Страница 61 из 93
Марина продолжала стоять в дверях. Она переводила взгляд с Ольги на меня. Потом обратно. Ее пальцы сжали ручку двери так, что побелели костяшки.
— Магию воды, — повторила она. — Конечно.
Тон был холодным.
Ольга поднялась с кровати, поправила юбку, еще раз посмотрела на Марину.
— Да, — сказала она. — У тебя есть вопросы?
Марина молчала, и потом медленно вошла в палату и закрыла за собой дверь. Ее взгляд скользнул по Свиридовой, задержался на мне, потом вернулся к ней.
— Нет, — сказала она. — Никаких вопросов.
Но тон говорил об обратном.
Я лежал и понимал, что сейчас начнется что-то очень неприятное.
— Сегодня еще куда–то, господин? — спросил водитель, притормозив у крыльца большого особняка.
— Нет, на сегодня все, — бросил Эдуард и вышел из машины.
Парень сунул руки в карманы, прошел по крыльцу и кивнул дворецкому, что открыл перед ним дверь.
— Изволите ужинать, господин? — спросил мужчина с тонкими усиками под носом и совершенно невозмутимым видом.
— Позже, со всеми, — буркнул Эдуард и направился в большую просторную гостиную. Пройдя с краю, за колоннами, он направился к лестнице, совершенно не заметив отца, который сидел на диванчике, перед журнальным столиком и смотрел в документы.
— Эдик! — раздался его голос, заставивший парня вздрогнуть.
— Да, пап! Прости, я не заметил и…
— Присядь, — кивнул он на мягкое кресло напротив.
Парень кивнул, подошел к отцу и уселся.
— Что–то случилось? — осторожно спросил он.
— Что с Морозовым младшим? — спросил он коротко и поднял взгляд на отпрыска.
— Нормально, — кивнул Эдуард. — Я его в департаменте выловил. Так, прижал немного, припугнул.
— Реакция?
— Обоссался со страху, — хмыкнул парень.
— В прямом смысле?
— Нет, ну… просто дрожал, глазки бегали, — смутился Эдуард.
— Рукоприкладство?
— Не, пап, это же департамент, — тут же нахмурился сынок. — Мне одного раза хватило, чего я дурень чтобы…
— Значит просто словесные угрозы, — кивнул мужчина и покосился на документы перед собой.
— Пап, если надо я подкараулю, но он до департамента на машине, а больше никуда и не выбирается. Он же к поступлению готовится, если есть время я с ним в университете поговорю.
— Слишком долго, — буркнул мужчина, пару секунд помолчал и снова поднял взгляд на младшего сына. — Кто–то видел вас? Свидетели?
— Нет, но… — тут Эдуард нахмурился и умолк.
— Говори.
— В общем, там какой–то простолюдин нарисовался. Нарывался, с виду даже к драке готов был.
— А ты?
— Я спокойно ушел, — произнес парень. — В департаменте драку устраивать — последнее дело.
— Хорошо. Что за простолюдин? — мужчина откинулся на спинку кресла и задумчиво уставился на парня.
— Хрусталев Иван. Помнишь тут скандал был на счет того, что спортсмен с даром выступал? Ну, вот это он и есть. Поздний дар. Так, мелочь. Он сейчас с малолетками в группе. Слышал, что вроде как его к экзамену на дар допустят.
Константин Казанцев хмыкнул, покачал головой и спросил:
— Ты обычно простолюдинами не интересуешься. С чего такой к нему интерес?
— Ну, так… Борзой просто. Хотел его проучить, но на всякий случай сначала провентилировал, что за человек… — произнес Эдик.
Отец тяжело вздохнул и приподнял одну бровь. Парень тут же сдулся, опустил взгляд и принялся разглядывать ногти.
— Рассказывай!
— Ну, я… к Свиридовой с цветами подходил. Деньги помнишь я просил?
— Да.
— Колье на них взял. С цветами к ней подошел, а она нос воротит.
— Причем тут простолюдин?
— Она выйти тогда не успела, а к ней этот ушлый прилип. До машины проводил, вроде бы.
— Понятно, — вздохнул мужчина, подался вперед, взял папку с документами и швырнул на столик перед отпрыском.
Парень открыл страницу и покосился на документы и несколько фотографий.
— На Хрусталева вчера вечером напал какой–то одаренный со стихией огня, с несколькими подельниками. Была стычка с применением силы. Прибыл патруль департамента. Всех взяли и отвезли на разбирательства. Хрусталев потерял все силы и сознание. Остальные пострадали поскольку постольку.
Мужчина внимательно следил за выражением лица Эдуарда, а там было на что посмотреть. Сначала недоумение, затем недоверие и под конец растерянность.
— Твои?
Эдик глянул на отца, слегка втянул голову в плечи и неуверенно кивнул.
— Пап, я же не знал, что он стихию какую–то применит. Он…
— Не имеет значения, — отозвался отец, подался вперед и взял фотографию разбитой физиономии молодого парня. — Этот — твой?
— Да, это…
— Ты его хорошо знаешь? Насколько ему доверяешь?
— Пап, он могила. Мы уже не один раз… — начал было Казанцев младший и тут же умолк.
— Есть вероятность, что он тебя сдаст? — спросил мужчина и бросил фотографию обратно.
— Нет. Он могила. Опытный, я не один его услугами пользуюсь. Он…
— Убедись, что он не сдаст и не взболтнет лишнего, — надавил глава рода. — Только скандал прошлый замяли и подзабыли. Нельзя, чтобы снова ползли слухи. Ты меня понял?
— Понял, пап, — кивнул Эдик.
— Если понял — ступай, — кивнул ему мужчина и поднялся с дивана.
— Пап, — тут же поднялся парень. — Его взяли?
— Да. Причем посадили под антимагический ошейник. Идет следствие.
— Пап, может… Ну, адвоката? — спросил парень. — Ну, чтобы… Сгладить ситуацию.
Мужчина долго смотрел на отпрыска, затем коротко кивнул и произнес:
— Я пришлю человека.
— Нагатина? — с надеждой спросил парень.
— Нет. Другого адвоката. Нагатин наш семейный, он таким не занимается. Для этого есть… другие люди.
Глава рода покинул гостиную. Эдуард тут же достал телефон и принялся звонить. Один гудок, второй, третий — ничего. Парень растерянно глянул на телефон, но тут ему позвонил незнакомый номер.
— Эдик, сука, ты куда меня подписал скотина? — зашипели из телефона.
— Заткнись, придурок! — рыкнул на него Казанцев и глянул в сторону кабинета отца, где тот скрылся. — Обосрался? Так учись расхлебывать!
— Ты совсем берега попутал? — возмутился собеседник. — Я тебя же сейчас и…
— Закопаю! Понял⁈ — зарычал в трубку Эдуард. — Я тебе не позлорадствовать позвонил и не пугать.
— И что тебе от меня надо?
— Слушай сюда… Про меня молчи. Я… Я пришлю человека. Спеца по скользким делам. Слушай, что он говорит, говори, что он скажет. Понял?