Режим ожидания

Простота истории

В комнату к мальчишкам опять набился народ. Девчонки тянулись на цыпочках, чтобы разглядеть, что происходит в туалете. Малыши пробивались сквозь локти и спины.

На закрытой крышке унитаза сидел Антон и тихо улыбался.

– А как он у тебя на краю оказался? – спрашивала уставшая Света, закатывая глаза. Впервые за сегодняшний день она была довольна – телефон не украли, уже хорошо.

– Я фильм качал. А тут у нас самая хорошая точка приёма. – Антон прислушался. Он ещё не сказал маме, что телефон нашёлся, поэтому она старательно прозванивала номер сына. Тогда в коробе раздавалось тихое жужжание, словно недовольного шмеля накрыли банкой. – Видимо, я его здесь оставил и забыл. Я заходил сюда, смотрю, нет телефона. Вот и решил, что переложил его на тумбочку или куда ещё. Все и подумали, что телефон украли.

– Нет, ну Андрес какой! – потрясала вздёрнутыми руками Света. – Столкнул и молчал два часа. Боялся чего-то. А мы тут бегали, волновались! Где он, кстати?

Испанец исчез. Как вышел из номера, так и растворился в сумерках коридора.

– Пошёл топиться, – радостно сообщил Вовка.

После того как он стал Героем Длинные Руки, боязнь людей прошла. И сейчас он был доволен, что находился в центре внимания.

– Лучше бы ты утопился! – фыркнула Лиза. – Всё равно ничего не сделал! – И сразу же выскользнула из комнаты.

– Ребята, а правда, где Андрес? – заволновалась Света. – Спать уже пора. Давайте, расходитесь.

Все зашевелились, задвигались, но броуновское движение не создало однонаправленности – многие так и остались в комнате. Никита с Дашей вышли на балкон, и Никита с добрейшим выражением лица закрыл за собой дверь. В толпе мелькнула бордовая голова Кати.

– А смотреть-то мы что будем? – спросил Антон. – Телефон до завтра того…

– Ну да. – Вовка сунул руки в карманы и ссутулился. Лиза всё ещё злилась, но уже как-то не очень. Васю в толпе он не находил. Она исчезла сразу после пляжа. И было непонятно, что это значит.

На душе скрежетнуло. Ну вот, теперь ещё и Вася. А ведь он почти оправдал себя. Попытался вспомнить, видел ли он Васю после разговора с Лизой. Но перед глазами маячила Лиза, её покрасневшее от слёз лицо. А Вася… Вася… Её спутавшиеся волосы, приоткрытый от удивления рот, когда она слушала Лизу. Юбка. Вася бежала прочь от него. Море. Тёмная линия горизонта. Красный закат, переходящий в чёрное. Лёгкое шуршание песка. Он разулся. А Вася шла в своих серых балетках. Он ещё оглянулся – следы получались смешные. Его, с вдавленной пяткой, и её, с плоской подошвой. Было так спокойно – это состояние ещё можно вытащить из памяти. Можно записать. Ведь вот они – слова. Очень нужные.

– Выходим! Выходим! – гнала любопытных из комнаты парней Света. – По постелям! Спать! Кто через пять минут не будет лежать, выставлю в коридор с подушкой в руках. Воробей, лети к себе!

Комната наконец опустела. Шум остался там, за дверью, и на мгновение Вовке показалось, что мир рухнул, что сейчас этот кусочек пола под ним отколется и уплывёт от всех прочь. Что он останется совсем один.

У него спёрло дыхание. И чтобы убедить себя, что жив, что никто никуда не провалился, Вовка вышел в коридор.

– Эй! Ты куда? – крикнул ему в спину Антон. – А кино?

Вовка пробежал на половину девочек, остановился перед дверью в комнату Васи. Поднял руку, чтобы стукнуть, но дверь распахнулась раньше. На пороге стояла Ксюша. Она улыбалась. Увидев Вовку, прыснула и исчезла в комнате.

– А? – начал Вовка, но к нему из глубины номера уже шла Вася.

Вовка не понял, какое чувство на него обрушилось – он и рад был видеть Васю, и немного боялся, что она с ним теперь не захочет общаться, и вдруг его кольнуло, что весь вечер её не было рядом, что она не спешила пожалеть, не говорила утешительные слова. Весь этот поток мыслей заставил его отшатнуться. Он сделал несколько шагов назад, зацепился пальцами за стену.

– Володя! – позвала Вася.

Ну конечно, он же зашёл. Хотел с ней поговорить. С чего же начать?

Вовка стоял к стене спиной – так было надёжней.

– Ты меня презираешь? – спросил он, повернув голову так, чтобы видеть прислонившуюся плечом к дверному косяку Васю.

– Нет, что ты! – Девушка от смущения ковырнула пальцем краску на стене.

– Я поступил как дурак! – Вот бы смотреть и смотреть на Васю всегда, такая она сейчас была спокойная, такая правильная. И сразу же опять захотелось оказаться на море.

– Но Лиза же всё равно выступила.

Вася подняла свои серые глаза. Ему бы её уверенность. Пусть начнёт обвинять, пусть хотя бы обзовёт предателем.

– Я её предал. Я последний гад.

– Зачем так? Ты же не хотел.

– Она на меня злится.

– Позлится и перестанет.

Это были правильные слова, но не те. Это родило недовольство. Мамы не хватало. Она всегда умела прочистить ему мозги правильными словами. Спросил:

– То есть тебе всё равно?

– Жалко, что тебя не было на моём выступлении. Я так торопилась, что забыла о волнении. И выступила неплохо.

– Неплохо? – Вовка оттолкнулся плечом от стены и смог повернуться к Васе. Она всё так же спокойно улыбалась.

– Представляешь, я заняла какое-то место.

Она его не слышала.

– Но Лиза меня теперь не простит, – прошептал Вовка.

– Ну и что!

– Ну и что?

Вовка качнулся и, чтобы не упасть, быстро пошёл по коридору, который вскоре вывел его к лестнице. Закутавшись в одеяло, на диване сидели Семён и Воробей.

– Иди отсюда, – поднял на него глаза Семён.

Наглые слова будто толкнули в грудь. Ничего не видя вокруг, Вовка поковылял обратно и вдруг оказался около комнаты Лизы. Дверь была распахнута. Он осторожно заглянул внутрь. Лиза с Юлей сидели на одной кровати и ели из пакета чипсы. Лиза первая заметила его и мрачно насупилась.

– Чего припёрся? – буркнула она.

– Лиза, прости меня!

– Убирайся! – сжала кулаки Лиза. – Ненавижу!

– Я правда не хотел!

– Катись!

– Не уйду, пока не простишь!

– Дурак! Трус! И Вася твоя подхалимщица!

– Про Васю не надо. Лучше прости меня.

– Растворись!

В Вовку полетела подушка, и он вышел. В коридоре его ждала Вася.

– Она ещё злится, – сказал он шёпотом.

– Ну и пусть. Она же не знает, почему мы ушли. Она думает, ты специально.

– Но это не так.

– Поговори с ней завтра. Она успокоится.