Страница 23 из 86
Топ-топ-топ.
Шаги Хёнхи гулко отдавались в темном коридоре, ведущем в подземелье, где собирался женский совет. От ее прежней легкой поступи не осталось и следа. Она шагала как разъяренная тигрица в поисках жертвы. Щеки налились кровью, дыхание вырывалось сквозь зубы – шумно, отрывисто.
– Почему она там?! – взвизгнула Хёнхи, едва увидев госпожу Со. – Тогда какой толк мне прикидываться старшей сестрой?!
Она в ярости растрепала туго заплетенную косу. Сцена, которую она только что видела, не выходила из головы. Стоило вспомнить – и снова душило бешенство. Соран в одежде придворной врачевательницы стояла вплотную к королю Ли Хону. Словно приклеенная.
Она семь лет готовилась к отбору, вылизывала каждый шаг, каждую реплику, каждую улыбку, чтобы наконец попасть во дворец… А сестрица просто стоит рядом с королем?!
Хёнхи сжала кулаки. Краем глаза она успела разглядеть государя: он оказался куда привлекательнее, чем ожидалось. Наверняка все девушки, пришедшие на отбор, подумали то же самое. Она избегала встречаться взглядом с судьями, но даже тень у него была красива. И стоило представить, что Соран стоит у него за спиной и, может, держит его за руку?.. Все внутри начинало кипеть.
– Надо было во что бы то ни стало отправить ее в Цин! – зашипела она. – Со скалы столкнуть – и дело с концом!
– Угомонись. Все-таки Его Величество сказал, что ты пришлась ему больше всех по нраву, – ответила госпожа Со.
– И что с того?! Я пришлась ему по нраву только потому, что подражала ей! Буду я отобрана или нет – зависит не от меня, а от тех слов, которые она прошепчет ему на ухо в опочивальне! – злобно бросила Хёнхи.
Она продолжала срывать зло на госпоже Со, пока в конце концов не разрыдалась от злости. Она столько лет готовилась к этому отбору… А эта дрянь… эта «старшая сестра» все испортила!
– И как теперь пройти во второй тур, скажите мне?!
До следующего этапа отбора оставалось всего три дня. А Соран – совсем рядом с королем. Снова подражать ей? Снова притворяться? Нет, это уже невозможно.
– Нужно было ее прикончить. Выдернуть из волос шпильку и всадить ей в горло… – прошипела она сквозь зубы.
Слезы текли по лицу, смывая черную подводку. Вид у нее был жалкий – но остановиться она не могла.
И тут из соседней комнаты раздался низкий, глухой голос:
– За три дня многое изменится.
Это был голос Чо Сонгюна, министра военного ведомства. По теням на бумажной перегородке Хёнхи поняла, что он не один. Рядом с ним находилась женщина. Кто она? Почему он привел ее сюда? Хёнхи с подозрением приоткрыла дверь и вошла.
– Кто это?
Перед ней стояла высокая, сухощавая женщина с резко выступающими скулами. Судя по одежде, придворная служанка.
– Это правда? – спросил министр, глядя на незнакомку.
Женщина кивнула.
– Вот как… – Он с серьезным видом провел ладонью по бороде.
– До повторного отбора всего три дня! – нетерпеливо воскликнула Хёнхи. – Эта ведьма не отходит от Его Величества ни на шаг! Как вы вообще собираетесь что-то «изменить»?!
Чо Сонгюн усмехнулся:
– Как и всегда.
Глаза у него сверкнули, точно лезвие клинка.
– Мы отнимем у короля Ли Хона право решающего слова в этом отборе.
Глаза госпожи Со, обычно узкие и хищные, широко распахнулись. Хёнхи шагнула ближе, сгорая от нетерпения:
– Вы хотите отменить личный отбор? Вернуть все под юрисдикцию внутреннего двора? Тогда служанки, получившие нефритовые заколки, могли бы наконец-то задействовать свои связи…
– Сейчас это уже невозможно, – отрезал Чо Сонгюн.
– Тогда как?
– Политика, дитя мое, – это искусство формировать реальность под себя. Я создам нужное мне общественное мнение.
– И как же вы его создадите?
– Эта служанка кое-что видела. И слышала.
Хёнхи резко обернулась к сухощавой незнакомке.
– Его Величество… не различает женщин, – тихо проговорила та.
– Что ты сказала?
Они ведь думали, что он просто не подпускает к себе женщин. Но… чтобы вот так?
– Я сама видела, – продолжала служанка. – Это было в восточном павильоне. Мы показали Его Величеству лицо одной из служанок. А потом спрятали ее среди других. Он не смог ее узнать.
– Немощен духом и телом! – торжественно воскликнул министр. – Как можно доверить отбор новой королевы человеку, который даже лиц не различает? Это абсурд.
– Вы и вправду собираетесь отнять у него право выбора? – уточнила госпожа Со, сжав кулак.
Пусть отбор формально и считается личным – за спиной короля все равно стоит совет высших сановников. Если удастся доказать, что Его Величество не в состоянии здраво судить, решение можно будет передать совету.
Да, Хёнхи больше не могла просто подражать Соран. Этот трюк сыграл свою роль – и изжил себя.
До второго этапа отбора оставалось три дня – и теперь настало время для новой, куда более изощренной, уловки.
Глубокой ночью, в тот час, когда влюбленные шепчут друг другу тихие слова любви, Хон лежал, обнимая Соран со спины.
Ему нравилось это положение – когда тела соприкасаются почти полностью, казалось, будто она действительно принадлежит ему целиком.
– Ваше Величество, вам совсем не хочется спать?
Хон помедлил. Ему хотелось увидеть, как она засыпает первой.
– За день-два привычки не меняются, – ответил он уклончиво.
– Нельзя же так, – Соран резко села, натянула на себя одеяло. – Вы же обещали, что будете спать!
– А если сна ни в одном глазу?
– Тогда пойдемте на тренировочную площадку.
– Что? Тренироваться с деревянным мечом? С кем – с тобой? – приподнял брови Хон.
– С тенью, как прежде. Ну-ка, вставайте.
Эх, надо было притвориться спящим: так хорошо было держать ее в объятиях.
Но теперь поздно.
Хон со вздохом сел.
– На свежем воздухе, да под ветром, вспотеете хорошенько – и, глядишь, заснете спокойно, – подбодрила Соран.
Пока он нехотя выбирался из постели, она уже засуетилась:
– Ну же, скорее!
Против ее игривости невозможно было устоять. Соран вытащила воинское одеяние и подгоняла его, как непослушного ученика.
По дороге в сад, к площадке для ратных упражнений, Соран невольно прижалась к королю вплотную – ночь выдалась на удивление зябкой.
– Вот и зачем, спрашивается, я согласился на эту прогулку? – проворчал он.