Страница 208 из 222
Мужчина занимал господствующее положение, но его привилегии не были исключительными. Если в семье были мальчики, каждая девочка наследовала четверть недвижимого и восьмую часть движимого имущества. Но этот закон мог обернуться против мальчика(-ов): если девочек в семье было больше, чем мальчиков, и, как следствие, доля мальчика(-ов), скорее всего, была бы меньше доли каждой девочки, наследство делилось поровну между сыновьями и дочерьми. Дочери получали все наследство, если не было сыновей (или потомков сына). Они получали меньшую долю наследства, потому что им предстояло покинуть семью. При этом они получали приданое в случае замужества и имели право на содержание до тех пор, пока не выйдут замуж. Братья, получившие свою долю наследства, обязаны были соблюдать эти условия.
Супруги в равной степени были наследниками друг друга. Вдова и вдовец имели также право на седьмую часть недвижимого имущества и четверть личного имущества. Вдова имели право на часть наследства, которое ее покойный муж получил бы от собственного отца (в случае, если муж умер раньше своего отца). Закон разрешал мужу передать узуфрукт на все свое имущество вдове.
Социальное положение
По мнению Оровича, женщина пользовалась, с одной стороны, социальным положением по праву рождения (особенно если она была благородного происхождения) и, с другой стороны, статусом, который давал ей брак
[658]
[Там же. С. 104–105.]
. Что касается первоначального социального статуса (если он был выше), то женщина сохраняла его за собой, но не могла передать ни мужу, ни детям. Поэтому женщина совершала социальное падение в результате брака. Что касается приобретенного социального статуса, женщина сохраняла его, даже если ее муж лишался своих прав. Вдовы получивших титул посмертно могли пользоваться и титулом, и привилегиями, связанными с ним.
Выйдя замуж за разночинца, дворянка, помимо приданого, могла получить долю в наследстве. После ее смерти эта доля переходила к мужу и детям. Жена скончавшегося генерала до конца жизни называлась «генеральшей» и пользовалась привилегиями титула почившего супруга. Поэтому женщина не ущемлялась в правах, если она выходила замуж за человека низшего сословия или если она вдовела при супруге с высоким статусом или крупным состоянием в обществе: права жены были защищены. Закон не был мелочен по отношению к женам.
Таким образом, права дворянок признавались примерно так же, как и права крестьянок (в отличие от крестьян). В писаном праве и обычном праве было много общих черт, что говорит о том, насколько глубоко они укоренились в русском менталитете.
Все это обеспечивало дворянкам очень стабильное социальное положение. Неудивительно, что среди них было много зажиточных женщин.
Зажиточные женщины
Женщины, зачастую вдовы, собственницы или распорядительницы состояния и/или имущества мужа, в литературе и документах XIX века встречаются сплошь и рядом. В произведении Гоголя «Мертвые души» (1842) это вдова Коробочка, владелица дома и земли с 80 крестьянами. Она торгует продуктами, произведенными ее крестьянами (пенька, сало, мука, овес, мед, гусиные перья и т. д.). Также она продает и крестьян. В романе Тургенева «Отцы и дети» (1862) мы видим привлекательную молодую вдову Одинцову: девушке из бедной семьи удалось выйти замуж за богатого старого помещика, после смерти оставившего ей свое состояние. Она щедро тратит свои деньги и совершенно свободна в любовном выборе, за что пришлось расплачиваться герою Базарова. Много примеров можно найти у Достоевского, Лескова, Островского, Горького, Чехова. В театральных пьесах имение, где разворачивается действие, часто принадлежит вдове. Иногда такие вдовы увязали в долгах и были вынуждены продать свое имущество («Вишневый сад»).
Реальные факты свидетельствуют о том же: например, упомянем Аврору Демидову-Карамзину, по фамилии двух своих мужей
[659]
[Третьякова Л. И. Российские богини. С. 247.]
. Прославленная красавица в молодости вышла замуж за богача Демидова, владельца несметных горных богатств на Урале. А когда он умер, она и ее сын унаследовали состояние. Затем она сочеталась вторым браком с сыном историка Карамзина. Они стали управлять имуществом вместе. Таким образом, законная жена унаследовала богатство мужа наравне с сыном и управляла имением вместе со своим новым возлюбленным или мужем. Примеров женщин, а точнее вдов-собственниц, как песка в море, можно бесконечно перетаскивать его лопатой, это характерная черта традиционной русской жизни
[660]
[Gruel-Apert L. Etre une veuve dans la Russie traditio
. Статистики о количестве таких женщин не существует, но, судя по тому, как часто они упоминаются в литературе и рассказах очевидцев, можно смело сказать, что они составляют около трети от всего количества собственников.
Среди этих зажиточных дам следует упомянуть некоторых провинциалок, которым удавалось стать властными.
Властные женщины
Права, предоставленные дворянкам в XVIII веке, зачастую ставили их в привилегированное положение перед мужьями, детьми и, конечно, слугами. Мы успели убедиться в этом на примере Дарьи Салтыковой
[661]
[См. предыдущую главу.]
, но есть и другие не уголовные примеры, подтверждающие, что деспотизм – недостаток не исключительно мужской.