Страница 34 из 60
Из внутренних покоев вышел немолодой, сухопарый мужчина в строгом темном мундире без украшений, опирающийся на трость из слоновой кости. Император Август. Его лицо было бледным, изборожденным глубокими морщинами государственной усталости, а взгляд темных глаз был тяжелым и цепким.
Монарх медленно окинул взглядом разгром: пятна шампанского на полу, растоптанные жемчужины тиары, застывших гвардейцев Дознания и Алену в траурном черном бархате с обнаженным клеймом на ключице.
На его лице не дрогнул ни один мускул.
Император остановился в пяти шагах от них, оперевшись обеими руками на трость:
— Лорд-комтур, — произнес государь тихим, надтреснутым голосом, в котором слышалась абсолютная власть.
— Ваше Величество, — Керн склонил голову, но не опустился на колено.
— Оставьте вашу... спутницу в зале, — император медленно перевел взгляд на Алену, задерживаясь на ее клейме на несколько бесконечно долгих секунд. — Мне нужны вы, Родерик. Немедленно. В Малом Тайном кабинете. Дело касается северных границ и восстания на рудниках. У нас есть ровно четверть часа до того, как Совет потребует крови.
Керн на мгновение напрягся.
Его рука на рукояти палаша сжалась до побелевших костяшек. Через кровную связь Алена почувствовала его глухое, предупреждающее сопротивление: он не хотел оставлять ее одну посреди этой волчьей стаи.
Но приказ монарха не терпел возражений даже от Верховного карателя.
Комтур повернулся к ней.
Его лицо было непроницаемой маской, но в глазах горело предостережение. Он наклонился к ее лицу, делая вид, что поправляет прядь волос у ее виска:
— Десять минут, — прошептал он так тихо, что звук растворился в шелесте платьев знати. — Стой у центральной колоннады. Ни с кем не заговаривай. Ничего не пей. Мои люди держат периметр.
— Иди, — так же тихо ответила Алена. — Я умею держать оборону.
Керн развернулся и последовал за императором в открывшиеся створки тайных покоев.
Тяжелые двери захлопнулись за их спинами с глухим, окончательным стуком.
Алена осталась одна.
Она медленно отступила к высокой мраморной колонне, опираясь спиной о холодный камень. Взгляды сотен придворных вновь сфокусировались на ней, как сотни нацеленных стрел. Музыка не возобновлялась. В воздухе висело липкое, опасное напряжение.
Внезапно из боковой Зеркальной галереи, куда не падал прямой свет люстр, метнулась высокая мужская тень.
Алена не успела повернуться — тонкая рука в шелковой перчатке с силой перехватила ее за локоть, увлекая в полумрак между тяжелыми бархатными портьерами.
В нос ударил резкий, удушливый запах концентрированного серного эфира и горького миндаля.
Алена попыталась выдернуть руку, ее пальцы метнулись к потайному шву рукава за скальпелем, но холодное лезвие узкого стилета уже уперлось ей прямо под ребра сквозь плотный бархат платья.
— Тихо, дрянь, — прошипел над ее ухом голос Кассиана, искаженный безумием и ядом. — Пикнешь — выпущу кишки прямо здесь. Ты пойдешь со мной через нижний ход. Живой или по частям.