Страница 57 из 74
Глава 16
— Степан Ильич… или как вас там, — Фрол Терентьевич Долгополый покрутил в пальцах пузатый бокал с янтарным коньяком. Дорогой хрусталь поймал блики от камина, и отбросил на дубовый стол причудливые тени. Князь посмотрел на своего собеседника. — Вы, значит, хотите использовать человека, играя на жизни его больной дочери? Ваш предшественник тоже как-то пытался использовать родных, но…
Степан Ильич Преображенский сидел в кресле напротив, прямой как палка. Его бесцветные глаза ничего не выражали. Ни капли человеческих эмоций.
— Я не Чернобай! И я его использую по-другому, Фрол Терентьевич, — голос алхимика прошелестел словно сухой лист прокатился по столешнице. — Да, признаться, вас, людей, очень легко поймать на сочувствии к ближнему. На привязанности. Это ваша базовая уязвимость.
Долгополый нахмурился, его челюсти сжались.
— Но разве так можно? — спросил князь. — Это… грязно даже по вашим меркам.
— Да, князь, так можно и нужно, — тонкие губы Преображенского растянулись в подобии улыбки. — Вы же сами ради своего сына Глеба пойдете на всё, не так ли? А вот в Опасных землях, законам которых я следую, глядят только на рентабельность. Если боевая единица ни к чему не пригодна, если она дает сбой, то такая единица уничтожается. Без глупых сантиментов.
— Оп… ну-ну, — хмыкнул Долгополый, и сделал крошечный глоток коньяка, чтобы смочить пересохшее горло. Ему всегда было не по себе в присутствии этого человека. В принципе, ему всегда было не по себе, когда с Опасных земель приходили посланцы. — Что ж… Это интересно… А где вы вообще взяли этого Семёна Синего?
— Он попал в засаду на Рубеже. Был покалечен, — Преображенский пожал плечами. — Мы его выходили и отправили обратно. До поры до времени он числился у меня в глубоком запасе, эдакий спящий агент. И вот, когда вы, Фрол Терентьевич, вспомнили о том бюрократическом правиле Имперской Канцелярии, что рейд не может вести человек младше двадцати лет и без ранга «Дружинник», то я про него и вспомнил. А что? Он идеальная кандидатура. У него больная дочь. На ее лекарства так просто не заработаешь, там нужны большие суммы и редкая алхимия. Мать этой девочки умерла, и теперь Синий ради своего ребенка готов грызть землю зубами.
— И вы пообещали ему лекарство за голову юного Ярославского?
— Я отпаиваю ее своими настойками, — кивнул Преображенский. — Девочка улыбается, румянец появился. Синий видит результат. Вот же парадокс, князь! Получается, что Опасные земли могут не только калечить, но и исцелять. Что с Опасных земель можно поиметь себе весьма хороший гешефт, если знать, как синтезировать их дары.
— Ну, так же можно и всё потерять, — заметил Долгополый, вспоминая свои собственные сделки с Госпожой.
— А это уже будет зависеть только от вас, Фрол Терентьевич. Умные люди сотрудничают с Опасными землями и делают на этом баснословные деньги. И получают власть.
— Да, что касается денег… — Долгополый поставил бокал на стол, и звук ударившегося хрусталя прозвучал слишком громко для тихого кабинета. — Мне тут Аристарх Матвеевич звонил. Один из держателей складских комплексов недалеко от Воронежа. Сказал, что ему и его коллегам поступило весьма… щедрое предложение от Ярославских.
Преображенский чуть склонил голову набок, словно прислушиваясь к чему-то:
— И как это должно волновать меня?
— Вас это должно волновать в том плане, что они хотят всё там снести и построить заводы по производству легкого вооружения! — рыкнул Долгополый. — А эти заводы будут ближе к Рубежу. Логистика сократится в разы. Не хотелось бы, конечно, чтобы там выстраивалось производство оружия, которое массово уничтожает существ Опасных земель. Всё-таки мы уже работаем с вами в одной упряжке, господин Преображенский!
— Резонно, — произнес алхимик.
— Да и мне лично не хотелось бы отдавать эти склады! — продолжил князь, стукнув кулаком по столу. — Я не знаю, каким образом этот сопляк Елисей на них вышел, но там у меня есть свои, скажем так, шкурные интересы!
— Черная бухгалтерия? — усмехнулся Преображенский. — Отмыв левого нала?
— А вот это вас не должно касаться! — огрызнулся Долгополый. — Однако мне нужно сохранить эти склады за собой. Так что у нас с вами общие интересы, Степан Ильич.
— Это хорошо. Это очень хорошо, — прошелестел Преображенский. — Я надеюсь, что эти общие интересы будут связывать нас и дальше. Чернобай отзывался о вас исключительно положительно. Да… жаль, конечно, этого молодого человека, Елисея. У него были большие возможности.
— У меня их еще больше, — отрезал Долгополый.
— Открылся ваш Елисей, — проигнорировал реплику князя Преображенский. — Я надеюсь, что мы с вами сделаем всё возможное, чтобы вместе убрать род Ярославских с доски. Они нам мешают. Слишком активно они начали махать шашкой. Кстати, ваш разговор с полковником Завьяловым из ИСБ… Как вам так лихо удалось провернуть комбинацию, что он сам лично позвонил Елисею и выкатил условия?
— Всего лишь среди людей Ярославских у меня есть свой осведомитель. Когда он доложил о планах мальчишки поехать на Прорывы, мне следовало просто позвонить нужным знакомым в Канцелярии и намекнуть, что молодой Ярославский собирается наводить шухер в обход правил. Правда, изначально они собирались в Тульскую область, но потом, видимо, что-то почуяли и изменили планы, рванув под Воронеж. Похоже, что у Елисея тоже есть свои уши среди ИСБ, раз он понял, что его пасут.
— Что ж, работаем дальше, — вздохнул князь Преображенский. — Пусть одна попытка кончилась не совсем успешно, зато теперь мы знаем, что среди ваших людей есть крыса. Не всё так просто, Фрол Терентьевич.
— Да с этими Ярославскими вообще ничего не просто! — вспылил Долгополый. — Недаром же они победили стольких людей. Но в основном-то побеждает Елисей! Я сомневаюсь, что этот сопляк мог всё провернуть сам. Скорее всего, ему помогают. Если они начали работать против нас на нашей же земле, значит, они прознали, что Долгополые играют против них.
Князь прищурился, глядя на алхимика:
— А в каком плане вы хотите использовать свою дочь? Ефросинью Степановну… Мне, конечно, на нее глубоко наплевать, но…
— Вот пусть вам будет наплевать и дальше, — перебил Преображенский, и в комнате словно температура упала на несколько градусов. — Сейчас она играет свою роль. И делает это весьма успешно. Если не получилась попытка с Семёном Синим, то это небольшая потеря. Это всего лишь одна, крошечная часть моего глобального плана.