Страница 31 из 49
В субботу я закончила работу раньше. Вымыла волосы, долго сушила у открытого окна и поняла, что привычная тугая прическа мне не нравится. Распустила, заколола иначе, снова распустила. Подумала о костяной заколке Ардена и оставила ее в ящике. Не потому, что нельзя носить старый подарок. Просто сегодня выбрала другую.
Марта постучала, сообщая, что они с девочками уходят.
— Ключ у вас? — спросила я у Теи.
— У Марты.
— Если устанешь раньше…
Я остановилась. Дочь смотрела на меня с терпеливым раздражением.
— Скажу, — закончила она. — Я знаю.
— Хорошего вечера.
Тея поправила желтую ленту и посмотрела на мое платье.
— Рукава лучше.
— Спасибо.
Когда дверь закрылась, я осталась одна в полной тишине. Слышала голоса снизу, шаги на лестнице, затем стук входной двери. Посмотрела в зеркало и вдруг захотела снять платье, надеть обычное и заняться работой. Тогда не пришлось бы волноваться о том, нравится ли мне мужчина и нравлюсь ли я ему.
Я поправила ворот и пошла вниз.
Кайрен пришел без служебной куртки, в темном жилете поверх светлой рубашки. Левый рукав был свободнее правого; я заметила это по привычке. Он посмотрел на меня, и в его лице появилось выражение, от которого я перестала думать о швах.
— Вам очень идет этот цвет.
— Я купила платье недавно.
— Хорошо выбрали.
Я поблагодарила и закрыла дверь. На секунду не могла попасть ключом в замок. Кайрен терпеливо ждал, не предлагая отобрать ключ.
На площади было шумно. Между лавками протянули гирлянды бумажных флажков, у фонтана играли трое музыкантов, продавец жареных орехов отгонял от горячего котла любопытных детей. Мы двигались медленно, уступая дорогу людям с корзинами.
Кайрен предложил правую руку. Я взялась за его локоть и почувствовала под пальцами теплую ткань рубашки. Это простое прикосновение отвлекало меня сильнее музыки.
— Что хотите посмотреть? — спросил он.
Я почти ответила: что вам интересно. Успела остановиться.
— Стекло. Там, кажется, привезли маленькие цветные лампы.
Мы подошли к прилавку. Лампы оказались дороже, чем я рассчитывала, но продавец разрешил поднять одну к свету. Зеленое стекло было неровным, с пузырьком возле края. Мне нравилось именно это несовершенство.
— Не будете брать? — спросил Кайрен, когда я поставила лампу обратно.
— Пока нет. У меня уже был один большой расход на этой неделе.
Он кивнул, не предлагая немедленно оплатить покупку. Мне понравилось, что он не превратил мой отказ в повод проявить щедрость.
Мы купили по бумажному пакетику орехов. Я испачкала пальцы сладкой крошкой и искала платок, пока Кайрен держал оба пакета. Он смеялся над тем, как ловко я умею управляться с тонкой иглой и как плохо — с липкой едой.
— Орехи не лежат спокойно, — возразила я.
— В моем пакете лежат.
— Значит, вам достались лучше воспитанные.
Он рассмеялся, и я тоже. Несколько человек оглянулись, но мне не стало неловко.
Возле книжной лавки мы встретили знакомого Ардена, купца, который иногда поставлял ткани для полковых нужд. Он поклонился мне и начал привычное:
— Госпожа Ренвик, какая приятная…
— Элвей, — поправила я. — Теперь Лиора Элвей.
Купец перевел взгляд на Кайрена, затем обратно на меня.
— Прошу прощения. Я не знал.
— Ничего страшного.
Я представила мужчин. Разговор занял меньше минуты, но после него мне захотелось отпустить локоть Кайрена. Я заметила это желание и оставила руку на месте.
— Вы можете не объяснять, — сказал он, когда мы отошли.
— Я и не собиралась. Просто привыкаю, что люди узнают.
— Хотите пройти туда, где тише?
— Через минуту. Я еще не посмотрела книги.
Он улыбнулся и повернул вместе со мной обратно к прилавку.
Тею и Милу мы увидели с другой стороны стола. Девочки спорили о карте береговых течений. Марта стояла рядом, держа два пакета, и выглядела человеком, который согласился на короткую прогулку, а оказался на ученом собрании.
Тея заметила нас первой. Ее взгляд быстро скользнул к моей руке на локте Кайрена.
— Мама, посмотри, здесь показаны глубины, — сказала она.
Я наклонилась над листом, послушала объяснение. Кайрен остался рядом, но не вмешивался, пока Мила сама не спросила о маленьких знаках у мыса.
Он ответил коротко и признался, что часть обозначений не знает. Тея с удовольствием объяснила ему два из них. На несколько минут все стало легко.
— Мы еще пойдем к сладостям, — сообщила Марта. — Если этих двух удастся увести.
Я спросила дочь, все ли в порядке. Она кивнула. Мы попрощались и пошли дальше.
У музыкантов освободилось место. Несколько пар танцевали медленный круговой танец, который я знала с юности. Кайрен посмотрел на меня.
— Хотите?
Я замялась.
— Ваше плечо…
— Левую руку высоко не подниму. Остальное можно устроить.
— Я давно не танцевала.
— Значит, у нас обоих есть уважительная причина ошибаться.
Я отдала пустой пакет в корзину у лавки и пошла с ним.
Первый круг мы сделали неловко. Я слишком старалась не коснуться больной стороны, Кайрен заметил и попросил просто держать правую руку так, как удобно мне. Его ладонь легла на мою спину выше талии, поддерживая направление. Я почувствовала тепло сквозь платье и почти пропустила шаг.
— Это я наступила? — спросила я.
— Пока нет. Но вы явно планируете.
Я рассмеялась, перестала смотреть под ноги, и стало легче.
Мы танцевали недолго. Кайрен первым предложил остановиться, потому что плечо устало. Не извинился за то, что испортил вечер, не попытался скрыть боль. Я кивнула, и мы отошли к краю площади.
— Вам нужно сесть?
— Немного. Если вы не против.
— Я тоже не против сесть.
На скамье возле фонтана мы сидели близко, но не касались. Я чувствовала расстояние между нашими руками и думала о нем совершенно неприлично много для человека, который собирался просто погулять.
Кайрен спросил, где я научилась танцевать. Я рассказала о тетке, которая учила меня не смотреть на ноги партнера, а потом сама все время туда смотрела. Он вспомнил полковой праздник, на котором молодые офицеры перепутали порядок фигур и устроили столкновение двух рядов.
Мы смеялись, потом замолчали. Мне не хотелось заполнять паузу вопросом о Тее или работе.
— Я рад, что вы пришли, — сказал Кайрен.
— Я тоже.
— Сначала думал, вы согласитесь из вежливости, а потом найдете срочный заказ.