Страница 47 из 51
– Продержись еще немного, малышка, – хорошо Алехандро не мог видеть, как я содрогнулась от отвращения. Теперь это слово будет вызывать у меня только неприятные воспоминания. – Ну? Долго еще? – рыкнул он в сторону, а я замерла, прислушиваясь, как кто-то рядом что-то тихо пробурчал. А затем... громкий знакомый голос. – Есть! Засек! Едем, быстро!
Дальше все развивалось так быстро, что я даже не успела и глазом моргнуть. В комнату влетел Шефер, носком обуви отпихивая от моего лица телефон. Я только успела откатиться, чтобы не получить ботинком в лицо. Натурально зарычав, он поднял меня на ноги вместе со стулом, а затем на лицо обрушилась хлесткая пощечина.
– Тварь! Тварь! – и еще одна, и еще... Я даже не могла увернуться, но когда его пальцы сжали мой подбородок, заставляя смотреть в его перекошенное злобой лицо, я не отказала себе в удовольствии всем своим видом выдать самое презрительное, что смогла в своем унизительном состоянии. – Смеешь кривиться при мне? Шлюха! Надо было тебя в назидание отыметь под присмотром твоего муженька, тварь! – снова пощечина, а я едва не захлебнулась от крови, что хлынула мне в рот. Нос-то был разбит. Содрогаясь в конвульсивных припадках, не в силах глотать собственную кровь, я начала заваливаться на бок, теряя сознание. Вот так и захлебнусь, не дождавшись помощи. Рывок, и я закричала, выплевывая на своего обидчика кровавые сгустки.
– Фу-у-у, что это с ней? – в помещение влетел Боррего и остановился, рассматривая, как я отплевываюсь, валяясь в ногах Шефера. – Ты что, убить ее решил? Мы так не договаривались, – прошипел он, а затем принялся развязывать мне руки. – Я забираю девку и обменяю ее на...
Договорить он не успел, а я даже не закричала, когда мне в лицо брызнули теплые капли, а адвокат с простреленной головой остался лежать рядом. В его темных глазах застыло недоумение, а изо рта вытекала тонкая струйка крови.
– Так и не понял, идиот, что мне он нужен был только, чтобы добраться до тебя, – взгляд Шефера стал острым и хищным, заставляя меня затаить дыхание и уставиться на него, боясь пошевелиться. Сейчас он напоминал мне ядовитую змею, готовую наброситься на жертву, стоит той только моргнуть. Его губы раздвинулись в хищной усмешке. – Да, это по моей... просьбе тебя накачали снотворным и вывезли из квартиры Алмейра два года назад. Я не мог добраться до тебя в его доме, но легко сделал это, подговорив этого старого козла и его дочурку. Она так мечтала от тебя избавиться, что весь план придумала именно Лорена Хименез. Все, начиная от мнимой измены и заканчивая твоим исчезновением, – не без гордости сообщил мне Борис. Мне же оставалось только слушать и запоминать, чтобы в случае моего возвращения к Алехандро, я смогла указать на того, кто стоял за всем, что произошло в те дни. – Ты не думай, твой муженек никогда не узнает об этом, Каролина, – словно прочитав мои мысли, улыбнулся Шефер. – Ты не вернешься к нему, никогда. И он никогда не найдет тебя. Ты останешься только в воспоминаниях, что будут говорить твоей дочери подруга и он. Жаль, эта девочка могла бы стать моей, но ты сама все разрушила, моя девочка...
– Мне все равно, что ты сделаешь со мной, но до моей дочери тебе не добраться, – просипела я, старательно пряча от него свои настоящие чувства. Страх, боль... желание убить эту мразь.
– О, к тебе вернулся голосок, милая? – притворно удивился Шефер, склоняясь к моему лицу и всматриваясь своими холодными рыбьими глазами в мои. – А ты подала мне идею, умница. Но сначала... мы уедем отсюда, чтобы твой, спешащий на крыльях любви и отваги, муж нам не помешал. Думаешь, вы такие умные, что сможете найти это место? Нет, ни за что не догадаетесь, – пропел он, чем вызвал еще большее отвращение. Да он просто упивался своей мнимой властью. – А потом я заберу и твою доченьку, а когда ты мне надоешь, я воспитаю себе преданную невесту. Ну и пусть она еще маленькая, зато... моя, – его глаза предвкушающе блеснули.
– Ты... никогда не доберешься до моей дочери, слышишь? – прохрипела в ответ, снова сплюнув на пол кровь. – Я не стану твоей, и она... тоже. Ты жалкий педофил, сколько девочек пострадало от твоих... твоей «помощи» детским домам? Жаль, что я не догадалась раньше, хотя слухи ходили...
– Заткнись! – прошипел он мне в лицо, подтягивая меня за волосы и поднимая на ноги. Затем ощутимо толкнул в спину, что я едва сумела устоять на ногах и не упасть. – Шагай, маленькая шлюшка, нам пора! А сюда сейчас вызову своего мента, чтобы он с поличным взял твоего муженька у трупа, – хохотнул Шефер, а я снова дернулась, пытаясь ударить его по ноге. В ответ получила еще один сильный толчок в спину и упала на колени.
Взгляд вдруг уткнулся в черные армейские ботинки и ноги мужчины, что шагнул нам наперерез из темноты коридора. Миг, и я оказываюсь за широкой спиной, согнувшись так, чтобы не стать легкой мишенью. Короткий стрекот автомата, и тишина. Я даже вскрикнуть не могу, пытаясь сглотнуть ком тошноты, что подкатил к горлу, стоило мне заметить между широко расставленных мужских ног изрешеченное тело бывшего помощника мэра. Я так и застыла, стоя в три погибели, только мужская сильная рука удерживает меня от падения на пол, не в силах оторвать взгляда от того, кто еще недавно наводил на меня ужас. А теперь с бледного лица на меня смотрели тускнеющие светлые глаза моего истязателя.
– Не смотри, девочка... не надо...
Звуки врываются в оглушающую тишину неожиданно, заставляя вздрогнуть и встретиться взглядом с тем, кто неожиданно пришел мне на помощь. Я только и могу, что смотреть в знакомые зеленые глаза, виднеющиеся в прорези балаклавы. Высокий, подтянутый, смуглокожий, судя по небольшим участкам кожи, выглядывающим из-под перчаток и маски. Я не вижу его волос и черт лица из-за маски, но почему-то первые мне кажутся черными, а лицо...
Он неожиданно сдергивает вверх маску, открывая острые, чуть обветренные и загорелые на солнце скулы, затем приоткрывает тонкий нос и немного впалые щеки, высокий лоб. Я рассматриваю его, понимая... он мне кого-то сильно напоминает.
– Не так я видел нашу встречу... дочь, – чуть хрипловатым, словно когда-то давно сорванным голосом, произносит тот, кто уже не раз мне помогал. Он осторожно подхватывает меня на руки, потому что ноги вдруг отказываются держать, а затем просто выносит меня на улицу.