Страница 50 из 86
Глава 20
Но… нам ведь все равно не суждено быть вместе, разве не так?
– Надеюсь, все из вас прибывают в добром здравии.
Стоило придворной даме Чхве появиться в зале дознаний, как атмосфера переменилась. Придворные дамы – те самые, что собрались для очной ставки, – ощутимо напряглись.
– Слышала, вы меня искали, – бросила она с легкой усмешкой.
Никто из служанок и представить не мог, что она действительно вернется. Они уже успели повесить на нее обвинение во взяточничестве – и что теперь? Ответа не было. Никто не знал, что сказать. Оставалось только одно – стоять на своем. Переглянувшись, женщины безмолвно договорились держаться первоначальной версии.
– Покажите мне те самые злополучные заколки, – спокойно произнесла придворная даме Чхве.
Синвон молча принес поднос – на нем лежало около тридцати нефритовых заколок, изъятых в ходе следствия.
– Вот как… – Придворная дама Чхве вздохнула, перебирая заколки. – Никогда их раньше не видела.
Не успела она договорить, как остальные дамы вскочили со своих мест.
– Неправда! Это вы передали нам эти заколки, госпожа Чхве! Вы еще тогда сказали, что позже попросите нас об одном одолжении. Очевидно же, хотели, чтобы мы подтолкнули определенных кандидаток к отбору.
– И зачем бы мне это делать? – спросила придворная дама Чхве. Ее голос, твердый и хлесткий, разрезал воздух.
– Видно же, что вас подговорили.
– А я считаю, это вас подговорили и вы сговорились свалить вину на меня. Сам факт получения взятки красноречивее любых слов. Теперь вы просто пытаетесь скинуть вину на меня.
Глядя на заколки, она вдруг замолчала. А потом подняла взгляд – и в нем не осталось ни жалости, ни удивления. Только ледяное презрение.
– Не ожидала, что в мое отсутствие вы опуститесь до такого.
Несколько служанок дернулись под ее пристальным взглядом, но большинство лишь понурили головы, не решаясь встретиться с ней глазами. Придворная дама Чхве повернулась к углу комнаты, где на коленях сидела одна из служанок – совсем юная. Она вся сжалась, будто хотела исчезнуть.
– Соль. Давненько не виделись.
– Г-госпожа Чхве!
Она была самой молодой среди присутствующих. В ее глазах застыл страх – страх человека, скрывающего правду.
– Помнишь, как ты впервые пришла во дворец?
– Д-да?
Голос у Соль дрожал. Когда-то она не прошла отбор на должность служанки. Тогда она умоляла дать ей еще один шанс – ради семьи, утонувшей в долгах, и именно придворная дама Чхве пошла ей навстречу. Только благодаря ей Соль получила эту работу. А теперь эта девочка лживо обвинила свою благодетельницу в преступлении. Подбородок у нее заметно задрожал.
– Ты решилась на это ради семьи? – тихо спросила придворная дама Чхве.
Соль еще сильнее сжалась и опустила голову.
– Скажи правду хотя бы сейчас. Это я дала тебе эту заколку?
Соль замялась. Перед ней стояла не кто-то, а сама придворная дама Чхве – та самая, что дала ей шанс. Та, кому она была обязана всем. Она покосилась на остальных служанок – и встретила лишь холодные, предостерегающие взгляды.
– Я… я…
– Посмотри мне в глаза.
– Госпожа Чхве…
– Это я дала тебе заколку?
Девушка вся задрожала, как лист на ветру, и наконец разрыдалась.
– Н-нет… не вы… – всхлипнула она.
На лицах остальных отразилось отчаяние. Все. Соль заговорила – значит, все конечно.
– Тогда кто дал? – придворная дама Чхве шагнула ближе.
Соль стиснула зубы. Губы ее дрожали. Но потом она подняла голову и, решившись, посмотрела вперед.
– Это была…
Синвон не сводил с нее глаз.
– Значит, Его Величество все еще не может подняться? – Такой вестью встретил Соран главный евнух, пришедший в темницу.
– Но ведь до третьего этапа отбора осталось всего два дня. Что же теперь делать? – Соран в отчаянии стиснула деревянные прутья.
– Удар оказался слишком силен, – пояснил евнух. – Известие об убийстве принцессы, предательство министра и внезапная смерть подлеца На Санчжу… Неудивительно, что государь слег от ярости и горя.
В груди у Соран тоже все горело – будто тысяча огней разом вспыхнули.
– Все… все это невыносимо.
Сильнее всего сводило с ума то, что она ничего не могла сделать.
До третьего этапа оставалось всего два дня. Кончики пальцев покалывало от напряжения.
– Я так хочу выбраться отсюда…
Как же ей хотелось как можно скорее очистить свое имя. Вернуться к Хону, быть рядом с ним, как прежде. Утешить Синвона, увязшего в нескончаемых допросах.
– Как продвигается допрос Синвона?
– Должно быть, уже подходит к концу.
– Вы слышали, да? Старшая придворная дама Чхве вернулась.
Главный евнух на мгновение замер, а потом медленно кивнул:
– Да… слышал.
– Вам стоит с ней увидеться.
Одна только мысль о том, чтобы снова встретиться с придворной дамой Чхве, взволновала евнуха до глубины души. Сколько времени он ждал этого возвращения? Сколько раз представлял эту встречу? И вот она здесь – а он даже не знает, с чего начать.
– Послезавтра третий этап отбора… дел невпроворот.
– И все же вам надо ее увидеть, – Соран оборвала его сбивчивую речь. – Идите.
– Надо бы… Надо, конечно… – пробормотал евнух, и на лице его отразилась странная, невыразимая растерянность. – И впрямь не знаю… Не знаю, чего вдруг так страшусь? А ты… ты что-нибудь слышала о ней? Что с ней?
– Она встретилась с супругом.
– Вот как… – Взгляд главного евнуха потускнел.
– Я расскажу вам все, только, прошу, спуститесь в зал дознаний и вернитесь с вестями. Мы должны знать, смогла ли придворная дама Чхве доказать свою невиновность.
Главный евнух застыл перед входом в зал дознаний. Уже несколько дней он толком не спал. Все тело ломило, будто его били палками, но он все еще держался. Тянул на себе тяжелый распорядок отбора, передавал вести о тех, кого схватили или кто уже не вернулся, помогал Соран в тюрьме, присматривал за потерявшем силы Ли Хоном… Все это он мог снести.
Но труднее всего было снова увидеть придворную даму Чхве. Почему? Наверное, потому что он сердцем чувствовал – она не сможет остаться рядом. И все же он ждал лишь одного шанса – высказать главное, что зрело в нем все эти дни ожидания.
Пока он стоял в растерянности, из зала дознаний вышла придворная дама Чхве. Ее отпустили.
Главный евнух будто обратился в лед.
– Господин Чха!