Страница 25 из 86
Глава 11
А мое настоящее имя – Е Хёнсон
Еще совсем недавно Хон собирался от всей души поблагодарить Синвона за спасение Соран, но стоило им оказаться лицом к лицу, как в груди вспыхнуло упрямое желание помериться силой.
Хон только положил руку на деревянный меч, как внезапный боевой крик разорвал тишину.
Синвон напал первым. Хон едва успел выхватить меч и встретить удар.
– В настоящем бою ни начала, ни конца ждать не стоит, – бросил Синвон.
– А я-то думал, ты предпочитаешь честный поединок, – отозвался Хон и резко оттолкнул вражеский клинок.
Они замерли точно напротив друг друга. Напряжение, будто натянутая струна, дрожало в воздухе.
– Соран, отойди, – сказал Хон, не сводя глаз с противника.
Соран испуганно сделала несколько шагов назад. Она ведь просто хотела немного подвигаться с ним, пошутить, посмеяться – а в итоге оказалась зрительницей настоящей дуэли.
– Синвон, да остынь ты немного! – крикнула она.
– Все в порядке. Не тревожься, – отозвался он, не спуская глаз с короля.
На самом деле Синвон все понял с той самой минуты, как король в сопровождении Соран подошел к тренировочной площадке. Он знал, что Соран старалась забыть о своей любви, знал, что они с королем пытались держать дистанцию… Но, увидев их вместе – как любовников, без остатка потерянных друг в друге, – он сжал рукоять меча так сильно, что побелели пальцы. Сердце Соран снова принадлежало королю. И теперь уже навсегда. До последнего он надеялся, что после возвращения во дворец между ними ничего не произойдет. Что все осталось в прошлом. Но теперь… Но теперь он увидел все собственными глазами.
Ему вспомнились лица родителей – господина Ли Чонхака и госпожи Сон, которые мечтали видеть Соран его женой.
Боль в груди становилась все сильнее. Синвон перехватил меч и пошел в наступление.
Деревянные мечи сталкивались в воздухе с такой яростью, что казалось, высекали искры. Напряжение не уступало настоящему бою.
Раньше Соран всегда находила их поединки забавными. Но теперь невольно сжала кулаки – ладони стали влажными. Она боялась, что кто-то из них… может по-настоящему пострадать.
Больше всего Соран пугал взгляд Синвона. Резкий, как вспышка пламени, холодный и опасный.
– Сегодня ты вкладываешь в свои удары слишком много силы, – заметил Хон, отражая его удары.
– Разве не вы сами велели не сдерживаться?
– Не сдерживаться – не значит устраивать мятеж.
Клинки снова скрестились. Хон пошел в атаку, с каждым ударом оттесняя Синвона.
– Я и не замышлял. – Синвон отбил удар и тихо добавил: – Я лишь пытался защитить то, что должен.
Хон резко провел мечом по дуге, целясь в грудь. Синвон развернулся, уходя от выпада, и ветер, холодный до ломоты, закружил полы их одежд, придавая поединку зловещее величие.
– Раз уж речь идет о вас, разве не вы сами должны охранять свое? – Обстановка становится все опаснее.
Мечи соприкоснулись вновь. На этот раз Синвон первым пошел в наступление.
– Разве ты не для этого и вернулся во дворец – чтобы остановить надвигающуюся опасность? – Хон отразил удар и стремительно отступил.
– Есть нечто, о чем вы непременно должны узнать. – Голос Синвона стал еще тише, но в нем звучала решимость.
– Сегодня ты решил доложить с особым напором, – пробормотал Хон, упершись спиной в каменную стену.
В воздухе повисла напряженная тишина. И вдруг… Синвон бросил меч на землю.
Он наконец принял решение.
– Соран. Если не скажешь ты, то придется сказать мне. О том, кто стоит за этим отбором. О том, кто ты на самом деле.
О том, что Хёнхи – ее единокровная сестра. Что настоящая Е Хёнсон – это она, Соран. Что охота на нее велась из-за отбора. Что за всем стоит ее мачеха.
– Я больше не могу молчать, – выдохнул он. В прошлый раз он сдержался, потому что Соран попросила. Потому что решила: королю нравится Хёнхи и если они вмешаются, то все пойдет наперекосяк.
Синвон посмотрел ей в глаза:
– Но теперь… Пора все рассказать. Я не могу больше стоять в стороне. Если мы позволим им победить – все пропало.
Это было его решение. Его выбор. Его долг. Ради этого он вернулся во дворец. Он не мог бездействовать.
– Синвон… я сама все расскажу. Так будет вернее, – тихо сказала Соран. – Все слишком запутанно. Я сама все объясню.
В ее правом глазу сверкнула едва заметная слезинка.
Хон, до этого прижатый к стене, спрятал меч за пояс и шагнул вперед.
– Ты хочешь сказать, что твоя личность и происходящие на отборе интриги как-то связаны?
– Я все расскажу, – кивнула она.
– Какую тайну вы двое от меня скрывали?
– На то были причины, – мягко ответила она. – Но сначала… позвольте привести вас в порядок.
Соран поправила на нем воинские одежды, сбившиеся от поединка. Взгляд Хона все это время был прикован только к ней.
Неужели она и правда собиралась заговорить о том, чего до сих пор не произносила вслух, – о своем настоящем имени? Собиралась раскрыть, кто она на самом деле?
Когда напряжение достигло пика, внезапно раздался голос:
– Ваше Величество!
Во двор вбежал главный евнух.
– Вам нужно немедленно отправиться в тронный зал. Настроения у сановников недобрые.
– В тронный зал? – Хон по-прежнему не сводил взгляда с Соран. – Чем они там заняты в столь поздний час? Почему до сих пор не разошлись?
– Насколько мне известно, они допоздна толковали о ходе нынешнего смотра. И теперь подвергают сомнению сам личный отбор.
– Что?
Все взгляды обратились к евнуху.
– Речь не о претензиях к кандидаткам, а именно о личном отборе?
Синвон и Соран тревожно переглянулись. Что теперь? Кто и на этот раз тянет за ниточки?
– Вам надлежит идти немедля, государь, – настаивал евнух.
Хон сжал губы. Поношенное воинское одеяние липло к телу от пота, но на переодевание времени уже не оставалось.
– Мы закончим этот разговор позже, – коротко бросил он, взглянув на Соран.
Он поправил распахнувшийся ворот, развернулся и покинул сад.
Что же происходит в тронном зале? Что могло всколыхнуть сановников в такой час?
– «Немощен душой и телом», говорите? – переспросил один из сановников, и по залу прокатился ропот.
Слова военного министра повергли всех придворных в замешательство.
– Вы хотите сказать, что государь не может отличить одну женщину от другой?
– Но как же тогда он провел первый этап отбора?
– Неужто выбирал наугад?