Страница 33 из 81
— Щас чай будет, — ставил уже на плиту старик чайник, заодно вытаскивая жестяную кружку.
— Митрий, нам бы карту, — попросил я.
— Сначала почаевничаем, а потом уже о делах, — решительно ответил старик.
Меньше всего мне хотелось пить чай из этих сомнительного вида бокалов, однако делать нечего, против хозяина не попрешь. Пришлось терпеливо ждать, когда старик закончит китайские чайные церемонии.
— Вот, сахар кусковой и сухари, больше у меня нет ничего, — наконец разлил Митрий темную жидкость по пузатым бокалам с отколотыми краями и поставил передо мной. — Огрызку твоему не предлагаю.
— Я сам по себе! — снова завопил Колянстоун.
Старик улыбнулся. Он понял, что нашел болевую точку головешки, и что-то мне подсказывало, что и дальше будет давить на нее.
— Митрий, карта, — напомнил я.
— Щас, щас. Ты пока чай пей, он у меня вкусный.
Что самое удивительное, напиток действительно оказался неплохим. По мне, чуть крепче, чем следовало, на грани между чаем и чифиром, однако именно сейчас казалось, это именно то, что нужно.
— Вот, — положил перед нами огромную разноцветную карту старик.
Я лишь заметил внизу приписку: «Отпечатано в типографии г. Тверь, в 1987 г.». Хотя едва ли это имело какое-то значение — сомневаюсь, что с тех пор что-то решительно изменилось.
— Вот здесь этот гад Мариночку убил, — старик положил на нужное место кусок сахара. — Вот тут Лидию, а тут, стало быть…
Я смотрел на три белых кубика, размышляя над увиденным. Ну, что сказать, все действительно произошло на перекрестках, примерно в одном районе. Но тут все проще, Торжок — он в целом маленький.
— Смотри, Митрий, вот здесь и здесь перекрестки. Судя по дорогам, более людные, но в одном и том же районе. Так что они нам подойдут. Здесь и устроим засаду.
— И сколько ты ждать собрался? — почесал макушку Митрий. — Там смотри какое дело, когда он Степаниду убил, целых два месяца прошло. Мы тогда решили, что это вроде как случайность. Затеи Лиду. Тогда, почитай, месяц минул. А уже перед Лидией и Мариной — недели три. После смерти Мариночки всего ничего прошло. Сегодня девятый день. Я уже тогда и стал трубить, в Тверь писать, что у нас здесь вон что происходит.
Я кивнул, понимая, о чем идет речь. Пусть бука и сокращал количество времени между выходами на охоту, но отрезок все равно оставался внушительным. А ждать неделю в мои планы не входило. Если я пропаду с радаров на такой срок, то моя дочурка явно не сможет сидеть сложа руки и ломанется решать проблемы в одиночку. Иными словами, наворотит дел.
— Мы будем знать, когда и где появится.
— Это каким образом? — нахмурился старик, будто подозревая, что мой вариант решения проблемы ему не понравится.
— Скажи, Митрий, у тебя есть на примете одинокая женщина лет тридцати?