Страница 40 из 86
– Ну… я пойду. Если будет совсем невмоготу – зови, не молчи.
Соран кивнула.
– Если с Его Величеством что-то случится… прошу, пошлите мне хотя бы девочку-служанку с весточкой.
– Не дело посылать ребенка в такое место. Не волнуйся – если будет нужно, я сам приду и расскажу.
Он провел ладонью по прутьям, будто стараясь ее успокоить.
– Не тревожься. Его Величество… волнуется о тебе не меньше, чем ты о нем.
– Правда?..
В темной ночи цокот копыт гулко раздавался по пустынным улицам. Хон мчался во весь опор, думая только о Соран.
Он чувствовал себя безгранично виноватым. Когда-то именно Соран помогла ему в бессонные ночи, и он, в свою очередь, поклялся быть для нее опорой. И вот… она заперта в темнице, а он дни напролет пропадает где-то снаружи.
«Этой ночью мы обязаны их взять!»
Дело было решающим: арест давал им возможность раскрыть, кто стоит за похищениями, и лишить министра права вмешиваться в отбор. Нити множества интриг сходились именно в этом деле.
Наконец он подъехал к нужному дому – дому Хваюн.
– Ваше Величество… Какая честь для нашего дома.
С почтительным поклоном его встретил Сон Квансок, отец Хваюн, – широкоплечий мужчина, когда-то участвовавший в состязаниях по борьбе.
– Все готово?
– Так точно, Ваше Величество, – ответил Синвон, сверявший маршруты вместе с королевской стражей.
Он уже несколько дней вел скрытое наблюдение – каждый вечер они ждали, когда появятся похитители. Все было готово. На лице Синвона читалась решимость: в этот раз они злодеев не упустят.
– Сударыня, вы уверены, что справитесь? – спросил он у Хваюн, стоявшей рядом в нежно-розовом ханбоке.
– Да. Говорят, даже если попасть в пасть тигру, можно выжить, если не терять голову. Я готова.
Голос ее звучал твердо.
– Но это может быть опасно. Один раз вы уже едва не пострадали.
– Если мы смогли отбиться однажды, сможем и во второй раз.
Синвон какое-то время смотрел на нее. Спокойная, сдержанная, но волевая. Если все пройдет как задумано, если удастся доказать вину Чо Сонгюна и снять Хёнхи с отбора, то именно эта девушка может стать новой королевой.
Хваюн стояла прямо, внешне скромная, но поразительно стойкая.
А рядом с ней – король Ли Хон в простой одежде ученого.
«Вместе они выглядят весьма достойно. Хорошо бы этой девушке стать королевой», – подумал Синвон и велел стражникам занять позиции.
– Есть!
По его команде королевские стражники стремительно рассыпались по местам.
Король Ли Хон расположился у сарая с видом на покои Хваюн – отсюда он собирался следить за действиями похитителей. В комнате зажглась крошечная масляная лампа. После этого началось долгое, напряженное ожидание.
Время перевалило за полночь. В самую глухую пору, когда разум затуманивается от усталости, а бдительность притупляется, тонкий серп луны, рассеявший по двору крупинки света, скрылся за черной тучей.
Воспользовавшись тем, что всех накрыла темнота, через стену перелезли шестеро мужчин.
Это были На Санчжу и его люди. Они приступали к последнему заданию.
Четверо окружили дом, а На Санчжу быстрым шагом вошел внутрь.
– Ммпф!
Первым делом – заткнуть рот: если закричит, все пропало.
На Санчжу грубо схватил Хваюн за волосы и, прежде чем она успела вскрикнуть, внимательно всмотрелся в лицо.
Высокий лоб, большие глаза без двойного века, пухлые губы – точно как на портрете. Да, сомнений не было – она самая.
Он проворно вставил кляп, туго связал ей руки и ноги и сунул в мешок.
– Уходим!
Мужчина, вошедший вместе с ним, взвалил мешок с Хваюн на плечо и шагнул во двор. Но едва он ступил за порог, как перед ними выросли Хон, Синвон и вооруженные мечами воины. Мечи засверкали разом – кольцом отсекая путь к отступлению.
«Это же он!»
На Санчжу сразу узнал человека в одеянии ученого: перед ним был сам король Ли Хон.
«Неужели сам король пожаловал – защитить одну из кандидаток?»
На Санчжу на миг растерялся, и воины короля нанесли первый удар. Звенела сталь – началась яростная схватка. Острые клинки с лязгом скрещивались в воздухе. Металлические всполохи разрывали темноту, и казалось, сама ночь дрожит от их звона.
Сонхек, отражая удары, с удивлением глянул на Хваля. «Что это за мастерство?» О том же думал и Хваль: это не уличные головорезы. Их движения выверенные, точные. Так дерутся только люди, с юности тренировавшиеся как воины. Похитители в масках… кто они на самом деле?
Пока остальные сдерживали стражников, На Санчжу перехватил мешок и метнулся к стене.
– Стоять!
Хон схватил его за плечо, дернул с такой силой, что тот чуть не упал. Но было поздно. Мешок уже перелетел через стену.
«Эти глаза…» Даже под маской Хон узнал их. Они уже встречались. Значит, этот человек… служил во дворце?
Воспользовавшись его заминкой, На Санчжу вырвался и одним движением перемахнул через стену.
– Н-но!
Те, кто остался прикрывать отход, тоже попятились, один за другим перепрыгнули через стену и взобрались на коней.
– За ними! Все, без промедления!
Не теряя ни минуты, Хон и его люди вскочили на лошадей, заранее привязанных у ворот, и бросились в погоню.
Но тонкий серп луны, едва выглянув, снова спрятался – и похитители рассыпались, растворяясь в ночи.
– Разделиться! Найти их во что бы то ни стало! – закричал Хон.
Десятки всадников рассредоточились, прочесывая окрестности.
А тем временем На Санчжу, уверенно оторвавшийся от погони, расхохотался:
– Пха-ха-ха! И даже сам король не смог нас остановить! Живо! Уходим!
На Санчжу направился к их логову. По петляющим лесным тропам они добрались до просторного пастбища. Их убежищем служила конюшня: огромный сарай, в котором прежде держали сотни лошадей, превратился в тюрьму для похищенных женщин.
– Брось мешок, – велел На Санчжу, соскочив с коня посреди длинного прохода между стойлами.
У него был четкий приказ от министра: убить Хваюн. Не продать, не спрятать. Даже если ее увезти в другой край – само ее существование может стать семенем большого смуты. Лучше всего – избавиться от нее.
Мешок с Хваюн швырнули на пол.
– Развяжите.
Один из похитителей выхватил кинжал и резким движением распорол мешковину. Показалась женская фигура, сжавшаяся в комок, – мягкая розовая юбка, черные, как обсидиан, волосы, алые губы…