Режим ожидания

Двадцать пять

Как же долго они летели! Адски долго! Чертовски долго! Проклято долго! И никто, никто из двадцати пяти человек не верил, что когда-нибудь будет хорошо. Потому что хорошо быть не могло. Они не прилетят. Они навечно задержались в этом между и нигде. Будет плохо, плохо, постоянно плохо. И больше никак.

Пятичасовая задержка в аэропорту. Ад, ад, ад! Все стояли, и все дико хотели есть. Ещё эта жара. А что вы хотите в июле? Обычно в это время лето. И обычно оно жаркое. Пятьсот человек и две стойки регистрации – это тоже обычное дело.

Народ заныл.

– Ну что это?

– Сколько можно!!!

– Тарас! Я больше не могу!

– А туалет где?

– Стоять! – Из толпы вынырнула высокая миловидная женщина с разлетевшимися по плечам светлыми кудрями. – Стоять! Скоро объявят посадку.

Это была Света, руководительница сумасшедшего проекта под названием «Лагерь». Ребята спорить не стали, только вздохнули и закатили глаза.

«Скоро» всё и правда закончилось. Прошло пять часов – ну и что? В конце концов они сели в огромный самолёт, где, помимо них, было ещё двадцать раз по столько же ребят, собирающихся ближайшие две недели провести на Чёрном море в Болгарии.

– Даша! Хватит!

В очках, в стильной чёрной шляпе, которая ему очень шла, Вовка сидел рядом с улыбчивой темноволосой девчонкой с круглым лицом и высокими скулами. Даша. Она довольно жмурилась и даже не думала убирать свои ноги, которые вытянула как раз через Вовкины колени.

– Даша, – повторил Вовка и обречённо вздохнул, прикрыв глаза, чем показал, что сейчас готов на всё. Вот режьте его, пилите, душите – не шевельнётся. И ноги – да, стерпит и ноги. Лишь бы его больше НЕ ТРО-ГА-ЛИ. Это же так хорошо, когда не трогают, никуда не гонят, не заставляют двигаться.

– Всё в порядке, – жизнерадостно улыбнулась Даша и хитро посмотрела на его шляпу.

– А вот это уже нет! – взвыл Вовка, приподнимая шляпу, чтобы эта вредина, испытывающая сейчас его терпение, не смогла ничего сделать.

– Спасибо! – рванула на себя шляпу тощая светловолосая девушка с остреньким личиком и быстрыми глазами.

– Ну хватит, Лиза! – взмолился Вовка и высунулся в проход в поиске защиты. – Антон! Скажи!

Антон дёрнул тонкими сжатыми губами, однако промолчал. У него было узкое лицо с выступающим носом, ёжик светлых волос, серые внимательные глаза. Он с самого начала следил за происходящим. Антон неплохо знал этих ребят, чтобы воспринимать их ссоры всерьёз. Но был и ещё кое-кто, кто следил за Вовкой через проход. Полная девушка с собранными в хвост пшеничными волосами и круглым лицом. Всё время словесной перепалки Ксюша смотрела на Вовку, и в её серых глазах мелькал восторг. Когда дышать становилось тяжело, она прикрывала глаза, гася в душе поднимающееся волнение. Она пыталась отвлечься и разглядывала облака в иллюминаторе, рядом с которым сидела, но сама не замечала, как снова поворачивалась к проходу, где вытанцовывала на тонких ногах худенькая балерина Лиза. А за ней, на крайнем месте, сидел он.

– Лизка! – привстал Вовка. Даша пискнула, давая понять, что так она свалится с его колен. – Да что же это такое! – задохнулся от возмущения Вовка. – Антон!

– Володя! – строго сказала Даша.

– Она вернёт, – негромко произнёс Антон, прикрывая глаза. Хотелось спать. Дорога была слишком долгой. Сидящая рядом с ним Ксюша тоже смыкала ресницы, чтобы непременно-непременно уснуть. Но через мгновение опять таращилась на высокого парня.

– Ну и пожалуйста! – швырнула шляпу обратно Лиза. – Не очень-то и хотелось.

Шляпа приземлилась в проходе.

– А чего это вы тут?

Высокий полноватый парень тяжело облокотился о спинку кресла, заставив Вовку мученически поднять глаза. В руках подошедшего была шляпа.

– Твоя? – спросил незнакомец. У него были карие внимательные глаза, проницательные и немного грустные. – Никита, – протянул он руку для приветствия.

– Владимир. – Вовка забрал свою шляпу и только потом ответил на рукопожатие. – Спасибо!

– Не за что, – мягко ответил Никита. Во всём: и в движениях, и в словах он был невероятно мягок, словно заранее делал шаг назад, чтобы никого не задеть. – Как вы тут?

– Отлично! – помахала рукой Даша.

– Где же отлично? Где? – снова появилась из-за спинки кресла худая Лиза. – Этот вот спит.

Она щёлкнула Антона по носу. Антон вздрогнул, покосился на Лизу и закрыл глаза.

– Ты зачем это? – ахнул Никита.

– А чего он? – сложила руки на груди Лиза. – Спит!

– Да не сплю я. – Антон потянулся, из-под длинного рукава рубашки вынырнули массивные чёрные часы, которые смотрелись нелепо на тонком запястье.

– И долго нам лететь? – Лиза вцепилась Антону в руку. Улыбка на лице Антона застыла – хватка у Лизы была железная.

– Четыре часа, – Антон осторожно высвободил запястье, тряхнул рукой, чтобы привести часы в удобное положение.

– Отдай! – резко переключилась на Вовку Лиза. Шляпа вновь оказалась в её руках. – С ней я быстрее прилечу! – заявила балерина, падая на своё место и бросая шляпу себе на лицо.

– Осторожнее, – с заметным акцентом произнёс сидевший рядом с ней черноволосый Андрес. Он прожигал девушку взглядом, ожидая, что ему ответят, но Лиза не обратила на него внимания. – Нет, ну сколько можно?! – Андрес был красив южной красотой – тёмные волосы, смуглая кожа, правильные черты лица. Он искал, с кем бы поделиться своим негодованием. Напротив него через проход сидела девчонка с крашенными в бордовый цвет волосами, Катя. Она дождалась, пока Андрес посмотрит на неё, и с презрением отвернулась. От удивления у Андреса открылся рот.

– Жизнь – тлен! – внезапно изрёк Вовка и растянул губы в ухмылке, начав сползать по креслу.

– Эй! Остановись! – взвилась Даша. – Я упаду!

– Мы все упадём, – не стал спорить Вовка. Ксюша спрятала улыбку в ладонь.

– Ну что ты, – Никита добродушно взглянул на Дашу. – Жить – хорошо.

– Жить – ужасно! Смерть – избавление! Шляпу – вернула! – произнёс Вовка речитативом. – Я вообще не понимаю, что я здесь делаю!

Он вскочил, демонстрируя свой немаленький рост. В глазах Ксюши плеснулось восхищение. Даша ойкнула – её пятки встретились с полом, но тут же заулыбалась, поймав мягкий взгляд Никиты.

– Ты летишь в лагерь, – напомнил Никита. – На море. И всё будет хорошо.

– Всё будет ужасно! – Вовка изогнулся, словно его тошнило, голос надорвался.

– Кукусики, что за шум?

По проходу шла Света. Вовка спешно одёрнул футболку.