Страница 13 из 83
— Представьте себя на месте Арнольда Ротштейна. Или Джонни Торрио. Вот вы были больши́м боссом. И тут вдруг парень из лиги, что пониже — обскакивает вас на полном ходу. Причём очень быстро. Вы будете терпеть это? Думаю, нет. «Союз трёх» — это наша безопасность. Потому что идти в атаку на такую силу очень рискованно.
— Хм, понимаю, — улыбнулся Капитан, — Но что если шериф передумает, и мы лишимся помощи полиции у себя «дома»? Здесь, в Бронксе. Он же свяжет разборки с вами. И может опять затянуть свою песню про закон и прочее-прочее…
— Сейчас Джон думает, что война затронет всех, а не только меня и Массерию, — ухмыльнулся я, — Что не я и Джо — корень всех проблем!
Синицын пристально посмотрел на меня. Затем в его глазах появилось понимание:
— Погодите, вы хотите сказать, что ваш «Союз трёх»…
— Выполняет и другую функцию.
— Громоотвод!
— Да, если в газетах напишут про стрельбу в Маленькой Италии сразу после того, как люди Массерии разнесли наши клубы «Гору» и «Лоск» — все подумают, что это ИМЕННО Я отвечаю Джо «Боссу». Потому что демократы уже публикуют всякие мерзкие новости про то, будто я скрытый мафиози. А вот если всё начнётся как массовые погромы. В которых замешаны и Гарлем, и Чайна-таун…
— То всё будет выглядеть как передел города между больши́м количеством группировок! — понял Капитан.
— Именно. А те игроки, кому надо знать, что это мой ответ Массерии, и что наша организация ничего не прощает и даёт отпор — итак всё поймёт. Кстати, как там наша операция?
— Мы готовы нанести удар. Нищие и наши шпики постоянно докладывают Гарри информацию по целям, которые мы выбрали.
— Отлично. Значит, обсудим ещё раз детали попозже, после того как «тонги» и наша «Королева» дадут ответ. А сейчас мне нужно позвонить. Эй! Савва!
Послышались шаги. Из подсобки показался бармен.
— Дай мне телефон. Господа, мне нужно поговорить без свидетелей.
— Будет исполнено.
Через минуту, когда Синицын и бармен покинули зал, я уже ждал соединения.
— Да… — послышался хриплый и сонный голос Лесного.
То, что он работал на меня, я скрывал от всех, даже от своих приближённых. Николай, спасший мою жизнь в тюрьме и выполнявший редкие щепетильные поручения, нигде до сих пор не засветился. Теперь, когда Массерия «развязал» мне руки, я хотел разобраться во всём и попытаться добыть ту информацию, без которой вся картина с «порошком» и подставой меня в тюрьме — не складывалась…
— Есть работа. Непростая, — коротко сказал я, — Встречаемся, как всегда, там же. Через два часа.