Страница 24 из 62
– Сеньорита Ланина, я приношу свои извинения за грубые слова и обвинения в ваш адрес, – проговорил он, четко выделяя каждое слово, при этом не сводил взгляда со смущенного лица Каролины. – Так же, приношу извинения за необоснованные обвинения в похищении моего племянника, увольнение с работы, попытку надавить на вас при помощи ребенка, – с каждым его словом глаза девушки открывались все шире, а пухлые губки изобразили растерянное «о». Неожиданно теплая маленькая ладонь скользнула ему на лоб, обрывая на полуслове, а затем погладила по щеке, на которой, определенно, завтра будет «красоваться» синяк. – Что?
– Думала, у вас жар, – пробормотала она едва слышно, спешно одергивая руку. Только в последний момент ему удалось ее поймать, пока Каролина снова не надумала драться. – Так бывает, когда... когда... отпустите, пожалуйста.
– Не могу, вы снова убежите, – хриплым голосом произнес Алехандро, глядя в невероятные зеленые омуты ее глаз. – Останься со мной... с нами, – снова переходя на «ты», произнес Алехандро.
– Не могу, – ее голос отчего-то звучал жалобно, словно она была готова расплакаться. – Ну, подумайте, вы даже не знаете меня. Увидели впервые в полицейском участке. До этого уволили с работы... Вы же опасались, что я могу что-то рассказать журналистам о ваших делах, так почему проси... предлагаете остаться?
– Мне и не нужно знать всю твою подноготную, достаточно того, что ты не отвернулась равнодушно от попавшего в беду ребенка. Незнакомого ребенка, – произнес Алехандро, смотря в лицо Каролины. – И потом тоже помогла, не ожидая ничего в ответ. А еще ты очень понравилась Эрнандо, и я точно не хочу слушать его подвывания с утра на тему «Почему красивая тетя бросила меня?» – все это он сопроводил обаятельной улыбкой, перед которой, он точно знал, не могла устоять ни одна женщина. Хотя нет, одна все же была и смотрела на него сейчас, хмуря смоляные брови.
– Господин Алмейра, я не могу принять ваше предложение, простите, – покачала головой девушка, – боюсь, у меня нет образования, да и опыта тоже...
– Это не помешало вам занять должность помощника моег... Егора Дмитриевича, – холодно проговорил мужчина, смотря немигающим взглядом в лицо девушке. – Возможно, там тоже не требовался... опыт?
Несколько долгих секунд Каролина смотрела на него, а он с досадой понимал, что снова поддался проклятому голосу ревности. Видя, как сбегает краска с и без того бледного лица девушки, мысленно проклинал себя за необдуманные слова.
– Нет, не требовался, – сквозь зубы произнесла Каролина, отступая от него на шаг. – Но скажу вам, что методы у вас с Егором... Дмитриевичем схожи. Он точно так же преследовал меня, чтобы «уговорить» работать на него. Но он хотя бы ни разу не оскорбил меня, обзывая доступной женщиной. В этом плане вы... значительно ему проигрываете. Всего доброго!
Девушка резко развернулась и вышла из комнаты. Немного постояв и поразмыслив над ее словами, Алехандро выругался и рванул за ей следом, чувствуя себя последним ослом. Это же надо, как у него отшибло мозг, стоило ему подумать, что его друг и Каролина...
– Лина! Вернитесь немедленно! – он практически догнал ее у входа, где стояла растерянная домоправительница, и девушка, спешно натягивающая тонкую курточку. – Лина, пожалуйста, останьтесь! Я приношу свои извинения.
– Вы не устали? – резко обернулась она к нему, зло сверкнув зеленью глаз. Вот только на ресницах застыли капельки слез, и внутри у Алехандро все перевернулось от злости. На самого себя! – Вы столько раз извинились за вечер, что неплохо было бы уже сначала думать, а потом говорить. Или в вашей стране принято оскорблять незнакомых людей, говоря им гадости, а потом просто произнести – «извини»? – она даже всплеснула руками, едва не задев при этом его щеку. Хотя, лучше бы дала пощечину, чем вот так… плачет из-за него.
– Прошу, Лина, давайте пройдем в комнату и поговорим спокойно, – бросив косой взгляд на домоправительницу, которая стояла рядом, жадно прислушиваясь к разговору. – Я попытаюсь объясниться с вами и...
– Нет уж, благодарю, – она вдруг коснулась рукой лба, а затем низко склонилась, едва касаясь пальцами пола. Отчего-то его покоробил этот жест, словно сделанный для того, чтобы уязвить его, и мужчина неожиданно даже для себя, шагнул к девушке и перекинул ее через плечо, заставив ее громко вскрикнуть. – Отпустите! Немедленно!
– Тише! Разбудишь Эрнандо, а двойную истерику я не перенесу, – проговорил Алехандро, унося строптивую гостью обратно в комнату, где они пили кофе. Девушка извивалась, пытаясь сбежать, и ему пришлось отвесить ощутимый шлепок по ее... – Es insoportable! Ella me volvera loca!4 – пробормотал он себе под нос, занося девушку в гостиную и сгружая ее на диван, с которого она тут же подскочила. Пришлось Алехандро снова прижать строптивицу, чтобы она не сбежала.
– Да что вы себе позволяете?! – взвилась она, совершенно забывая, кто перед ней. – Немедленно отпустите меня! Я... я.. в полицию позвоню! Да вы!.. – ее нижняя губа предательски задрожала, словно девушка едва сдерживала слезы, и это отрезвило мужчину. Медленно убрав руки, он просто сел рядом, откинувшись на спинку дивана и прикрыл глаза.
– Не нужно в полицию, Каролина, я вас понял, – спокойно отозвался Алехандро, потирая грудину. Что-то в последнее время сердце начало беспокоить, но он надеялся, что это просто отголоски стресса. Все же работать по восемнадцать часов, иногда забывая об еде и сне, слишком даже для его тренированного организма. Только тут, в России, он немного позволил себе отдохнуть, и то только потому, что племяннику нужно было уделять много времени. – Сейчас скажу Диего, чтобы машину подогнал к дому, а затем отвезу вас, куда скажете.
Девушка молчала, глядя на него из-под полуопущенных ресниц. В зеленых глазах застыла тревога и что-то еще, что ему так и не удалось понять. Не хотелось ему думать, что это жалость.
– Вы напугали меня, – тихо сказала она, сжав ладони между коленей, словно сжавшись в комочек, и ему пришлось призвать на помощь всю силу воли, чтобы не сжать ее плечи ладонями и не потребовать от нее, чтобы сказала, кто посмел обидеть. Не поймет. Не сейчас. Возможно, однажды она научится ему доверять.
– Знаю, и потому, чтобы сгладить это... эту ситуацию, я сам отвезу вас домой, а завтра придете в офис, чтобы обговорить все детали вашего нового контракта, – не дав ей и рта открыть, проговорил Алехандро. – Не хотите работать на меня, я дам рекомендации, чтобы вас устроили в лучшую фирму этого города. Это моя компенсация за... моральный вред.