Страница 28 из 38
9. Между любовью и дружбой
Она требует, чтобы я одевался так, как хочется ей. Настаивает на том, чтобы я поменял работу и убрал из окружения важных для меня людей. Зачем и почему?
«Саша, ты же понимаешь, что сам не умеешь нормально одеваться?», «А ты разве не видишь, как твои коллеги относятся к тебе? От них было нужно бежать сразу, не дожидаясь всего, что есть сейчас».
Иногда я думаю, что она по многим пунктам права. Я даже два списка составлял… В одном были пункты «за»: где и в чем я с ней согласен, почему ст
ˆ
оит поступить, как она говорит. Во втором списке были пункты «против». Но пока я думал над этим, у меня возникли вопросы: а указывал ли я ей, как нужно жить? Как одеваться можно, а как нельзя? С кем общаться, а с кем нет?
Получилась интересная история… За все время, что мы вместе, я ни разу не сказал, что ей нужно выглядеть каким-то определенным образом, и при этом я никогда не спорил с ее мнением по поводу моего внешнего вида.
Когда она говорила, что на работе ко мне относятся неподобающим образом, я принимал все за чистую монету и соглашался с ней. Единственное, что меня смутило, – это ее желание «зачистить» мое ближайшее окружение: она будто хотела отдалить от меня людей, с которыми я прошел огонь и воду. Когда она критиковала моих коллег по работе, мне это было в общем-то все равно, близкой связи у меня с ними никогда не было, рабочие отношения и не более того. Но в один момент она решила затронуть моих близких – тех людей, с которыми мы уже лет двадцать идем рука об руку.
Сначала я не обратил внимания на ее слова, однако при общении с друзьями у меня все чаще возникало чувство, что я поступаю неправильно. «Как можно общаться с людьми, которые так относятся ко мне?» Но я все же смог себя поймать на этой мысли и развить ее: «Стоп! Как они относятся ко мне? Есть ли доказательства того, что они негативно настроены по отношению ко мне? Что они сделали, что сказали? В чем здесь опасность?»
В этот момент я почувствовал, что делаю сразу две отвратительные вещи. С одной стороны, я только что думал о своих старых друзьях как об ужасных людях, желающих мне зла. С другой стороны, я сомневаюсь в словах своей девушки, не верю ей и подвергаю сомнению все, что она говорит.
Так получается, что реальной точкой опоры я пытаюсь сделать себя. И тут возникает другая мысль: «Раньше я никогда в жизни не опирался на свое внутреннее мнение, свой внутренний стержень».
Все мои представления о жизни основывались на том, что скажут важные для меня люди. В прошлом меня это устраивало, но за последний год произошли изменения, которые можно назвать установлением единоначалия. Кристина фактически узурпировала власть. Если раньше я ощущал себя деревом, корни которого идут в разные стороны, то теперь меня будто приковали наручниками к батарее и никуда не пускают, ведь мир опасен и агрессивен, а защитить меня может только она. Не самое приятное осознание. Я себя чувствую каким-то предметом, а не человеком. Субъектность вышла из чата и не вернулась.
Когда тебе в детстве указывают, с кем общаться, а кого избегать, ты ощущаешь себя обычным ребенком, ведь взрослым виднее – у них уже есть опыт и знания. Однако жить по такому же принципу, когда тебе под тридцать, уже не столь приятно.
Готов ли я отстаивать свои границы и опираться только на себя? Черт его знает. Если я начну жестко общаться с Кристиной, это приведет к скандалам и истерикам, вот тут я с ней конкурировать не смогу. В любом конфликте она будет победительницей, в этом нет никаких сомнений. Действовать как-то мягко? Попробую. Хотя у меня все равно есть ощущение, что ей правда виднее, как нам выстраивать отношения. Откуда такая неуверенность в себе? Мне даже как-то неприятно стало от таких размышлений… Помыться захотелось от таких мыслей, желательно с хлоркой.
* * *
Саша попал в ситуацию, к которой приводит отсутствие внутреннего чувства собственной значимости. Ведь если человек незначим для самого себя, то его мнение тоже не значит ничего: во-первых, для него самого, во-вторых, для всех окружающих. Как вы понимаете, важнее первое.
Наш герой приходит к мысли, что на определенном жизненном этапе ему было вполне комфортно, когда за него решали, когда наставляли на путь истинный, но постепенно это стало приводить к тому, что он перестал чувствовать себя субъектом, то есть личностью, которая сама решает, как ей жить, с кем общаться, куда двигаться по жизни, чем заниматься и так далее. Саша столкнулся с ощущением, что за него уже все решили и прямо сейчас, на его глазах, продолжают решать.
«Она требует, чтобы я одевался так, как хочется ей. Настаивает на том, чтобы я поменял работу и убрал из окружения важных для меня людей. Зачем и почему?
„Саша, ты же понимаешь, что сам не умеешь нормально одеваться?“, „А ты разве не видишь, как твои коллеги относятся к тебе? От них было нужно бежать сразу, не дожидаясь всего, что есть сейчас“».
Знаете, как это называется? Сейчас расскажу…
Газлайтинг
– форма психологического насилия, при которой манипулятор отрицает или искажает произошедшие факты, пытаясь заставить жертву сомневаться в собственных воспоминаниях и изменяя ее восприятие реальности. Газлайтер (человек, использующий этот метод психологического насилия) систематически обесценивает слова, переживания, поступки и успехи своей жертвы. Если человек не оказывает активного сопротивления газлайтеру, то он постепенно приходит к чувству собственной беспомощности и неуверенности в себе.
Кристина внушает своему парню, что все окружающие против него. Кроме нее, разумеется. Только она понимает и принимает его, хоть Саша даже одеваться нормально не умеет. Его приходится контролировать, как маленького ребенка. Ничего путного из него не выйдет. Знакомые нотки?
Как мама, воспитывающая неуверенного в себе ребенка, который будет на протяжении всей жизни опираться на чужое мнение. Но не просто на чье-то мнение, а на мнение вполне конкретного человека, который сумел доказать малышу, что он в кольце врагов и только его мама желает ему добра. Она может защитить его, а всем остальным от него «только одного и надо»… Чего именно – сказать сложно, но точно очень «надо». Мама видит, что они негодяи, общаться с ними не следует. Зачем вообще с ними проводить время? Проводи время с мамой.
Газлайтер пытается изолировать свою жертву, ведь так у нее будет только одна точка опоры – сам газлайтер.