Страница 45 из 98
На этот раз я тоже не стал ставить защиту, но и не попытался отвлечься — я просто позволил себе почувствовать.
В конце концов, я не мог изменить того, что потерял. Но мог позволить себе вспомнить об этом, чтобы прожить эти чувства и двигаться дальше. И нехищная тень оставалась рядом со мной. До самого утра.
С рассветом я вернулся в свой кабинет во дворце. Там меня уже ждал королевский советник с целым ворохом поручений. Пришлось отложить мысли о беседке и заняться работой. Тем более что сегодня мне предстояло совершить ещё одну важную сделку.
Но между делом я всё же успел рассказать советнику, что одну из беседок в саду теперь лучше обходить стороной.
— Дальняя беседка у озера одержима демоном тоски, — объяснил я, максимально упростив терминологию. — Я смог запереть его внутри, но не уничтожить. Так что по возможности это место лучше обходить.
Не знаю, на что именно я рассчитывал, говоря это. Наверное, в то время я очень плохо понимал особенности человеческого любопытства.
Слух по дворцу разошёлся мгновенно. Уже к вечеру беседка получила название «беседки демонической меланхолии» и начала собирать длиннющие очереди из желающих её посетить. Впрочем, это я уже не считал своей заботой.
Вернувшись вечером в свой номер гостиницы, где прожил весь прошедший в Церее год, я начал собирать вещи. За этим занятием меня и застал Рафаил — молодой помощник смотрителя. За время моего пребывания здесь мы успели сблизиться, и время от времени он заходил ко мне — просто поделиться новостями.
— Ты слышал, — начал он, небрежно откинувшись на дверной косяк, — что где-то во дворце заперт демон меланхолии? Весь город только об этом и говорит. Уже даже экскурсии организуют! Я вот тоже думаю сходить посмотреть. Но цены кусаются. Может, ты меня туда проведёшь? По-дружески?
— Конечно, — рассеянно ответил я, продолжая складывать книги.
Только теперь Рафаил наконец заметил, чем именно я занимаюсь. В следующей его реплике мне послышалась тревога.
— Ты чего это чемоданы собираешь? Обратно в Джун собрался, что ли?
Не дожидаясь ответа, он вошёл в комнату и уселся на пол прямо напротив меня. Несколько секунд Рафаил внимательно смотрел мне в глаза.
— Чего ты так внезапно? Что-нибудь случилось? — очень серьёзно спросил он. — Если что — я помогу. Ты только не молчи!
Я несколько раз моргнул, не сразу понимая, почему обычные сборы вызвали у него такую реакцию. А потом почувствовал себя несколько неловко из-за того, что за меня переживают, и поспешил объяснить:
— Спасибо за беспокойство. Но ничего не случилось, правда. И я не уезжаю.
Я посмотрел на собранные вещи, затем снова на Рафаила, и радостно улыбнулся.
— Просто я наконец-то купил себе дом.
*****
К моменту, когда Ли Цю закончил рассказ, начался дождь.
Я удивлённо подняла голову. Несколько холодных капель упали на лицо, скользнули по щекам — и почти сразу над моей головой раскрылся зонт. Ли Цю внимательно осмотрел небо, словно пытаясь разглядеть на нём источник протечки, но, судя по всему, потерпел неудачу.
— Похоже, это надолго, — заключил он. — Возвращаемся домой? Или хочешь остаться ещё ненадолго?
— Хочу остаться, — слишком живо отозвалась я и только потом подумала, не прозвучало ли это так, будто мнение самого наставника меня вообще не интересует. Чтобы исправить эту оплошность, я быстро добавила куда менее решительным тоном: — Если, конечно, ты не против.
— Не против.
Мы снова замолчали, продолжая смотреть на город. В косых росчерках дождя Церес казался удивительно красивым даже без влияния магических линий. Под прекрасный пейзаж и методичный стук дождя о зонт мы с наставником погрузились в свои мысли.
Не знаю, о чём думал сам Ли Цю, но я продолжала прокручивать в голове его рассказ.
Выходило, что именно здесь, в Церее, шиинь впервые предстала перед ним не как хищное явление. Я вспомнила его погибшего друга детства, следом подумала о том, что мать наставника тоже умерла довольно рано, и вдруг — уже совсем некстати — испытала непреодолимую потребность немедленно обнять чародея. Сдержать её мне удалось лишь укоризненным внутренним монологом и призывами себя к приличию: к счастью — помогло.
Странное было ощущение. Конечно, я всегда знала — по крайней мере, догадывалась, — что Ли Цю когда-то был ребёнком. Что у него была семья. Друзья. Что существовали вещи, которые происходили задолго до его прибытия в Церею. Но до сих пор всё это казалось мне не более чем теоретической информацией. А теперь вдруг стало настоящим.
У Ли Цю тоже были люди, которых он терял. События, в которых он ничего не мог исправить. Воспоминания, к которым он возвращался спустя годы. Всё это словно открывало во мне ещё один слой понимания наставника — более тихий, личный и какой-то особенно хрупкий. Хотя у меня не было даже уверенности, что это понимание верное.
Я чувствовала себя так, будто мне вдруг доверили что-то очень важное. Не секрет в привычном смысле слова, а часть себя. И мне немедленно хотелось вручить чародею ответный подарок. Проблема заключалась в том, что делиться мне было нечем.
Очень многое мне хотелось сейчас сказать. Например, спросить, кажется ли ему Церея более светлым и добрым местом, чем родной Джун. Или бесцеремонно заявить, что теперь я, кажется, чуть лучше понимаю, почему Ли Цю решил остаться здесь. Или хотя бы пошутить про характерную для Цереса особенность: умение из чего-то настолько личного, как одержимая фейшиинь беседка сделать туристическую достопримечательность. Но слова застревали в горле.
Стоило любой мысли оформиться в осмысленное предложение, как она тут же начинала звучать глупо и слишком громко для этого вечера. Поэтому я молчала. Вместо слов я полезла в сумку и нащупала там пирожок, купленный по дороге в парк. Мысль разделить его сейчас с Ли Цю почему-то показалась очень правильной. Оставалось только предложить.
Я приоткрыла сумку и покосилась на чародея — он смотрел в сторону города, и мои действия оставались без его внимания. Немного помедлив, сумку я всё-таки закрыла. А через несколько секунд снова открыла. К счастью, наставник по-прежнему смотрел куда-то вдаль и моего странного поведения не замечал. Ладно — последняя попытка...
Я уже почти собралась с духом, когда небо внезапно расколола молния.