Страница 35 из 51
– Каро! Я уже взрослый! – вдруг возмутился мальчик, глядя на меня серьезным взором, а я только сейчас обратила внимание, как он повзрослел. – Можешь не скрывать от меня, что бабушка улетела на небушко и живет там с ангелочками. Я знаю, мальчишки говорили, что они с папой... моим настоящим, тот, который Себастьян, ушли туда.
– Погоди, Эрни, – я непонимающе уставилась на сына, – разве сеньора Леонорра... умерла? – на последнем слове голос сорвался, став хриплым и глухим. – И... Баст... Себастьян?
– Эрни, комната для тебя готова, – раздался от двери сухой голос Алехандро. Будто во сне, я повернулась в его сторону, глядя на него пустым сухим, взглядом. Нет, я не была черствой и бездушной, но плакать отчего-то не получалось. – Иди спать, я останусь с Каро...
– Хорошо, – со вздохом поднялся он и направился к себе. Уже на пороге вдруг обернулся, посылая мне воздушный поцелуй. – Я люблю тебя, Каро, не пропадай больше, ладно?
Я вздрогнула, но ответить не успела. За ним плотно закрылась дверь, оставляя нас с Алехандро наедине. Я, словно в прострации, смотрела на него, не находя слов, чтобы выразить... что? Соболезнования? Вряд ли они уместны, спустя столько времени? Или все же...
– Я не знала, – прошептала, вставая напротив Алехандро, и с силой сжала ладони, старательно подавив желание его обнять. Нужны ли ему мои утешения? За все время он ни разу не дал мне понять...
– Не знала что? – глухо спросил он, одаривая меня тяжелым взглядом. – Об этом не говорил и не писал только ленивый, – резко выдохнул Алехандро, а потом уже спокойнее продолжил, – Себастьян разбился на машине. Это произошло спустя неделю после твоего исчезновения, – на меня посмотрели странным взглядом, но я промолчала, ожидая продолжения. Не знаю, какой реакции от меня ожидал Алехандро, но я действительно ничего не знала. – Его смерть мама пережила тяжело, хоть и не показывала этого, а потом... совсем сдала.
– Сеньора Леонорра умерла, – каким-то безжизненным голосом произнесла я, совершенно не слыша того, что он мне говорил. Зачем? – Она всегда была... такой сильной. Я восхищалась ей...
– Несмотря, что она... обидела тебя? – красивые губы Алехандро скривились в усмешке, а его взгляд снова стал колючим и чужим. – Я узнал правду, Каролина, мама... она ведь...
– Не важно. Уже не важно, Алехандро, – я шагнула вперед, обнимая его за талию и утыкаясь лицом в его крепкую грудь, – если бы я только знала...
– Что это изменило бы, Лина? – он осторожно отстранил меня, за подбородок приподнимая мое лицо. Я смотрела и не могла оторвать взгляда от его манящих темных глаз. В них я видела боль его переживаний и потери, но было там еще кое-что – в них горело... желание? Восхищение? Нет, что-то такое, от чего дыхание застряло в груди. Надежда? И я забыла все, что было между нами раньше, все недомолвки, ссоры... В его глазах я видела отражение своих же чувств и эмоций.
– Не знаю, может быть... все, – голос сорвался, но я уже не думала ни о чем. Просто шагнула снова к нему, приподнимаясь на носочках и касаясь любимых губ своими губами. Я помнила все его поцелуи. Они имели привкус полынной горечи после нашего расставания. Этот поцелуй отличался от них, в нем была медовая сладость надежды. Надежды, что все у нас будет хорошо.
– Лина, – пальцы Алехандро судорожно сжали мои плечи, а он сам продолжал губами касаться моих губ, щек, лба, а его дыхание обжигало кожу. – Лина, я не могу... не хочу останавливаться. Но...
– И не надо, – таким же хриплым от возбуждения голосом, прошептала в ответ, – не останавливайся...
Алехандро
В двери тихонько поскреблись, и Каролина завозилась, пытаясь приподняться. Шепнул ей, чтобы она спала, а сам осторожно высвободился, вставая с кровати. Мне очень не хотелось покидать ее, было желание послать того, кто посмел нарушить наше уединение к чертям, и остаться с любимой женщиной. Любимой женой. Смотреть, как она просыпается, как нежная улыбка коснется припухших от поцелуев губ, как заскользит нежный шелк по ее коже, обнажая...
Так, нужно срочно уходить, пока я действительно не решил забросить все дела и остаться со своими девочками дома. Но мне нужно было довести все до конца, разобраться, наконец, с тем, что натворили мои близкие, а потом... потом я буду очень стараться загладить собственную вину перед Каролиной. Вряд ли она когда-нибудь сможет простить меня и тех, кого уже нет рядом, но я знаю, у нее доброе сердце и чуткая душа, она не сможет долго обижаться. Тем более, я решил сделать им всем сюрприз.
– Сеньор, простите за беспокойство, – тихим голосом произнес Диего, стоило мне выйти в коридор, где топтался охранник, – я принес все, что вы просили.
– Хорошо, идем, – сухо сказал в ответ, старательно не смотря на собеседника. Не давала мне покоя вчерашняя сцена, за которой я наблюдал, пока мы подъезжали к дому. Каролина в тот момент выглядела расстроенной, а Диего что-то слишком напористо ей пытался доказать. Ревность снова ядовитой змеей заползла в душу, жаля сердце, и никак не удавалось отделаться от мысли, что я снова поступаю как идиот.
Мы вошли в мой кабинет, где на столе уже лежала внушительная папка с информацией, что по моему приказу собрал Диего. Конечно, следовало озадачиться этим раньше, но тогда я был просто раздавлен, как мне казалось, предательством жены, и не желал замечать очевидные вещи.
– Простите мое вмешательство, сеньор, – снова подал голос Диего, хотя раньше никогда не делал так, пока его не спрашивали напрямую. Он был профессионалом своего дела, и поэтому я даже от удивления поднял брови. – Вчера сеньора Каролина была расстроена смертью сеньоры Алмейра, поэтому вряд ли расскажет вам.
– А ты настолько хорошо изучил мою жену, Диего? Даже по имени уже называешь? – приподнял в удивлении бровь, стараясь говорить ровно. Внутри поднималась знакомая волна уже не раздражения, что посторонний человек вмешивается в мои семейные дела, а настоящего гнева. Диего всегда отличался спокойствием, я бы даже сказал холодностью, в отношении других людей, но сейчас было видно, что он по-настоящему переживал за мою жену. И мне это не нравилось.
– Не в этом дело, сеньор, – спокойно осадил меня охранник, что заставило еще больше разозлиться. – Просто я сам только вчера догадался обо всем. Сопоставил факты, поэтому не рассказал всего сразу. Да и на тот момент, вы уже прекратили поиски жены, обратив все внимание на свою мать, на ее здоровье...
Я сжал челюсти. И кулаки. Диего сознательно выводил меня из себя, только я не понимал, чего он хотел добиться.