Страница 2 из 83
Я повертел газету. Издание, которое работает «под» демократической партией. Понятно. Чувствую, они уцепятся за меня это словно бульдоги. Хорошо, что ещё не успели опубликовать — чьи именно клубы были обстреляны. В этом вопросе даже полиции пришлось повозиться с юридическими лицами, чтобы понять. Но это — дело времени. Судя по вопросам репортёра на улице — это уже не секрет, так что сегодня-завтра «вражеская» пресса поднимет и эту тему.
— Сколько человек погибло? — спросил я у Казака.
Семён нахмурился и ответил:
— Здесь, в «Горе», официант, один посетитель и швейцар Барни. Говорят, хороший мужик был. У него тут семья работает. Ещё несколько раненых среди гостей. В «Лоске» похожая картина. Двое убитых и тоже есть раненые…
— Позаботьтесь о семьях персонала, пусть Виктор займётся этим, — произнёс я.
— Хорошо.
Со второго этажа по лестнице спустился Волков.
— Соболезную вам, Алексей Иванович, — он снял шляпу, — Я всё сделал вчера, как вы приказали. Всё в порядке. В морге дежурят наши люди.
Я пожал ему руку и искреннее произнёс:
— Благодарю…
Вчера после того как коронер сделал всё, что от него требовалось, вместе с телом Блум в морг поехал именно Волков. Я не нашёл в себе для этого душевных сил.
Тем более, нужно было срочно собирать всех «офицеров» в связи с чрезвычайной ситуацией.
Большая ответственность — большие лишения…
Впереди ещё похороны. И когда я представлял, что увижу Блум в гробу, то внутри всё обрывалось.
Я мотнул головой, отгоняя тяжёлые мысли, и тихо произнёс, осматривая «Гору»:
— Он наверху, в клубе?
— Да, ждёт вас, — ответил Волков.
Вчера вечером я связался с теми людьми, которые словно тени постепенно заполоняли Нью-Йорк. Масса их соотечественников уже жила здесь. Но члены их подпольных организаций предпочитали пока не светиться. Скорее, оценивали обстановку и не спеша наводняли город.
Мне выдвинули простые требования — увидеться на той территории, что не вызовет подозрений. Поэтому встреча у меня в офисе была нежелательна. А вот пересечься с «посыльным» в «Горе», поехав якобы осматривать место вчерашнего налёта — вполне себе вариант. Раз мои убийцы узнали, что я буду вечером в «Хадсоне», то могут следить за моими заведениями в Бронксе.
Кстати, об этом…
Я задал вопрос шулеру:
— Илья Митрич, я вот всё думаю — откуда убийцы все узнали?
— О чём?
— О том: где и во сколько я буду вечером? Машина с Пророком уже ждала меня около «Хадсона»…
Я пристально посмотрел на шулера.
Он поиграл желваками и спросил:
— Думаете, у нас есть шпион?
Я пожал плечами, забыв про повязку на ране. Боль снова пронзила тело. И сказал:
— Другого объяснения я не нахожу. Чтобы отследить мой «Паккард», пришлось бы постараться. Например, весь день болтаться за мной по городу. Но такой хвост мы бы заметили. Вчера ещё до общего совещания я дал указание Синицыну составить список всех, кто мог знать, что я поеду в театр. И проверить — все ли они сегодня вышли на работу…
Шулер хотел что-то ответить, но раздалась телефонная трель. В тишине ресторанного зала она звучала оглушительно.
Казак зашёл за барную стойку и снял трубку. Затем поднял на меня глаза:
— Это Капитан.
Я подошёл к Семёну и принял доисторический «приёмник с динамиком»:
— Слушаю.
— Ростислав исчез… — глухо послышался в трубке голос Синицына.
Я поднял глаза на Волкова и Молотова и кивнул в сторону телефона, мол, вот и новости.
— Водитель второй машины? — переспросил я у Капитана.
Ростислав последние дни сидел за баранкой авто, в котором за моим «Паккардом» катались дополнительные телохранители. А вчера его сменил другой человек.
— Да. Он вчера сильно заболел, и я его заменил. Соседи сказали, что он ушёл из дома под вечер. Примерно в пять часов. Я начал поиски всего списка подозреваемых ещё вчера, но решил убедиться во всём точно, прежде чем докладывать вам. В общем… в квартиру Ростислав не возвращался… Мы ищем его.
Понятно… Скрылся прямо перед покушением. Ведь мы с Блум ехали к шести часам, чтобы прибыть в театр пораньше. Там в ресторане при «Хадсоне» у нас был заказан столик и ждало хорошее шампанское.
— Ещё кто-то пропал из списка? — стиснув зубы, процедил я.
— Нет, Лексей Ваныч, все, кто мог знать про нападение — на месте. Божатся, что ни при чём.
— У нашего беглеца есть семья?
— Нет.
— Копайте! Найдите его! Узнайте про всё, про долги, про то, с кем он общался, с кем виделся? Я хочу знать, что он делал последние месяц-два! По минутам! — выдохнул я, справляясь с эмоциями.
— Будет сделано!
Я повесил «трубку». Сжал ручку слухового аппарата в кулаке до белого каления в костяшках пальцев. Повернулся к своим людям:
— Вот и возможный шпион… Водитель машины сопровождения. Найдём его — распутаем всю цепочку.
— Но как же та визитка? — спросил Волков, — Джо Массерии. Выглядит как послание.
Когда Пророк был ликвидирован, а машина его пособников скрылась, Кислов поднял из лужи визитку, что была при сектанте. И я её знал прекрасно… Видел несколько дней назад в Атлантик-Сити на «сходке боссов». На ней было выбито золотыми буквами «Джузеппе „Джо Босс“ Массерия».
Мой водитель предусмотрительно забрал картонку ещё до появления фараонов. А затем приехали люди от Капитана. И принесли весть, что «Гора» и «Лоск» подверглись налёту… Похоже, именно к клубам спешили те машины полиции, что я видел, когда мы подъехали к «Хадсону».
— Понимаю, — согласился я с Волковым, — Но я хочу узнать вообще о каждом, кто участвовал во вчерашнем покушении. Кто стоит за ним. И добраться до них.
Добраться и отомстить. Так, чтобы никому и никогда не пришло больше в голову поднимать оружие на тех, кто мне дорог.
В эту секунду испепеляющее желание превратить все притоны Массерии в филиал ада — снова захлестнуло меня с головой.
Но я сдержал себя. Месть — блюдо, которое подают холодным. Нужно не просто физически уничтожить самого Джо, но и обрушить полностью всю его организацию в Нью-Йорке.
Кое-что мне всё-таки не давало покоя. Признаться, каким бы расчётливым умом я ни обладал, смерть Блум выбила меня из колеи. Но я старался не сбиваться на эмоции и думать…
И здравый смысл подсказывал мне, что во всей этой картине есть существенные пробелы.