая:
— Это тонкая работа. Если итальянцы узна́ют, что мы лезем в их дела…
— Они уже полезли в наши, — холодно отрезал я, — Но я дам своих людей в помощь. С Анастазией в контакт ни в коем случае не вступать. Тем более, при полиции они не будут устраивать с вами разборок прямо в порту на пирсах. Будьте осторожны. Нужно «подогреть» интерес докеров к тому, чтобы закончить стачку, пока в порт не прибудут представители новой компании…
— Новой компании? — удивлённо переспросил Павел.
Вот и пришёл черёд вступить в игру моим новым компаньонам. Но только на внешнем, «экономическом» фронте. И с утра я уговорил этих партнёров на весьма прибыльное дело…
— Да. Сюда приедут люди из Бостона. Тамошний порт завязан с поставками от семьи Кеннеди. Они занимаются… Тем же, чем и мы в Вирджинии, Атлантик-Сити и Портленде. Вы и сами все знаете… Я познакомлю вас с ними лично, Пал Иванович. Они предложат докерам хорошую систему оплаты труда. Гораздо лучше, чем та, что сейчас есть в порту. А с руководством порта договорится сенатор.
— Уодсуорт?
— Да, он тоже заинтересован в том, чтобы стачка закончилась. Тогда он запишет это в актив себе и республиканцам штата.
Павел медленно кивнул. Он всё понял: