Страница 9 из 16
Так и в этот раз Лао Ван подошел к работе, полный решимости выполнить поручение, чтобы сам достопочтенный отметил его заслуги. Перебирая древние учения, вымаривая моль и книжную вошь со старых страниц, он и не ведал, что минуло много часов. На небе уже висела луна; за окнами мирно порхали светлячки. Но вдруг мелькнула вспышка. Прямиком из облаков в пагоду ударил столб света, и вместе с ним перед Лао Ваном объявился молодой ладный небожитель в белых парящих одеждах. Черты его лица, фигура – все сияло божественной аурой. Вдобавок внутри пагоды стало столь ярко, что Лао Ван, не ожидавший появления бессмертного, закрыл глаза от нестерпимой боли, хлынувшей в голову. Мучения охватили его: он не смог ни звука проронить и сразу потерял сознание. Сам небожитель… находился в крайне скверном расположении духа, раз он, не заметив Лао Вана, стрелой помчался по своим делам на Туманном хребте. С тех пор Лао Ван так и не вернул способность видеть, а владыка добыл для него у бессмертных артефакт – ленту, которая усиливала остальные чувства слепого даоса.
– Если бы тот бессмертный знал, что в пагоде послушник, то еще можно было бы что-то сделать, – горестно произнес Линь Цин. – Ох, вы только при брате не вспоминайте эту историю – уж слишком больно ему из-за тех времен.
Все это показалось У Чану знакомым. Не так давно он с другими избранными обсуждал нечто подобное. В той легенде тиран-владыка отнял у трусливого послушника возможность ясно видеть, а в этой вышло иначе. Как ни крути, эти две истории рассказывали об одном и том же. У Чан так и не определился, в какую больше хочется верить. Осознав, что разузнать правду не выйдет – кто из небесных чиновников ныне являлся к владыке и с какой целью, – наследник тяжело вздохнул:
– А что ты упоминал ранее? Почему расследование снова отложили?
Честный Линь Цин вдруг неумело заюлил:
– До меня доходили одни лишь слухи. – Он энергично махнул рукой. – Этому нет подтверждения, так зачем строить догадки раньше времени?
Над неумением послушника врать – и не посмеяться, и не поплакать вдоволь. У Чан читал его точно открытую книгу и уже придумал, как можно надавить. С наигранным нежеланием продолжать этот диалог он закинул ноги обратно на кровать и собрался завалиться спать. Линь Цин ожидаемо подскочил, как кролик на стуле.
– Хорошо-хорошо, знаете же, что обсудить это мне не с кем… все сейчас заняты, – недовольно пробубнил он. – Вот только обид на меня не держите.
Заинтригованный началом, У Чан хотел было поудобнее расположиться, но наручи вновь сковали движения. Подавив глухой рык, он вернулся к разговору.
– Припоминаете недавний случай? Когда вас впервые поместили… кхм, под домашний арест. – Линь Цин отвел глаза. – Тот кочевник, который обвинил господина У в краже, а после – в связи с нечестивцем. Мы предоставили ему в монастыре скромные удобства. Предполагалось, что расследование быстро подойдет к концу. Но в последующие дни все завертелось с такой силой и скоростью, что мы только сейчас хватились: этот человек исчез, будто ветром унесло.
У Чан не сдержал язвительного оскала: «Надо же, все вокруг загадочным образом посбегали да поисчезали».
– Дело вот в чем, – продолжил Линь Цин. – Очень многим история с лошадьми показалась подозрительной. Особенно когда вы и наставник Го признали украденный из поместья клана У локон. И вот на днях пришло новое известие: то самое кочевое поселение также исчезло вместе со свидетелем.
Выходит, либо наговорщик испугался и решил скрыться, когда появились опровержения, либо он сделал все необходимое и потому растворился. У Чану больше верилось, что если это и было правдой, то за этим явно стоял кто-то конкретный. Да и к тому же при больших средствах, чтобы позволить себе управлять целым поселением на пути наследника.
– И что ты этим хочешь сказать? – У Чан лениво размял бока, ворочаясь на кровати. – Получается, я вовсе не негодяй, который без зазрения совести крадет у бедных людей, а обычная жертва чужой предвзятости и наговоров!
Он ликующе завершил подготовленную тираду, но ожидаемого счастья так и не ощутил. Его взгляд снова померк и застыл на никчемном потолке маленькой комнатки.
– Владыка наказал отыскать причастных, – горячо начал Линь Цин, чувствуя несправедливость. – Эти люди перешли черту, когда решили творить бесчинства на Туманном хребте. Непростительно! – Он надулся подобно рыбе-ежу. – Запомните, господин У, если не хотите в будущем оскорбить любого главу, никогда не устраивайте беспорядки в его обители. И…
Линь Цину показалось, будто бы его не слушают. Он легонько коснулся плеча наследника пальцем, чтобы привлечь внимание:
– Если бы вы в Небесном павильоне не признались, что имеете дело с демоном…
У Чан зажмурился и мотнул головой, словно та резко разболелась:
– Сколько же еще повторять? С этим притворщиком я дел не имел и не имею!
– И все же. В ночь получения благосклонности Небес демон находился рядом с вами, – серьезно парировал Линь Цин. – Тут уж правда не на вашей стороне.
– Следи, что говоришь!
Слова наследника вернули Линь Цина с небес на землю. Он виновато опустил взгляд, не осмеливаясь что-либо добавить.
Упоминание того вечера неприятно отдалось во лбу У Чана. Он усердно размял точку между густых бровей. Когда Линь Цин впервые сказал про демона, сердце наследника екнуло. Он испугался и сразу подумал на наставницу Мяо: похоже, это она поведала владыке о маленькой змее, прячущейся в потайном нагрудном кармане. Любой на ее месте поступил бы в точности так же. Однако он ошибался, и, как оказалось за время домашнего ареста, Мяо Цзе и словом про Сянцзяна не обмолвилась. У Чан долго гадал, подозревая теперь любителя золотых доспехов. Тот сошелся в битве с демоном Тьмы, видел его лично, – все ясно как день. Но нет, прознал владыка о нечестивце иначе.
В ту ночь, по словам Линь Цина, наставница Мяо только успела перенести господина Го в безопасное место. И в одно мгновение в У Чане проснулось нечто опасное. Он накинулся на владыку подобно дикому, но шустрому псу. Любой, кто пытался помочь, становился врагом в глазах У Тяньбао. Лишь позже для многих открылась тайна: он потерял контроль над собой и своими эмоциями. Техника подавления воли, которую применил владыка, уберегла людей. Пересказ Линь Цина так и остался бы коротким, однако… никто не ожидал, что произойдет следом.